Вестник

Соулу Ева

Джулия посмотрела Дэну в глаза: – Что скажете, доктор?

Он прищурился. – Нужно время, чтобы понять.

– Ну, да... – Она разочарованно привалилась к кромке стола.

– Это Алекс вам его дал?

– Время? А, опал... Да, он. Полагаю, на долгую память.

– Я приду вас проводить.

Джулия рассеянно кивнула. Посмотрела на часы.

– Мне пора. – Она смяла в руках сумочку. – Если найду подходящий предлог, вернусь обратно. Может, к этому времени что-то изменится. Может быть, даже к лучшему.

Она поднялась. Дэн ласково задержал ее ладонь, слушая, как частит пульс в кончиках смуглых пальцев. Джулия нервно оглядела зал.

– Наш дизайнер появится с минуты на минуту. Мне нужно идти. Я не хочу... На всякий случай... –

Она растерялась, придумывая себе новое чувство вины.

– Боитесь, Алекс не одобрит сиделку вроде меня?

Джулия внезапно рассмеялась, по-детски стиснув его ладонь обеими руками. – Если бы он мог оценить.

– Вот и ваша жертва, – Дэн кивнул в направлении входа.

Девушка оглянулась: официант уже провожал к столику остроносого блондина, бороздившего взглядом зал единственного приличного заведения в городе, где нестыдно было показаться поздно вечером. Впрочем, это было единственное заведение, открытое поздно вечером – что, конечно, не умаляло его достоинств. Джулия посмотрела на Дэна, тот выпустил ее руку.

– Послезавтра...

– Я позвоню.

– Хорошо.

Она быстро попрощалась и отправилась навстречу мистеру Грейсону – будущему создателю новой оранжереи Астоуна; прежняя своевременно развалилась после недавнего снегопада. Дизайнер станет ее алиби на сегодня (которое ей всё равно никому не придется доказывать). Байронс с интересом проследил, как девушка перехватила долговязого джентльмена и принялась щебетать, улыбаясь в его породистое лицо. Способность женщин столь искренне преображаться умиляла Дэна, поэтому он уселся обратно за удобно спрятанный в нише столик и вспомнил, что успел заказать второй бокал вина. К тому же он сегодня не обедал.

К его разочарованию, Джулия быстро завершила встречу: подписала несколько бумаг, подарила блондину десять минут увлеченной беседы ни о чём, и вскоре за столиком осталась лишь разомлевшая физиономия Грейсона, ритмично поглощающая ужин. Девушка ушла, даже не сделав попытки оглянуться, и Дэн немедля пожалел, что не догнал ее. Дорога до замка не была сложной, но он мог придумать множество причин, помимо темноты и мокрого асфальта, по которым ему следовало проводить Джулию до Астоуна.

Разозлившись на собственную нерасторопность, Байронс расхотел есть. Разумнее всего было поехать домой и отоспаться: через несколько часов его ждут очередные поиски признания Каталины Чесбери. Прыжки в Океан, сдобренные руководящим пинком от Тано, давали хорошие результаты по направлению, но, увы, определить точное местоположение документа пока не удавалось. Вдобавок старик без устали долбил Дэна балладами о Скрипторах, вперемешку с трогательными воспоминаниями о собственной юности. Его не смущало даже то, что подопечный мгновенно выдыхался от соприкосновения с Астоуном и потом не мог восстановиться в течение дня, а то и двух. Поиски прекращались за считанные мгновения до окончательного сруба, что лишний раз доказывало, что Тано в полной мере осознавал риск и либо не сомневался в результатах, либо не беспокоился о последствиях. Последнее немного травмировало чувствительную натуру Дэна.

Он знал, что эта работа на износ велась ради какой-то скрытой цели – помимо упомянутой Охоты на грабителей-нулевок. Пока он не решался приставать с вопросами или проявлять собственную инициативу, впрочем, на это у него всё равно не оставалось сил. Тем не менее, Дэн надеялся, что рано или поздно старик усовестится и раскроет карты.

