Возмездие

Лобин В.

– У тебя есть сигареты? Я забыл свои.

Затянувшись моим "Dunhill-ом" он мыслил еще несколько секунд, и наконец произнес:

– И все-таки, Виктор, у тебя воспаленное воображение. Ну вот, скажи, если твоя Марина могла случайно наткнуться на вышеупомянутую "Альциону", то почему не могла эта Ольга, или как ее там? А раз так, то почему она не могла проявить естественное человеческое любопытство и поинтересоваться на сей предмет у случайно встреченного инспектора Комитета по Колонизации?

– Так то оно так, но...

– Никаких "но". Ну, хочешь ты узнать, откуда она знает, так возьми и съезди к ней.

–

Я так и сделаю, - ухмыльнулся я. Мою собственную запрятанную мысль высказал другой, и теперь я имел моральное оправдание этой поездке и собственной нетвердости.

– Только не сейчас, разумеется, - наставническим тоном смирил мой порыв Славик.
– Уже почти двенадцать, она выставит тебя за дверь и будет права. Потерпи до завтра, тем более, что завтра - суббота.

Я долго не мог заснуть в этот день. В голове прокручивались распаленные любопытством немыслимые фантазии относительно того, как завтра меня встретит Олни, составлялись невероятные и полуфантастические гипотезы на счет моей очаровательной незнакомки, и я не мог дождаться завтрашнего дня. В конце концов я незаметно провалился в сон, а когда проснулся, то долгожданное завтра уже наступило.

Собираясь, я вспомнил один из пришедших ночью в голову прожектов и приготовил Олни маленький сюрприз, лишающий ее удовольствия читать мои мысли. Сеточка из тончайшей медной проволоки с микрогенератором шумов, одетая на голову и замаскированная в волосах. Эта безделушка хранилась у меня с тех пор, когда я работал исследователем и летал в компании таких вот нахальных субъектов, которых просто распирало от глубины собственного интеллекта и возможностей, а также желания демонстрировать их всем окружающим. Чтобы справиться с моей простейшей защитой требовался синкридер мощный и профессиональный, из арсенала врачей - психологов или военных. Встретить подобную аппаратуру в простой московской квартире я не рассчитывал.

Около полудня я припарковал свой "Эльф" на крыше мрачного дома в Лианозове. Лифт доставил меня на этаж, и после нажатия звонка автоматически открылась дверь. Должно быть, меня ждали. Я вошел внутрь знакомой квартиры, оглянулся вокруг, не видя Олни, и приоткрыл дверь комнаты.

Олни стояла, облокотившись на один из трех дисплеев.

– Я знала, что ты придешь, инспектор Лобин!
– ласково произнесла она.
– Ты продержался двое суток - неплохой результат.

Я посмотрел на нее - и не смог произнести ни звука.

Олни была исключительно хороша сегодня, так, что у меня даже дыхание перехватило. Она стояла, гордо откинув голову, и золото волос покрывало ее плечи. Светлое платье подчеркивало ее фигуру и приоткрывало прекрасные колени. Девушка с интересом наблюдала за моей реакцией и выражением лица, в то время, пока я медленно выходил из потрясенного состояния.

– Подойди ко мне!
– сказала Олни. Я осторожно подошел, глядя ей в глаза, положил руки на плечи и сомкнул их на ее талии. Ее лицо оказалось рядом. Я намеревался стиснуть ее и припасть к ее губам, но в последний момент она вдруг со смехом вырвалась.

– Я внимательно слушаю тебя, Витя! С чем ты пришел? Что ты хочешь мне сказать?

– Может, ты угостишь меня кофе?

– Конечно, - она хлопнула в ладоши, и в комнату въехал робот тумбочка.
– Two cuрs of coffee, рlease!
– почему-то по-английски сказала Олни. Тумбочка уехала.

– Итак?

– Олни, у меня к тебе куча

вопросов. Я искренне сожалею, что позавчера ушел так рано. Но ты настолько заинтриговала меня своими неясными намеками, что я не успокоюсь, пока прерванный разговор не будет закончен.

Она села на диван, забросила ногу на ногу и с любопытством смотрела на мое неуклюжее переминание на месте.

– Присядь для начала. Кстати, почему ты не при галстуке?

– Я как-то не подумал о нем, - смущенно пробормотал я, усаживаясь на стул. Въехала тумбочка с уже приготовленным ароматным кофе. Я продолжил разговор с чашкой в руке:

– Олни, зачем тебе сразу три дисплея?

– Для работы. Я занимаюсь, скажем так, свободными научными изысканиями и значительную часть времени провожу здесь. Мне просто невозможно обойтись без всей этой техники.

– Скажи, откуда ты слышала про ту самую "Альциону", о которой спрашивала меня?

– "Альциону"?
– она мило улыбнулась.
– Разве важно то, откуда я слышала? Положим, я не помню.

– Нет уж, Олни, ты давай вспоминай про эту звезду, а то как-то странно получается!

– Звезда тут ни при чем - с программой "Альциона" ее объединяет лишь название. А вот подробности я просила узнать тебя.

– Но зачем, Олни? Что это за сбор информации, которым ты занимаешься? Скажи, ты случайно встретилась мне на трассе, или...

– Что с тобой сегодня, Витечка? Ты нервничаешь, ты стал подозрительным, ты подозреваешь меня в чем-то плохом! Может быть, у тебя неприятности на работе, в которых я повинна? Ты задал там вопрос, а в ответ получил объяснение, что спрашивать не стоило?

– Допустим! Ты знаешь, у меня какой-то нюх на подобные вещи, и теперь я чувствую, что попал в странную историю, в которой замешана и ты.

– Боюсь, что в этой странной истории замешана не только я, - медленно проговорила Олни.
– И не стал бы ты доискиваться правды если бы сам не чувствовал - неладно что-то в Комколовском королевстве. Может быть, скоро ты узнаешь больше - неприятности имеют свойство расходиться как круги на воде. Но лучше быть готовым к тому, что очередная волна не оставит тебя в стороне. И если ты думаешь также - предлагаю объединить усилия, доверительно произнесла Олни. Интонации ее бархатного голоса убеждали даже больше, чем слова, а сказанное вполне отвечало моим мыслям. Но все-таки она была почти неизвестным мне человеком, а я - обязавшимся хранить секреты ведомства сотрудником Комкола. А кроме того, чувство противоречия гнездилось в самой основе моего непростого характера. Я подчеркнуто недоверчиво произнес:

– Почему я не должен сомневаться в чистоте твоих намерений? Кто ты? В родном Комитете есть программа, про которую неизвестно мне, но ты, человек со стороны, смогла про нее узнать.

– И некая Марина Силанова, если быть последовательным, так?

Я вздрогнул. Я только что ее вспоминал. Моя рука непроизвольно поднялась на несколько сантиметров - возникло желание проверить, на месте ли моя защитная сетка. Олни отследила мое движение с ироничной усмешкой на тонких губах.

– Извините меня, Олни, я зашел на минуту и теперь мне пора, пролепетал я, чувствуя, что лучше ретироваться. Девушка встала с дивана, медленно подошла ко мне. Я тоже поднялся, собираясь уйти. Она положила руки мне на плечи, правой ладонью провела через мою шевелюру, зацепила сетку и швырнула ее в сторону.