Влюбить Уинтер
Шрифт:
Как можно тише выскользнув за дверь, я направляюсь в клуб, чтобы перекусить перед первым днём работы мусорщиком. Я вхожу через двойные двери, ожидая увидеть пустой бар. Обычно я прихожу на завтрак первым. Но сегодня Даллас, Рико и Нейл не только заняли барные стулья, но и практически доедают свой завтрак.
— Привет, — здороваюсь я, уже не так уверенно, как обычно, чувствуя, что мы в хороших отношениях.
Они оба кивают мне, и, глядя на их лица, я понимаю, что, хотя мы и помирились, я изрядно их потрепал, и они вряд ли забудут об этом, пока синяки и ссадины не сойдут.
— Послушай, Гейб, насчёт вчерашнего, — начинает Нейл.
— Я сорвался. Не стоило мне этого делать. Я знаю, что вы, ребята, не хотели ничего такого. — Я не могу заставить себя
— Ты, чёрт возьми, точно виноват, — ворчит Рико, выглядящий не лучшим образом из-за внушительного синяка под глазом.
Нейл бросает на него мрачный взгляд, а затем снова поворачивается ко мне.
— Мы хотим сказать, что понимаем тебя.
Я испытываю облегчение. Я рад, что наша ссора не привела к окончательному разрыву между нами. Рико, возможно, потребуется больше времени, чтобы прийти в себя, но если Нейл и Даллас смогли забыть об этом, то и он сможет.
— Всё в порядке, чувак? — Спрашивает Даллас, протягивая руку.
— В порядке. — Я хлопаю его по ладони и обнимаю по-братски, а затем делаю то же самое с Нейлом и упирающимся Рико.
Не успеваю я сесть, как Марк встаёт со своего места на диване и подходит к нам.
— Ну что, придурки, — говорит он в качестве приветствия, явно не собираясь спускать нам вчерашнюю драку. Он бросает мне в грудь пакет с батончиками мюсли, а Далласу — рулон мусорных пакетов. Марк смотрит каждому из нас в глаза. — Приготовьтесь убрать всю территорию, клуб, мастерскую, гараж, всё от носа до кормы. Вы не закончите, пока в клубе не останется ни пятнышка грязи.
Я со стоном смотрю в сторону бара и Дебби. По выражению её лица я понимаю, что она не сочувствует моему урчащему животу. Она так же зла, как и Марк, из-за того, что мы подрались в общей зоне. Не говоря уже о том, что я почти уверен, что мы сломали один из её новых барных стульев.
— И в следующий раз, — добавляет Марк, когда мы направляемся к двери, — решайте свои споры по-мужски. В специально отведённом месте, где Дебби не придётся тратить время на то, чтобы вытирать пролитый вами на пол сироп.
8
УИНТЕР
То ли мне снится невероятно яркий сон, то ли моему телу удалось довести себя до оргазма даже во сне. Но когда я наконец просыпаюсь, солнечный свет проникает в комнату Гейба и падает мне на лицо, я смутно припоминаю, как Габриэль нежно трахал меня сзади. Уже одно это наводит меня на мысль, что это был сон. Когда Габриэль трахает меня, он делает это жёстко, страстно, без сдерживания. Но когда я открываю глаза, Габриэля уже нет. Я прижимаю пальцы к внутренней стороне бёдер и чувствую, что насквозь промокла. Даже сильнее, чем если бы я просто возбудилась. Такое ощущение, что из меня всё ещё вытекает сперма Гейба. А учитывая, что прошлой ночью он кончил в меня не так уж много раз, я почти уверена, что сон, в котором он нежно трахал меня сзади, всё-таки был не сном.
От этой мысли у меня между ног пробегает волна удовольствия. Не знаю почему, но мысль о том, что он трахнул меня во сне и кончил в меня, доведя меня до оргазма, даже не разбудив, заводит меня. Мысль о том, что он так сильно хотел меня трахнуть, что не смог устоять, но при этом был достаточно внимателен к моему сну, чтобы не беспокоить меня. И сейчас, когда я поглаживаю свои влажные складочки, меня внезапно невероятно заводит мысль о том, что по моей ноге стекает его сперма.
