Вне морали
Шрифт:
Она лежала лицом вверх, полускрытая нависшим кустарником, в чем мать родила, безжизненная, неопределенного возраста. Кожа съежилась и местами лопнула, открытые глаза на жаре выпеклись и превратились в маленькие светящиеся точки, светлые волосы стали серыми от пыли. Рот раскрыт, словно в безмолвном крике, в него, на нечаянный пир, вползала вереница жуков. В безобразном трупе с трудом угадывалась фигура человека, не то что женская красота.
Боб опустился на колени.
Она пристально смотрела на него. Губы, совершенно бесцветные, сложились в улыбку. Боб осторожно, словно боясь, что она вдруг проснется и схватит его, протянул к ней руку. Но она продолжала оцепенело лежать. Кожа на ощупь
Вдруг ее лицо исказилось. Боб затрясся. «Неужели она все-таки живая?» – забилась в его мозгу кошмарная мысль.
Он в ужасе смотрел на нее. Его рот раскрылся в сдавленном крике, исторгшемся из души, когда он увидел, как из ее носа, выворачивая ноздри, протиснулся жирный черный жук и наставил на него свои длинные усы-антенны. Боб отпрянул, попятился, потом вскочил и бросился бежать куда глаза глядят. Он устремился не к трейлеру, а, неуклюже переваливаясь, помчался к трассе. Сандалии слетели с него, но он не замечал этого. Безразличный к острым камням, царапавшим и полосовавшим ему ноги, с каждым шагом оставляя за собой кровавый след, Боб бежал, не сбавляя скорости и не оборачиваясь, будто боялся, что призрак жуткой девицы преследует его, наступая на пятки.
Глава 34
Серена Диал из главного полицейского управления Лас-Вегаса передвинула темные очки на кончик носа и принялась разглядывать тело.
– Замечательно, – пробормотала она.
Она ни к кому конкретно не обращалась, тем более что никого рядом не было, да и вид ей не нравился. К трупам, найденным в пустыне, она питала особое отвращение. Все они выглядели одинаково, словно пролежали на песке и солнце лет сто, а те, что иногда попадали к ней после хищников, являли собой еще более ужасающее зрелище – выклеванные глаза, свисающие куски плоти, торчащие белые кости. Нередко они возвращались к Серене в ночных кошмарах. Обычно она сталкивалась с иными трупами – с ножами в спине, с пулевыми отверстиями. Если на них не было крови или к ее приезду она вся вытекала, то смотреть на них можно было даже без рвоты. По крайней мере они выглядели как люди. Не так, как этот ужас.
Определенно женщина. Это определяется сразу. Солнце, конечно, сильно меняет тело, особенно если оно пролежало на нем очень долго, но случаев исчезновения пенисов пока не отмечалось. Груди, правда, становятся плоскими. «У нее они, правда, сохранились неплохо, – внезапно подумала Серена. – Занятно». Труп лежал, поблескивая на солнце, вперив в Серену остекленелые глаза. «Тоже интересно».
Серена села на корточки, вытянула голову, принялась дюйм за дюймом осматривать тело, не дотрагиваясь до него. Она начала с подошв, затем оглядела ноги, больше, чем требовала необходимость, рассматривала промежность, живот, груди и наконец лицо и губы, которые выглядели готовыми для жуткого поцелуя.
Серена поднялась, достала из кармана цифровой диктофон, включила его и наговорила несколько фраз.
Ветер ерошил ее длинные, до плеч, пышные черные волосы. Высокая, статная, красивая, она была похожа на киноактрису, за кого ее и принимали все, кто впервые сталкивался с ней здесь, в Лас-Вегасе. Поэтому вне работы она облачалась в «панцирь», от которого, как мячики, отскакивали нежелательные типы, подвыпившие искатели легких знакомств. Серена была высокой, гибкой и хорошо сложенной. Носила футболку без рукавов, заправляя ее в тугие полинявшие джинсы. Мускулистая, сильная, она много времени проводила в спортзале. От постоянного нахождения на солнце кожа покрылась золотистым загаром.
