Враг государства

Как ни крути, а все тайное когда-нибудь становится явным, даже если это сверхсекретная государственная тайна. И часто приходится с горечью констатировать, что виной тому не происки и хитроумные операции ушлых агентов иностранных спецслужб, хотя и без их участия порой не обходится, а наши собственные, ставшие едва ли не национальными, черты – пофигизм и бедность.

А начинается все с обычной бытовухи – праздного трепа, бахвальства, лишнего слова за хмельным столом. И от нее, родимой бытовухи болтливой, до осознанного предательства

Заканчивая работу и отправляясь отмечать день рождения напарника, работник частного охранного предприятия Саша Сватко не думал ни о чем таком. Напротив, настроение отличалось приподнятостью, соотносясь с предстоящим событием в нужной пропорции. Бывший прапорщик КГБ Сватко уволился из органов, имея за плечами солидную выслугу лет, превосходившую чистый «календарь» [1] . Мутная и мощная волна нарождавшейся демократии смыла его с военной службы и словно кита выбросила на берег новой жизни, привыкать к которой пришлось мучительно и долго.

Все его навыки, знания и умения «на воле» не могли пригодиться, став совершенно бессмысленным набором действий. Из всех освоенных Сватко специальностей на гражданке годилась разве что «корка» электрика. Хотя и она вряд ли могла осчастливить бывшего сотрудника совершенно секретного отдела Пятнадцатого управления КГБ, ставшего впоследствии Управлением специальных программ при Президенте России. «За забором» теперь все другое, а технологии, применявшиеся раньше, отстали так окончательно и бесповоротно, что и говорить об этом не стоило.

Но говорить не стоило и о другом: факт работы Сватко в недрах московской земли сам по себе уже являлся государственной тайной, за неразглашение которой Саша расписался в специальном бланке с напоминанием об уголовной ответственности…

Помыкавшись по унизительно малодоходным работам, пообивав пороги фирм и плюнув на растрезвоненную когда-то программу поддержки и переподготовки бывших военнослужащих, Сватко через знакомого устроился охранником в ЧОПе и этим остался доволен.

Для крепкого, полного сил молодого мужика работа казалась не тяжелой и вместе с пенсией давала средства к существованию. Кроме того, лицензия частного охранника и служебное оружие возвышали бывшего прапорщика в собственных глазах, а новая служба постепенно вытеснила воспоминания о преждней.

Оказалось, что и на Марсе, то бишь на «вольных хлебах», жизнь есть. Причем достаточно сытая и свободная. В общем, все налаживалось!

Вероятно, «марсианская жизнь» Сватко могла продолжаться достаточно долго. И, собираясь с ребятами за бутылочкой, он нехотя хвастался бы своими «песочными» медалями [2] , с напускной важностью и недомолвками поясняя, что, мол, награды в Комитете просто так не раздавали, каждый раз вызывая уважение товарищей…

Возможно, все так бы и было.

Возможно. Если не сошлись бы в одно время да в одном месте несколько разных обстоятельств, фатальных случайностей и взаимоисключающих интересов, поставивших бывшего старшего прапорщика КГБ СССР на путь предательства, а тонкий и хрупкий, как яичная скорлупка, мир – на грань катастрофы.

День рождения Миши Белова, напарника Сватко, удачно совпал с получкой. И, поскольку деньги приятно шелестели в карманах, не давая покоя рукам, ребята раскрутили его на «проставление». Главное, что повод железный – не отвертишься!

Хорошенько подумав, чоповцы не захотели проводить мероприятие абы как, превратив в обычную пьянку, а как люди серьезные собрались прибегнуть к услугам обще-пита. Для придания празднику недостающей обычно цивильности ребята прикупили несколько кур-гриль и, хрустя подошвами по ледяным корочкам луж, отправились в ближайшее кафе, расположенное возле станции метро «Алексеевская».

– Может, сразу «снаряд» купим? – предложил сметливый Сватко, намекая, разумеется, на водку.

– Конечно, лучше в городе взять! Водка – она везде одинаковая! – подхватили ребята, не желая переплачивать в кафе и подтверждая рекламный слоган: «А если разницы нет – зачем платить больше!»

Подсвеченное уходящим солнцем небо освещало улицу, наполняя души чоповцев радостным предвкушением. Завернув в знакомый магазинчик, охранники затарились «черноголовской» и, полагая, что все остальное им предоставят в питейно-закусочном заведении, твердой поступью шагнули к нему.

Несмотря на толпы народа у метро, в застекленном аквариуме кафе немноголюдно. Двойные оконные стекла отсекли уличный шум, проявляя негромкие разговоры внутри, Шумная компания разделилась. Сватко с Беловым прошли сквозь ряд столиков-кругляшей с проволочными стульями и остановились у стойки. Двое других отправились «забивать» теплые места у окна.

– Чем закусывать будем? – спросил Белов.

– Берем «шведский салат» за стольник и фанту со стаканами, – деловито посоветовал Сватко.

Прихватив большое блюдо, он зачерпнул мелким половником по салату из каждой емкости, кинул горсть шампиньонов и накрыл горку несколькими листьями нерубленой квашеной капусты.

– Под такую закусь, знаешь, сколько выпить можно! – оптимистично заметил бывший прапор и, пока именинник расплачивался, вернулся к ребятам.

Завидев наполненное до краев блюдо с изящно свисающими листочками, чоповцы встретили товарища воодушевленными возгласами и повышенным слюноотделением. По сравнению с ними собака Павлова отдыхала.

Расположились, Приготовили вилки. Разделили закусь, бережно разложив по тарелкам.

Воду тут же выпили, а в освободившуюся тару разлили водку. На всякий случай прямоугольную бутылку убрали в сумку.

– Ну что, Миша, давай за тебя, за твой день рождения! – поднял тост самый старший из всех, Коля Митрохин, тоже бывший военный – вроде капитан. – Чтобы денег тебе платили больше, а работать заставляли меньше!

Тост активно поддержали. Пластиковые стаканы радостно сомкнулись и негромко хрустнули смявшимися боками. По-чекистски конспиративно.