Водяра
Шрифт:
– Все ясно, поехали отсюда, – предложил Тимур.
– Ну нет, – заявил Тигран. – Что мы, даром сюда тащились?
Он решительно вошел в центр, сказал офис-менеджеру несколько фраз по-испански. Через несколько минут они сидели за столиком в углу просторного пустого зала в окружении телевизионных экранов, на которых в режиме нон-стоп крутились красочные рекламные ролики. Подошел менеджер по продажам, молодой человек лет двадцати двух в униформе агентства, но какого-то неистребимо студенческого вида, вежливо поинтересовался:
– Сеньоры русские?
– Сеньоры осетины, – поправил Тигран.
– Без разницы. Хоть евреи, хоть татары.
– Пока не знаем. Давай, обольщай.
Через несколько минут Тигран прервал менеджера:
– Язык хорошо подвешен, вижу. Испанский знаешь?
– На уровне носителя.
– Английский?
– Свободно. Между прочим, у меня красный диплом Инъяза.
– Французский? Немецкий? – продолжал Тигран.
– Объясниться смогу.
– Как тебя звать?
– Герман.
– Вот что, Гера, закажи-ка нам пива.
– Пива не держим. Только шампанское.
– Ладно, давай шампанское.
Появилась официантка с бутылкой брюта в мельхиоровом ведерке со льдом и двумя бокалами, ловко откупорила бутылку, разлила шампанское по бокалам. Герман продолжил было рассказ о необыкновенных возможностях обладателей таймшера с комфортом отдохнуть в любом уголке мира, но Тигран не стал слушать:
– Будешь заливать кому-нибудь другому. Нас твои сраные таймшеры не интересуют.
– Что вас интересует?
– Ты. Кто ты? Как ты оказался в Испании? Выкладывай. Только не ври. Начинать знакомство с вранья – плохая примета.
История Германа была довольно типичной для новых времен. Родом из Тамбова, рос без отца, мать учительница. После окончания Инъяза попытался зацепиться в Москве: работал преподавателем испанского в лицее, подрабатывал переводами. Денег не хватало. Дорого стоила съемная квартира, нужно было помогать матери. По случаю подрядился собирать урожай апельсинов в Севилье. После окончания сезона в Москву не вернулся. Так с тех пор и живет: без вида на жительство, перебивается случайными заработками. Сейчас вот – в «таймшере». Взяли, чтобы обслуживать русских. Русских в Марбелье много, но им не нужны таймшеры, у них свои виллы.
– Сколько тебе здесь платят?
– Десять долларов в день. Плюс процент с продаж. Продажи бывают нечасто – одна-две в месяц.
Тигран достал из бумажника визитную карточку и перебросил Герману.
– Зайди завтра с утра. Я буду платить тебе тридцатку в день.
– А что делать?
– Что скажу.
– В Испании я незаконно, – напомнил Герман. – В любой момент могут выслать.
Тигран обернулся к Тимуру:
– Мне нравится этот парень. Мог промолчать, но нет – сказал. Не бери в голову, Гера, решим.
– А ты говорил: поехали отсюда, – проговорил Тигран уже в машине. – Выпили на халяву хорошего шампанского. И нашел полезного человечка. Сотрудник с тремя языками – такие на дороге не валяются.
Тимур засмеялся. В этом был весь Тигран: он умел из всего извлекать выгоду.
Из Осетии Тигран уехал еще в 1997 году, когда закончилась эпопея с американским спиртом. В Марбелье у него был свой бизнес – строительная компания: покупали у муниципалитета земельные участки, возводили на них виллы под ключ и затем продавали их богатым клиентам. Еще он был официальным представителем Федерации футбола России: встречал и размещал членов сборной, которые, оказывается, проводили здесь тренировочные сборы. А то в самой России подходящих мест не было.
Строительной компанией Тигран владел на пару с местным
Тимур колебался. К решению его подтолкнула случайность. Однажды они с Тиграном засиделись часов до двух ночи в открытом ресторанчике в порту Puerto Banus. Возвращались пешком. На одной из припортовых улиц Тимур увидел молоденькую девчонку, лет семнадцати, в легком летнем платьице, с сумочкой на длинном ремне. Она шла по темному тротуару и даже не глянула на двух не очень трезвых мужчин, уступивших ей дорогу.
Тимур поразился:
– Как ее родители отпускают?
– А что? – не понял Тигран.
– Как что? Ночь, порт. Мало ли что может случиться!
– Отвыкай. Ты не в Москве. Здесь никогда ничего не случается. Марбелья – самое безопасное место в Испании. Или даже во всем мире.
И этот случай разрешил все сомнения Тимура. Он купил пятикомнатные апартаменты в кондоминиуме с видом на море, автоматически получил вид на жительство как владелец недвижимости и через месяц перевез в Марбелью Алину с детьми. Сестры давно уже были замужем, жили своими семьями. Отец решения Тимура не осудил, но переезжать наотрез отказался:
– Как тебе жить, думать тебе. Может, ты прав. Может, нет. Не знаю. Ничего я не понимаю в этой новой жизни. Сколько ты заплатил за апартаменты?
– Не очень дорого. Всего пятьсот тысяч долларов. Цены на недвижимость все время растут.
– Пятьсот тысяч долларов. Для тебя недорого. А я за всю жизнь таких денег не заработал. Даже не могу представить, что такие деньги бывают. А ведь получал много – до тысячи рублей с премиями. Как я тебе могу советовать? Так что решай сам, а мы с матерью будем доживать свой век на родине.
Дети восприняли переезд в Марбелью как обычную поездку к морю, Алина же была ошеломлена:
– Не могу поверить! Это рай. Мы теперь будем жить в раю? Мне кажется, что я сплю.
Тимур привык иметь дело с большими деньгами. Но большие деньги всегда влекли за собой большие проблемы. Первый раз в жизни он почувствовал себя счастливым от того что у него много денег, что он может обеспечить самым близким ему людям жизнь в раю.
Тигран уже начал переговоры со своим испанским партнером о продаже его доли в строительной компании, переговоры шли успешно, но тут на фешенебельную Марбелью, как тайфун на тропические острова, обрушился небывалой силы коррупционный скандал. Погромыхивало и раньше. Испанской полицией в Марбелье был задержан и экстрадирован в Россию член «медведковской» преступной группировки Пылев по кличке «Карлик», которого подозревали в убийстве известного киллера Александра Солоника в Афинах в 1997 году. Арестовали семнадцать грузинских воров в законе, обвиненных в отмывании денег путем сделок с недвижимостью. И как лавина сорвалась. Прокуратура вскрывала все новые факты незаконного выделения земли для постройки вилл, финансовых махинаций чиновников муниципалитета, злоупотребления служебным положением, расхищения общественных фондов. В мэрии изъяли всю документацию, шли обыски в службе градостроительного планирования, в адвокатских конторах, связанных с городскими властями, были заблокированы более тысячи банковских счетов.