Воспитательные часы

Ней Сара

Он дрожит.

Мои руки безвольно падают по бокам, невесомые, тело и нервы теряют центр тяжести, колени дрожат, когда его рот нависает над моим и его восхитительный язык соглашается познакомиться. Наши головы наклонены для лучшего угла.

Боже, я хочу запустить пальцы в его лохматые волосы. Целовать его лицо, брови, сломанный нос.

Он тоже наклоняется ко мне, моя грудь набухла, трется о его твердую грудь, такую твердую, что я чувствую его соски через рубашку. Через лифчик.

Ретт целует меня так, будто действительно

хочет этого, жестко, но нежно. Лениво, но уверенно. Твердо и мягко, а потом:

— Tu sens merveilleuse (перев. с фран.: Ты пахнешь чудесно.).

От его хриплого французского бормотания у меня мурашки бегут по спине, вниз, к пальцам ног. Какие бы слова он не шептал, они посылают волну желания через мое сердце, заставляя меня — о боже, — так завестись.

Я хочу свернуться калачиком внутри этих слов. Раздеться в них.

Все, что было между мной и Реттом, начиналось так неправильно, в худшем смысле, а теперь быть с ним…

Так правильно.

Он мне нравится.

Очень нравится.

Я нахожу в себе силы поднять руки. С жаром провести ими по его животу. Грудине. Ключице. Готовясь обхватить его сзади за шею и притянуть к себе.

— Лорел… — шепчет он, снова прижимаясь лбом к моему лбу. — Лорел.

— Мм?

— Ты… — Он сглатывает. — Ты должна зайти внутрь.

— Я должна?

Он кивает.

— Мне пора.

— Пора? — Но почему?

С пылающим от смущения лицом я забываю о пронизывающем холоде, когда слабо отступаю назад, ударяясь задницей о дверь. Поворачиваюсь, чтобы отпереть ее, возясь с ключом, дрожа всем телом. Слезы щекочут переносицу между глаз.

Я отказываюсь оборачиваться и смотреть на него, поэтому говорю двери:

— Спокойной ночи.

Чувствую, что Ретт колеблется позади меня.

— Спокойной ночи.

Только войдя в холл, осознаю, что руки Ретта ни разу не покидали его карманов, пока я задыхалась.

Ретт

Я не могу войти в свой дом.

Так что сижу в своем джипе, припаркованном перед ним, двигатель все еще работает, руки все еще сжимают руль.

Что, черт возьми, все это значит?

Что за хрень?

Что это было?

Кто-то должен объяснить это, потому что я чертовски запутался.

Лорел поцеловала меня.

Я прокручиваю это в голове снова и снова, откинувшись назад, ударяясь о подголовник. Немигающим взглядом уставился в потолок машины, на широкое пространство коричневой ткани, тяжело дыша, борясь за контроль над ускоренным сердцебиением.

Чувствую мой пульс 140 ударов.

Иисус.

Мои соседи по комнате правы? Я ей нравлюсь?

Не может быть. Это невозможно.

Дрожащей рукой я скольжу по переду своих серых штанов, по всей длине твердого члена, нажимая, но не поглаживая. Я видел, как она откровенно разглядывает

меня на крыльце, но отмахнулся от этого как от любопытства. Я не настолько невежественный; знаю, что у меня отличное тело. Я усердно тренируюсь, день за днем.

Это мое лицо не выигрывает конкурсы красоты.

Никогда бы не подумал, что такая девушка дважды посмотрит в мою сторону.

Сейчас? Я в этом не уверен.

ГЛАВА 13

«Он был достаточно умен, чтобы принести презервативы на нашу учебу, так что я уверена, что он отлично справится на экзамене».

Ретт

Я не могу думать ни о чем, кроме этого поцелуя. Не могу выйти на улицу, не бросив украдкой взгляд на маленький белый домик в конце квартала, ожидая, когда она выйдет.

На самом деле, высматривая ее.

Тот поцелуй произошел три дня назад, и с тех пор я ее не видел и не получал от нее вестей; не то, чего я ожидал. Не то, чтобы мы встречались, и это не значит, что она обязана.

Тем не менее…

С одной стороны, я чертовски разочарован, что не получил от нее весточки, а с другой - сомневаюсь, что она ждала моего сообщения.

Дерьмо.

Я сижу, размышляя, не в силах сосредоточиться на бумагах, сложенных передо мной. У моих друзей не возникло бы никаких проблем с выяснением этого дерьма; они бы написали ей без колебаний, вероятно, в ту минуту, когда сошли с ее крыльца.

Тупо смотрю на эссе, мысленно сочиняя текст для Лорел, прежде чем напечатать его, и чертовски надеюсь, что она примет это случайное сообщение.

Я: Привет.

Лорел: Эй, незнакомец! Мне было интересно, куда ты запропастился.

Черт возьми, я был прав — она ждала, что напишу ей первым. Иногда я такая задница.

Я: Исправляю бумаги и учусь в библиотеке.

Лорел: Какой именно?

Я: Публичной. За Бродвеем.

Лорел: Ты ведь не прячешься?

Я: LOL, нет.

Возможно.

Лорел: Как ты отнесешься к компании?

Моя грудь расширяется, затем сжимается, сердце колотится.