Пускай им не удалось воспользоваться помощью Джулии, однако успех был вопросом времени и нескольких корректирующих сеансов. Как только координаты станут более четкими, люди Тано проникнут в замок и поймают золотую рыбку. Если, конечно, рыбка не примется ловить их самих... Байронс задумчиво уперся подбородком в сомкнутые ладони. Что-то нужно было делать с этой новой интересной деталью – оберегом Джулии. Жаль, не удалось определить его возраст и мастера. Возможно, Райн попросту нашел в Астоуне красивую блестяшку и подарил ее из сентиментальных

соображений. Но всё могло быть и по-другому. Если ребята столкнутся с профессиональным магом, это трудно будет назвать удачей, с другой стороны, под замковым колпаком может водиться любая мерзость – уж Тано точно не преминет подстраховаться. Дэн зло поскреб ногтями скатерть, сознавая, как ему не хочется сообщать бывшему ментору о сегодняшнем инциденте.

Они наверняка возьмут Джулию в оборот. Сперва яснослышанье, теперь оберег. Кто-то или что-то концентрирует на ней особое внимание, мимо такого Тано точно не пройдет. Вывод напрашивался сам собой. Первое, что придет старику на ум: мисс Грант не так проста, как хочет казаться. Действительно, не проста. Но лучше всего дать ей спокойно уехать.

Интуиция подсказывала Дэну, что ее сны – не случайный отголосок депрессии. Видимо, Астоун обостряет даже очень слабые способности, но «спектр» Джулии не рассчитан на такие нагрузки. Чем это обычно заканчивается? «Спектр отпускает волну» – физическое тело разрушается. «Я стараюсь не подплывать слишком близко»... Пока она еще может.

Байронс допил вино и понял, что ему окончательно разонравился ход собственных мыслей. Расплатившись по счету, он побрел к выходу. В холле, заворачиваясь в непросохший плащ, поймал свой взгляд в зеркальной стене и злобно скривился, напугав чье-то отражение. Чувство бессилия – тот еще червячок, но от фактов не сбежишь: Дэн прожил рядом с Астоуном двадцать лет, а эта груда камней даже не намекнула о грядущих проблемах. Обитатели замка могут в любой момент отправиться на тот свет, не заметив разницы в интерьерах, тем временем неизвестные в деле Райна продолжают множиться, словно плодовые мушки. Ничего в этой бессмыслице не желало складываться в удобоваримую теорию, даже Ключ молчал. Для подобного у Дэна было лишь одно слово, и оно не было цензурным...

Внезапно за спиной раздался хохот, Байронс похолодел. Не иначе, как этот вечер решил его доконать. Попытка забиться в расселину между колонной и окном не удалась из-за чрезмерно услужливого швейцара, а на другие фокусы он права не имел – если, конечно, не хотел сорвать скорое погружение в Океан. Через мгновение на Дэна обрушился Трей Коллинз. Детектив стиснул зубы. Напарник живо засыпал его до боли удачными шутками, отбив в дружеском объятии оба плеча. Парень прямо-таки светился обещанием чуда – только это заставило Байронса прикусить язык.

«Похоже, наш верный друг раскопал большую кость».

Коллинз отступил в сторону, позволяя как следует разглядеть сопровождавшего его человека. Затем отвесил незнакомцу поклон и важно произнес, выдавая их приятельские отношения:

– Знакомьтесь, инспектор – это мой давний друг Ивэн Гор.

* * *

22:22

Джулия подъезжала к замку.

Мир сузился до тонкой асфальтовой полосы, было видно, как отчаянно мечется ветер. Облака, меняя оттенки, расползались брешами – и вдруг всё погасло. Через полчаса на дорогу выполз потрепанный лунный шарф. Джулию трясло от холода. Будто кто-то, возненавидев ее, ушел прочь. Ей стоило рассказать Дэну о втором кошмаре, но сейчас это казалось столь же бессмысленным, как и дорога к месту, не ставшему ее домом. Призрачный мир, в котором она неслась, не требовал объяснений ни ее существованию, ни своему.

Уже совсем близко.

Слезы все-таки были. Парковые фонари распушились золотистыми мантиями, и дорога на кошачьих лапах почти вслепую заспешила быстрее. Сжатые пальцы примерзли к обивке руля, в груди что-то вздрагивало – морозно и плавно, глубоко протапливаясь внутрь. Когда Алекс лежал на полу каменного мешка в подземелье, она смогла что-то услышать. Бесплотный голос, показавшийся ей криком. Этот голос прошел сквозь нее, и теперь каждую ночь она снова и снова вскакивала, бросалась вперед и падала, спотыкаясь о кресло. Потом неподвижно сидела на ковре – онемевшие ладони на коленях. И пыталась понять: как случилось, что однажды она оказалась на такое способна?