Перекатившись на спину, я раздвигаю ноги и, используя его сперму в качестве смазки, нежно поглаживаю свой клитор и провожу пальцем по складочкам, чтобы проникнуть внутрь. Восхитительное предвкушение разливается по моему телу, и я снова оказываюсь на грани оргазма. Я мысленно представляю, как Габриэль обнимает меня, а его член упирается в меня сзади, пока я крепко сплю.
Задыхаясь, я сильнее прижимаю пальцы к клитору, и мои движения становятся всё более настойчивыми. Я чувствую, что вот-вот испытаю оргазм, и мне почти не нужно прилагать усилий, потому что я чертовски возбуждена.
— Блядь! — Я рвано дышу, выгибаясь в экстазе, мои руки и ноги подёргиваются, а волна экстаза посылает покалывание в пальцы рук и ног. Втянув в себя воздух, я откидываюсь на матрас, и мои мышцы расслабляются.
Я думаю обо всём, что произошло за последние два дня. Каждый раз, когда я позволяю своему сердцу принять решение, меня словно непреодолимо тянет к Гейбу. Моё тело явно жаждет его, что совершенно нелогично. Несмотря на то, что прошлой ночью я возвела между нами стену, пытаясь отгородиться от него, ему удалось прорваться сквозь мои барьеры. Я не знаю, почему меня так завела игра с ножом. Я никогда не причиняла себе вреда и не калечила себя, но от одной мысли о том, что он использует на мне такое опасное оружие, как секс-игрушку, у меня сладко сжимается желудок.
Я проверяю все места, где он меня задел, но следы почти незаметны, как кошачьи царапины без воспалений. Хуже всего выглядит небольшая царапина на кончике одного соска, но никто, кроме меня... и Гейба, не увидит её. Он чертовски сексуален и знает, как правильно меня ублажать, чтобы я пела от удовольствия.
Тупая боль у основания большого пальца напоминает мне о букве «Г», которую он вырезал на моей руке прошлой ночью. Я подношу ладонь к лицу, чтобы рассмотреть порез. Она полностью затянулась, и от мысли о том, что лезвие проникало в мою плоть, по спине бегут мурашки. Но в то же время я нахожу то, как он это сделал, удивительно красивым. Это простая буква, но она почему-то заставляет меня чувствовать себя в большей безопасности рядом с ним. Точно так же, как он оставил метку на своей руке, доказывая, что он мой, он физически отметил меня, чтобы показать, насколько серьёзно он настроен удержать меня. И хотя это меня пугает, в груди всё равно вспыхивает огонёк волнения.
Но сегодня, когда я остаюсь наедине со своими мыслями, я могу прийти в себя. Это нужно прекратить. Я не могу оставить ребёнка. Мне нужно отдалиться от Гейба, чтобы я могла поступить так, как будет лучше для меня, для моего плана. Мне нужно разобраться с этим, пока не стало слишком поздно.
Я встаю с кровати, наспех заплетаю волосы в пучок и нахожу какую-то тёплую одежду, чтобы закутаться в неё. Затем я выхожу за дверь. Я нигде не вижу Гейба: ни в гостиной, ни в клубе. Даже его мотоцикл пропал. Меня это не особо удивляет. В конце концов, завтрак давно закончился, и Дебби переключилась на бургеры и прочую еду на обед. И это хорошо. Мне всё равно не хотелось с ним есть. Кажется, я не могу избавиться от тошноты, которая подступает к горлу всякий раз, когда я думаю о еде. Чёртова беременность разрушит мой желудок вместе с моими идеально белыми зубами.
После ухода Гейба я размышляю о том, что делать дальше. Я знаю, куда хочу пойти сегодня, но не совсем уверена, как туда добраться. Я больше не могу просить кого-то подвезти меня. Я не хочу, чтобы у кого-то были проблемы с Гейбом. Да и вряд ли кто-то рискнёт ради меня собственной шеей. Но я также не могу допустить, чтобы Гейб узнал, что я ходила в клинику. Это вызовет вопросы, на которые я не готова отвечать. Кроме того, вряд ли кто-то в клубе будет двигаться в том направлении, куда мне нужно. Чтобы попасть в клинику, где, я уверена, никто не узнает меня в лицо, где я могу назваться вымышленным именем, а когда я скажу, что у меня нет работы, они не заставят меня платить, я знаю, куда мне нужно идти. Это клиника в соседнем городе. Добраться туда непросто, но это лучше, чем идти в клинику в центре города и молиться, чтобы никто меня не узнал и не связал с Гейбом.