Воспитательные часы
Шрифт:
Лорел
Мы не идем в винный бар.
Даже близко.
Я гуляю с Александрой и двумя ее лучшими подругами, Гретхен и Кари, и мы, конечно, не в каком-нибудь шикарном месте; на самом деле, это место — притон.
Кроме того, это дом сбора средств для братства, бар и студенческая вечеринка в одном месте, представьте себе.
В третий раз за вечер я толкаю Алекс
— Пойдем, Алекс, уже поздно. Ты сказала, что мы не останемся надолго.
— Я знаю, но Джонатан сидит за стойкой уже час и почти закончил свою смену. Хочу увидеть его перед отъездом.
Джон является президентом «Sigs», одного из крупнейших университетских братств. Самые большие тусовщики. Глубокие карманы.
Худшая репутация.
Моя кузина трахалась с ним за спиной своего парня неделями.
— Алекс, я уверена, Джон не узнает, если ты уйдешь пораньше. Он переживет, вы оба.
— Я отвезу его домой. — Она перебрасывает свои длинные черные волосы через голое плечо. — Трезвый водитель.
— Что?! Ты обещала подвезти его домой?
— Это не все, что я ему обещала. — Ее смех кокетливый и почти несносный.
— Ты что, издеваешься надо мной? Что Дилан думает об этом?
Она выпячивает нижнюю губу.
— Какая разница? И почему тебя это волнует? Прости, Лорел, я не иду. Если хочешь уйти, уходи.
— На улице холодно!
Температура ледяная, и я уже отмораживаю задницу в обтягивающих черных леггинсах-капри и топе, без куртки, на каблуках.
О чем, черт возьми, я думала, выходя в таком виде?
Я надеялась, что Ретт передумает и выйдет, как только команда вернется в город.
Моя кузина скользит своими стеклянными глазами вверх и вниз по моей одежде. Обтягивающий черный топ с длинными рукавами, но тонкий, как бумага.
— Лорел, — раздраженно фыркает она. — Я не виновата, что ты не захватила куртку. — Когда Алекс скрещивает руки на груди, я понимаю, что разговор окончен, и могу сделать одну из трех вещей: остаться, пойти домой или позвонить кому-нибудь.
Я ломаю голову: Донован на свидании с каким-то новым парнем, с которым познакомился в прошлые выходные на студенческом съезде Сената, а Лана взяла дополнительную смену в банкетном зале, где она работает официанткой. Сегодня свадьба, и она не хотела отказываться от чаевых.
— Ну?
Я отмахиваюсь.
— Не беспокойся обо мне. Я разберусь с этим.
Это не первый раз, когда она выбрала парня, вместо друзей, и этот раз не будет последний; Алекс имеет привычку ставить кавалеров превыше всего.
Несмотря на разговоры об изнасиловании на свидании, которые
Если, конечно, она не захочет с кем-то переспать.
Тогда? Все ставки отменяются.
Я прищуриваюсь.
— Пофиг. Я разберусь с этим.
Ее улыбка довольной, избалованной девчонки.
— Напиши мне, когда вернешься домой, чтобы я знала, что ты там в безопасности.
— Потому что, если я этого не сделаю, ты придешь мне на помощь?
Она оскорблено вскидывает подбородок.
— Конечно, приду!
— Тогда почему ты позволяешь мне уйти отсюда? Одной?
— Боже, Лорел, тогда оставайся. Не будь такой сукой.
Я вскидываю руки.
— Я закончила. Я ухожу.
Раздраженно тряхнув головой, ухожу, мечтая о тысяче пикантных подробностей, которые расскажу матери утром, когда позвоню домой.
— Окей. Береги себя! — кричит она. — И напиши мне, когда вернешься домой!
Точно. Как только это произойдёт.
На улице я нахожу угол и прижимаюсь к кирпичной стене. Разблокировала телефон и прокручиваю контакты, пытаясь не обмануть себя.
Я хочу, чтобы меня забрал только один человек, и он дома, возможно, в постели, не хочет выходить и тратить время на знакомство со мной.
Я неуверенно покусываю внутреннюю сторону щеки. Что, если он не ответит?
Но что, если он это сделает?
— К черту. — Слова поднимаются на выдохе, погода такая холодная, что моя бравада превращается в пар.
Имя Ретта освещает мой экран, счетчик тикает вверху.
Одна секунда.
Три.
Восемь.
— Алло?
— Ретт? — Слышу шорох, как будто он лежит в постели и выворачивается из одеяла. На краткий миг я представляю, что он без рубашки, босиком, в одних трусах, а его крепкое тело завернуто только в одеяло.
— Алло?
Он не узнает мой голос?
— Эй. Это Лорел.
— Эй, что случилось? — Он зевает.
— Надеюсь, я не помешала. — Закатываю глаза; как глупо это звучит? Очевидно, он в постели или что-то в этом роде.
Дерьмо. Что, если он не один?
Пфф.
Да, мы ведь говорим о Ретте, конечно, он один.
— Нет, ты ничему не мешаешь. — Он делает паузу. — Я думал, ты сегодня куда-то собралась.
— Я была. Я… то есть, хочу сказать, — продолжаю болтать. — Мы ходили, я, кузина и ее друзья.
Сжимаю губы.
— Ты что, пьяная набираешь мой номер? — спрашивает он медленно, осторожно.
Я неловко смеюсь, слегка дрожа от холода и нервов. Обнимаю себя, жалея, что у меня нет пальто или хотя бы толстовки, хоть чего-нибудь, чтобы защититься от холода.