Воля твоя
Шрифт:
Моя спасительница уходила, напоследок помахав мне ухоженной ладошкой. Я благодарно откликнулся в ответ, продолжая следить за нею взглядом. Странно получилось: я спас ее, а она в благодарность спасла меня. Но с другой стороны, не влезь я тогда, о моем местонахождении в Самаке никто бы так и не узнал, и всего сегодняшнего приключения бы просто не существовало. Из одного плавно вытекло второе, хотя если бы мне дали шанс все переиграть, я поступил бы ровно также.
Она уже ушла, и я забыл, как выглядел ее силуэт. И в голове настойчиво плясала одна мысль: ведь я так и не узнал ее имени.
Два раза молния в одно и то же место не бьет, подумал я, оттаскивая оглушенного доскою крестьянина к его телеге и снимая с него одежду. Он был старше меня на пару десятков лет, но такой же грязный и неопрятный. В любом случае, стоило попробовать, так как запряженный в телегу осел никакого различия между нами не обнаружил. Пробурчав что-то не особо прислушивающемуся стражу на воротах, я, понукая словно вообще не замечающее ничего вокруг животное, покинул Самаку.
Конь оказался мне явно не рад. Просто рвал и метал при моем приближении, прожигая плешь в куртке только лишь яростным взглядом. Мне кажется, или раньше его глаза не выглядели столь выпученно-алыми?
Намертво привязанный к дереву, он бесился в окружении трех издохших волков, сверкая на боках свежими ранами и царапинами. И очень, очень плотоядно скалился моему приближению. А я неуверенно топтался на месте, лихорадочно подбирая слова и выстраивая в голове манеру поведения, - с кем!
– со вкорне обидевшимся конем. Что поделать, я даже не предполагал, что мне доведется увидеться с ним вновь, а о том, чтобы вообще вернуться сюда, не смел и подумать.
Подняв ладони кверху, я с самым миролюбивым видом двинулся к нему. И ведь знает, засранец, что он мне нужен. Чувствует мою в нем нужду.
Глава 3
– Как тебе, Марек?
Она задорно покрутилась перед зеркалами, взмахнула косой, перебросив ее на грудь, и притопнула каблучками. Ее сверкающие глаза вгляделись в меня. Само внимание.
Ну, и что мне ей сказать? В очередной раз повторится, высказав свою нелепую точку зрения? Но все же, но все же... Почему я? Есть целая куча людей, гораздо больше меня понимающих в этом, но она почему-то всегда спрашивает меня.
– Ну же, как я выгляжу?
– Ты прекрасна, девочка.
– Но?
– Непринужденно догадалась она.
– Да, но. Я тебе уже не раз повторял о том, что подобная высокая платформа не твое. При твоих длинных и стройных ногах она совсем не смотрится.
Она еще некоторое время глядела на меня, а глаза ее с каждой секундой увлажнялись. В критический момент она отвернулась, решительным движением скидывая туфельки.
– Так лучше?
– Вновь обернулась она ко мне, заискивающе улыбнувшись.
– Гораздо лучше, - кивнул я ей, чувствуя на душе неприятную тяжесть.
Чего именно она от меня добивалась? Правды или лести? Я сказал
Быть может, стоило промолчать?
– Я даже и не подозревал, что твоему приятелю на самом деле удалось вытащить тебя из той ямы, где ты скрывался. Подумать только, он вытащил тебя на свет! Ты бы видел, как он веселился, едва ли не прыгал от радости и удовольствия, что тебя удалось уговорить. Благо, я вовремя обнаружил, с кем он ведет свою "тайную" переписку.
– Так значит, это именно вы - та самая таинственная фигура, с которой мой знакомец затеял некое пари?
– Именно так. Только ты не понял главного - истинной цели нашего спора.
– Ну теперь-то я понимаю, - хмыкнул я.
– А понимаешь ли ты, насколько опасно тебе было там оставаться?
– Не особенно. Признать честно, я так и не разобрал, от чего меня пытались предостеречь.
Он нахмурился, вперив в меня задумчивый взгляд и покусывая губы. Вероятно, пытался определить, насколько я блефую.
– Но неужели то письмо с призывом было от вас?
– Естественно! Проигрывать вот так запросто я ни за что не собирался!
***
– Святой отец, - кивнул я всаднику в длинной черной сутане, о чем-то неспешно разговаривающему с кучером богатой кареты, запряженной в двойку лошадей.
– Приветствую, сын мой, - осеял он меня левой дланью.
– Да пребудут Создатели с тобою.
Конь, вопросительно взглянув на меня, все тем же нескорым шагом продолжил свой путь мимо них. Я решил не останавливаться - случайная встреча, случайные люди, несмотря на то, что подобную пару я не ожидал здесь увидеть. Не кучера, нет - этих на дорогах пруд пруди как на козлах совсем дешевых и самодельных телег, так и весьма состоятельных, зачастую путешествующих по трактам в сопровождении одного или двух телохранителей, сидящий либо рядом с извозчиком, либо плетущихся следом верхом на какой-нибудь лошадке. Впрочем, могут и пешком, так как богатые любят ездить с комфортом, и рессоры не каждой кареты способны избавить их изнеженные чресла от неудобоваримой скачки по колдобинам.
Здесь, кстати говоря, охраны не было видно, хотя экипаж стоял на месте явно не просто так. Однако если была бы нужна помощь, меня бы обязательно окликнули.
Я хмыкнул, представив свой вид со стороны. Нет, пожалуй, я сам себя не стал бы окликивать.
Но вот священнослужитель, в противовес обыкновенному слуге, на дороге и в одиночестве был редким зрелищем. Для меня так вообще впервой, отчего я, не зная как себя вести, его поприветствовал. Ничего не мешало проехать мимо молча, однако мне просто хотелось его рассмотреть. Одного со мной возраста, может, совсем немного старше. Черные прямые волосы до плеч, прямоугольное лицо с едва очерченной ямочкой на подбородке, прямой волевой нос, выглядящий несколько тяжелым из-за насупленных бровей, невысокий лоб и темно-карие глаза. На светлой коже не было видно ни единого следа щетины, словно до сих пор на его лице пробивается лишь юношеский пушок. Он оглядел меня столь же внимательным взглядом, но в тот момент, когда я уже поравнялся с ним, священник развернулся для продолжения оказавшейся таинственной для меня беседы. Мы оба удовлетворили свой интерес.