Влюбить Уинтер
Шрифт:
По его тону я слышу, что он обижен на меня за это, пусть даже совсем немного, и от этого у меня болезненно сжимается грудь. Он не только решил отдать меня своим друзьям, чтобы они трахали меня так, как им заблагорассудится, и сказал, чтобы я отплатила им тем же, но и теперь он будет упрекать меня в том, что я получила удовольствие от сделки. Я в отчаянии стискиваю зубы, и слёзы льются ещё сильнее, когда я выхожу из себя. Это точно не сработает.
— Это не имеет значения, Габриэль, — шиплю я. — Так не ведут себя нормальные пары, — говорю я, возвращая ему его же слова, сказанные ранее сегодня вечером. Он хотел устроить мне нормальное свидание,
Я вижу, что перешла черту, когда на его лице отражается буря эмоций. Когда он говорит, его тон низкий и смертельно спокойный.
— Я стараюсь ради тебя, Уинтер, когда могу, но я никогда не стану нормальным. Я всегда буду таким — испорченным, ревнивым и вне закона. Как я могу быть другим с моим прошлым? Это всё, что я когда-либо знал. Я никогда не стану идеальным, напыщенным принцем вроде Дина Блэкмура, но я хочу тебя. Больше всего на свете я хотел этого в своей жизни. Ты моя, и я никому больше не позволю к тебе прикоснуться.
Напряжённость его голоса в конце его речи потрясает меня до глубины души, и я мгновенно сдерживаю слёзы. От искренности его слов у меня покалывает в кончиках пальцев рук и ног, а сердце бешено колотится в груди. Он указывает на фиолетовый синяк и царапину на своей щеке.
— Сегодня я подрался именно из-за этого. Парни отпускали комментарии, которые меня задели, потому что они не совсем поняли, что я им сказал в первый раз. Ты моя, и я сверну им шеи, если они посмеют что-то сделать.
— Это из-за того, что ты подрался со своими друзьями? — В ужасе спрашиваю я. — Со всеми тремя? — После того как я увидела их всех обнажёнными и пережила ночь, когда они меня лапали, я точно знаю, что это было бы опасно. Эти парни накачаны и не боятся проявлять агрессию.
Габриэль серьёзно кивает, его голубые глаза впиваются в мои.
— Я хочу тебя, Уинтер, и сделаю всё, что потребуется, чтобы доказать это. Ты моя, и я тебя не отпущу.
Я вспоминаю его недавнее заявление о том, что если я не хочу быть с ним, то мне просто придётся стать одной из клубных девушек, которых все обходят стороной.
— Но как же…
— Ты моя, — рычит Габриэль. Рывком открыв ящик комода, он достаёт перочинный нож и открывает его.
Мой пульс учащается при виде острого лезвия. Я понятия не имею, что он собирается с ним делать, но от него волнами исходит такая сильная эмоция, что я начинаю дрожать. Прежде чем я успеваю возразить, он приставляет кончик ножа к основанию большого пальца левой руки и вырезает букву «У» прямо на мякоти, до крови.
— Габриэль, — задыхаюсь я, протягивая руку к его ладони. При виде того, как он истекает кровью из нанесённой самому себе раны, моё сердце бешено колотится в груди. Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то так себя резал, и это меня пугает. Но в то же время я испытываю странное плотское удовлетворение от того, что он вырезал на своей ладони мою инициалу. Он пометил себя для меня, физически привязал себя ко мне так, как я и представить себе не могла. И он даже не вздрагивает от боли. Должно быть, ему больно, но ему, кажется, всё равно. Он хочет показать мне свою преданность и уверенность в нас, и это одновременно пугает и невероятно трогает. Затаив дыхание, я пытаюсь прикрыть его рану и остановить кровотечение.
Он хватает меня за запястье, удерживая его на месте, и вырезает букву «Г» у основания большого пальца моей правой руки. Я вскрикиваю, когда жгучая боль обжигает мою руку, но прежде чем
Затем он откладывает нож в сторону, снова запускает пальцы в мои волосы и страстно целует меня.
6
УИНТЕР
Адреналин от того, что инициалы Габриэля вырезаны на моей ладони, струится по моим венам, когда он с новой силой прижимает меня к стене. Все мои страхи и гнев мгновенно улетучиваются, когда меня поглощают его эмоции. Я отчётливо чувствую его потребность во мне, когда его член прижимается к моему клитору, а язык проникает в мои губы, чтобы глубоко поцеловать меня. Воздух вырывается из моих лёгких, когда пульсирующее желание превращает мои внутренности в расплавленную лаву.
Не колеблясь ни секунды, я прижимаюсь к нему, обхватываю свободной рукой его шею и трусь грудью о его грудь. Я стону от внезапного желания почувствовать его внутри себя. Отпустив мою руку, Габриэль проводит своей теперь уже свободной рукой по моему обнажённому животу и спине, оставляя на моей коже липкий след из нашей общей крови, а затем поднимает меня с комода и прижимает к стене, жадно наваливаясь на меня всем телом.
От пьянящего возбуждения тонкая ткань моих трусиков, одного из двух хлипких слоёв, отделяющих меня от Гейба, становится влажной. Проводя ногтями по его обнажённой спине, я впиваюсь в него с животным желанием. Сейчас я хочу только одного: чтобы он трахал меня до тех пор, пока я не закричу от боли и экстаза.
Развернувшись, Габриэль несёт меня к кровати и бросает на неё, отчего я вскрикиваю и подпрыгиваю, пытаясь восстановить равновесие. Затем он оказывается сверху и раздвигает мои колени, чтобы освободить место для своих бёдер. Потираясь о мой клитор, Габриэль грубо трахает меня, вжимая грудью в кровать и жадно целуя в губы. Он прикусывает мою нижнюю губу. Задыхаясь от острой боли, я подаюсь к нему бёдрами, наслаждаясь ощущением его члена, упирающегося в меня даже через ткань.
— Трахни меня, — стону я, когда он с лёгким щелчком отпускает мою губу.
Взяв мои запястья в свои сильные руки, Габриэль заводит их мне за голову, и я чувствую над собой перекладины изголовья.
— Держись и не отпускай, — предупреждает он. Затем он встаёт с кровати.
Грудь вздымается от сильного желания, я наблюдаю, как он пересекает комнату. У меня внутри всё сжимается, когда я думаю, что он может просто оставить меня здесь, отчаянно желая его. Затем он берет с комода перочинный нож, и от холодного страха у меня сжимается живот.
— Габриэль, что...
Но Габриэль прижимает палец к моим губам, его глаза сверкают в моих глазах. Затем его взгляд скользит по моему телу, останавливаясь на том, как быстро вздымается и опускается моя грудь, на моих широко расставленных ногах в ожидании его проникновения.
Он осторожно прикладывает холодный острый металл к внутренней стороне моего декольте, и я вздрагиваю, а затем прикусываю губу, боясь даже вздохнуть, чтобы он не порезал меня.
Медленно проводя лезвием по изгибу моей груди, Габриэль облизывает губы, словно пробуя меня на вкус. Инстинктивно я отпускаю перекладины изголовья и опускаю руки в защитном жесте.