Ей было тридцать пять лет. Глаза, обычно скрытые за абрикосового цвета стеклами солнечных очков, были изумрудного цвета. Рот маленький, с бледными губами. Выглядела она
Девушку, лежавшую у ее ног, наверняка интересовало то же. Она этого никогда не узнает. Такой, как сейчас, она, конечно же, себя не представляла.
– Возраст, – заговорила Серена, включая диктофон. – Не могу сказать. Придется подождать медицинского заключения. Думаю, двадцать с небольшим. Причина смерти – на первый взгляд тяжелая травма головы. Запекшаяся кровь в волосах, ближе к затылку. Не исключено, что череп разбит. Невозможно определить, нужно поворачивать труп. Волосы – черные, окрашенные в светлый цвет. – Серена окинула взглядом место вокруг тела. – Убита не здесь, слишком мало крови на земле. Кто-то привез сюда тело и оставил под кустом. Полностью обнажена. Признаков сексуального насилия – кровоподтеков, сломанных ногтей, ран в области таза, царапин – нет. Ран на видимых частях тела тоже нет. Но все равно проверим всех подозрительных типов. Время смерти? Не могу даже предположить. Сомневаюсь, что врачи сумеют определить точно. Навскидку – дня два назад. Окоченение наступило давно. Хорошо, что хищники не успели до нее добраться.
Внезапно ее осенило. Она осторожно ткнула морщинистую грудь мертвой девушки пальцем.
– Ну естественно, – пробормотала и поднялась. Серена продолжила запись: – Уши проколоты, но сережек нет. Нет ни колец, ни часов. Ногти на руках и ногах покрыты красным лаком, на лице следы сильного макияжа. По всему телу наклеены блестки.
Серена услышала шаги за спиной, потом голос:
– Привет!
– Осторожнее ступай, Корди, – предупредила Серена, не оборачиваясь.
Она понимала, что никаких разгадок тут не увидит. Трупы в пустыне обнаруживались нередко, и по большей части никаких улик возле них она не находила. Неудивительно. Бросали своих жертв в пустыне Мохаве на растерзание солнцу и животным главным образом гангстеры из старой части Лас-Вегаса, тертые парни, умевшие заметать следы.
Корди притворился обиженным.
– Не учи, я тебе не салага. Правила знаю, – огрызнулся он.
В последние полгода Кордеро Элиас Анхель был ее напарником. Серена, заслужившая у своего начальника, лейтенанта, репутацию человека сложного, ни с кем не уживалась больше двух-трех месяцев. С Корди же они сошлись. Он был парень исполнительный, делал что необходимо, бегал куда нужно и ни разу не попытался подкатить к ней. Он предпочитал молоденьких невысоких блондинок. Кроме того, он был на двадцать сантиметров короче и на шесть лет младше Серены. По этим причинам никакой романтики между ними и не возникло.
Такая женщина, как Серена, не могла не привлекать внимания. Предложения о встрече она получала часто и даже иногда ходила на свидания. Правда, заканчивались они раньше, чем наступал вечер. Поклонников отпугивали ее тяжелый взгляд и грубоватые манеры. Бывало так, что сексом она не занималась по нескольку лет кряду. Ей удавалось убеждать себя в том, что он ей не нужен.
В отличие от нее Корди вел насыщенную жизнь. За время совместной работы Серена видела его с шестью разными девушками, от двадцати до двадцати трех лет. Ни одна из них не продержалась дольше первой гимнастики в постели. Для двух последних это случилось впервые. Так, во всяком случае, уверял сам Корди. Серена одернула его, заявив, что хвалиться такими вещами гадко. В ответ Корди лишь усмехнулся. Серена замолчала, чтобы не разругаться и с ним. С тех пор вопросы пола они не обсуждали.