Война
Шрифт:
— Ее зовут Ханна Зейлер и живет она на Адольфи-штрассе, тридцать один.
Мы поднялись и вошли в дом. Он стал чистить свою винтовку. Чтоб не подражать ему, я начал бриться.
Вейс снял мундир и рубашку, стал умываться. Его предплечье сияло всеми цветами радуги.
— Почему ты не захотел тогда в госпиталь? — спросил я.
— Я ведь знаю, каково лежать в госпитале во время похода. В роте куда лучше, здесь все же о тебе позаботятся.
— Почта прибыла! — закричали снаружи.
Цише выбежал.
Он
В дверь заглянул Эрнст.
— Немедленно заканчивайте! — И тут же исчез.
Мы запихнули вещи в ранцы. Туда же я положил и письмо.
На улице уже шло построение.
— Мы продвинемся к Сент-Мари, — сказал Бём. — А что нам надлежит там делать, я еще и сам не знаю!
По широкому лугу мы шагали к лесу. Тем временем стало темнеть.
Остановились и уселись в кювете. Многие тут же заснули. Мне не спалось. И еще этот дурацкий телеграфный столб торчит перед глазами! Если бы хоть чем-то заглушить страх! Эх, если бы напиться! Да нет, пьяным в бой не пойдешь. Мне даже тошно стало от этой мысли. Хоть бы знать, как долго может это еще продлиться, хоть бы местность знать, где наступать будем!
— Господина лейтенанта просят к командиру батальона!
Бём поднялся и ушел.
Я проснулся. Ноги мои торчали где-то вверху в пустоте. Сам же я совсем сполз в канаву. Колени ломило. Штаны промокли.
Я полностью очухался и чувствовал, что больше не засну. При мысли о еде и куреве меня начинало мутить, что совсем негоже перед атакой. Почему я должен снова лезть под пули? А о других мне дела нет. Не до нашей роты, понятно, а до других рот. Пускай себе идут в атаку, а с нас уже хватит. Мало одного раза, что ли?
Кто-то со всех ног мчался по дороге.
— Третья рота?
— Да.
— Быстро построиться и без шума!
— Выходите на дорогу! — тихо приказал Эрнст.
Мы тронулись. Через несколько шагов лес поредел. Проглянули дома и церковь с невысокой шатровой кровлей. На дороге стояли офицеры.
— Следуйте за мной! — негромко скомандовал Бём. — Батальон пойдет в наступление.
Быстрым шагом он двинулся по деревенской улице.
— Стой! — шепотом приказал он. — Передайте дальше: командиры взводов ко мне!
Командиры стали навытяжку.
— Вольно! Нам предстоит вытеснить французов вон из того леса, что впереди. Наша рота — посередине. Когда мы выйдем из деревни, второй взвод пойдет направо, третий налево. Линия фронта проходит чуть правее. Проследите, чтобы ваши люди не потеряли друг друга в темноте, и ни одного громкого слова! Теперь вперед!
Эрнст построил роту.
Справа и слева стояло по домику. Мы свернули с дороги на луг. Справа тянулась насыпь. Никакого леса еще не было видно. Я слышал, как с двух сторон гремят шанцевым инструментом
Мы взобрались на железнодорожную насыпь. Впереди метрах в трехстах от нас увидели лес. Спустились по крутому откосу.
Слева прозвучал одиночный выстрел! Лес был уже близко, Эрнст скомандовал шепотом:
— Рассыпаться в цепь!
Я бежал впереди своего отделения. Эрнст — впереди меня, вытаскивая на бегу пистолет из кобуры.
Беспорядочный ружейный огонь слева!
— Вперед, марш, марш! — кричал лейтенант.
Два выстрела прямо из леса в упор! До опушки еще шагов двадцать.
Нас поливают ружейным огнем. Я вижу вспышки в лесу.
Лейтенант бросился на землю. И я рядом с ним.
Кто-то рванулся вперед и упал. Мелькнула мысль — верно, Цише… Что делать — стрелять? От выстрелов трещат барабанные перепонки. По всей опушке вспыхивают красные огоньки.
Вот пронеслось над самой головой! Уткнулся подбородком в траву. Вдавился плечами в землю. Слева строчит французский пулемет.
Бём пошевелился.
Бьет совсем рядом! Слышен треск выстрела. Который же теперь час? Может, уж рассвет скоро.
Огонь немного утих. Слева строчит пулемет.
Шш! Шш! Шш! — пронеслось над головой и ударило в деревне у нас за спиной.
— Назад! — передал шепотом Бём.
Я переложил винтовку в левую руку и стал отползать.
Рядом с правой рукой в землю вонзилась пуля.
Шш-парр! Шш-панг! — пронеслось над ухом и ударило в железнодорожную насыпь.
Я пополз дальше. Брюки задрались. Впереди утихло. Только справа — частая стрельба, а слева через короткие интервалы — пулемет.
Верно, мы им уже не видны, подумал я, и чтоб легче было ползти, приподнялся над землей.
Справа лежал тот, кого скосило в начале атаки.
Я пополз к нему. Он не шевелился. Может, это и не Цише?
Я подполз ближе. Это был Эрнст. Левая рука у него была наполовину придавлена туловищем.
Я тронул его за плечо. Он был недвижим. Я осмотрел карманы и взял его вещи.
Потом поглядел вперед. Там темной стеной стоял лес. Может, рискнуть приподняться теперь? Встал на колени. Слева выстрел. Но мимо! Ясное дело — я виден им на фоне неба.
Ползу дальше.
— На помощь! — шепот слева. Вижу: Шанце из моего отделения.
— Куда тебя?
— Обе ноги! — стонет он.
Как мне ему помочь?
— Идти можешь?
Зз-крамм! Рам! Рам! Рам! — ухнуло где-то сзади.
Он попытался подняться.
— Нет, не могу.
— Постараюсь прислать к тебе на подмогу.
Он беззвучно плакал. Ну как мне ему помочь? Что, если рассвет застанет его здесь, вблизи французов? Я попытался взять его под мышки и потащить.
— А-а! — вырвался у него сдавленный крик боли.
Нет, не получается.
Я встал.