Враг государства
Шрифт:
Да легко!
Привыкшие к спартанской жизни в отрядах, Аслан с Ниязом развлекались выпивкой, игрой в карты и, разумеется, женским полом по доступной цене. Они ничего не стеснялись, потому что оковы общепринятой морали были для них неприемлемы, чужды и лживы. Чеченцы занимались бесхитростным сексом в одной комнатке, расположив подруг рядом в позиции номер два. По ходу дела горцы менялись партнершами, а то и вовсе – вдвоем набрасывались на одну, зажав несчастную с двух сторон, словно между молотом и наковальней, а другую заставляя помогать в оргии.
«Что естественно –
Но лучше водки допустимые барьеры ломал страх. Несогласных не было. Путаны знали, что их могут запросто избить или даже убить, и за это ни с кого не спросится – за примерами ходить не надо: бетонные джунгли больного города надежно хранят тайны исчезновений белых рабынь. Долго потом вспоминали девчонки «выезд к заказчику», а на будущее старались не попадать к чеченцам во второй раз.
Время шло, а боевых операций не проводилось, и постепенно горцы начали привыкать к вынужденной городской командировке, как к чему-то неизбежному, но необходимому для общего дела. Зураб на время свернул «проекты» в Москве, и боевики впали в ожидание.
Они чувствовали – скоро что-то будет.
После отъезда Ашрафа у чеченцев выдалась длинная пауза, во время которой они решили пополнить запасы оружия и боеприпасов. По словам Зураба, скоро им предстояла трудная работа, ради которой они сюда приехали, и пары любимых «беретт» с остатками патронов да припрятанного про запас китайского «ТТ» с самодельным глушителем будет явно недостаточно.
Ответственное дело согласовали с Зурабом, на что он выделил некоторую сумму в твердой валюте. Афганец только с виду был согласен с тем, что командовать доверили Вольскому. Изнутри же, словно вставшая в распор пружина, мусульманскую душу распирал протест и неприязнь к иноверцу, хотя и чеченцы были для Зураба лишь черной рабочей силой, к которой он относился соответственно. Допрашивая чекистов, афганец не позволил Аслану с Ниязом слушать их ответы, предпочитая ограничить информированность боевиков до минимума.
Но этот Вольский, похоже, не доверяет и ему! Иначе чем можно объяснить тот факт, что до сих пор он не раскрыл Зурабу ни плана действий, ни конечной задачи операции, ни расстановки и состава сил!
Ни-че-го.
Скажем, зачем понадобилось открывать фирму, в которой будет работать Немой? Неужели только для того, чтобы задобрить бывшего чекиста? Но разве нет на свете других способов заставить его работать на «Аль-Каиду»? Сколько угодно! Тогда в чем дело?
Не нашедшие ответов вопросы порождали противоречивые мысли и желание действовать самостоятельно. Вот тут-то и сработал подзабытый всеми закон парных случаев, на который рассчитывал Хасан. Суть его сводилась к простой идее: если что-то случилось один раз, это может повториться. А значит, рано или поздно кавказцы снова выйдут на торговцев оружием. Когда это случится и сколько придется ждать – не знал никто, но это было не столь
Вооруженный теорией Хасан оказался прав. Но он не учел другого правила: даже стреляя в небо, стоит следить за тем, чтобы, падая вниз, пуля не попала в твою же голову.
В конце дня, когда теплое солнце катилось к горизонту, окрашивая рваное небо в сине-розовые тона, чеченцы позвонили Ключнику и поинтересовались наличием товара. Убедившись, что это те самые кавказцы, которых ищет Хасан, мастер металлоремонта радостно потер руки. Рыбка клюнула.
Первым желанием Ключника было забить «зверям» стрелку и сразу же порадовать доброй вестью дружбана. Приедет Хасан и быстро во всем разберется…
Нащупав записную книжку, Ключник даже начал листать страницы… Но сказанное кавказцами заставило его остановиться и пересмотреть планы.
Дружба дружбой, а бизнес врозь! Покупатели хотели взять много товара, а от сделки Ключник мог получил хорошие деньги. Хитрая мысль озарила торговца смертью сразу же, как только покупатели согласились с названной суммой. Ключник решил совсем немного, капельку обмануть дружбана. Он захотел провернуть сделку и получить с кавказцев деньги до того, как сдаст их Хасану. Потому что после этого денег ему не получить – некому будет продавать.
Свежая идея ускорила процесс.
– Я еду за товаром, – сказал Ключник. – А вы с бабками подгребайте на старое место. Встретимся через два часа. Опоздаете – я уезжаю.
– Договорылись, брат! – согласился Аслан. – Только к нашему импорту, – он имел в виду пистолеты «беретта», – прихвати побольше расходных, чтобы потом опять нэ ехать.
– Нет вопросов, брат! – согласился Ключник, справедливо полагая, что после передачи денег ехать к нему кавказцам уже не придется.
Хасан об этом позаботится.
Спрятав мобильный телефон в карман, Ключник скинул халат, закрыл палатку на замок и, погрузившись в немолодую «БМВ-525», отправился за товаром. На «складе» всегда можно найти необходимый минимум оружия, патронов и даже гранат, которые чаще всего спрашивают покупатели. За «зависшими» с прошлого раза патронами к «беретте» придется заехать в гараж. Но товар не должен быть на руках – мало ли что!
Петляя по московским закоулкам, Ключник все думал, когда позвонить Хасану. Тут ведь точность нужна. Поторопишься – бригадир раньше покупателей приедет – и ни хрена с них не получишь. Во-первых, бабки они могут у своих оставить, если все путем – отдадут. А во-вторых, если деньги и при них, то Хасан их себе заберет, делиться – кому охота. Скажет, не было ничего. Проверишь?
Дружба дружбой, а денежки врозь. Вот и думай, как поступить, шевели мозгами, лагерный дружбан.
Главное – правильно рассчитать время.
Ключник свернул с дороги и по грунтовке, обрамленной зеленым ковром с желтоголовыми одуванчиками, проехал к гаражам. Скинув с тайника хлам, продавец вытащил две пачки импортных патронов и, подкинув в руке тяжелую упаковку, прикинул не вес, а примерную стоимость. Потом размотал маслянистую холстину. Осмотрел пистолет Макарова и тоже прикинул, словно цена железки имела прямую зависимость от веса.