Верь в меня
Шрифт:
— Спасибо, — улыбаюсь, сдувая пар с поверхности кружки. — Это правда помогает.
— Знаю. Только этим теперь и спасаюсь, когда переживаю. А вообще, может, тебе шампанского налить? Тебе-то можно, — улыбается Рина.
— Нет, давай пока с чаем. Потом выпьем, как все соберутся.
Веселиться нет настроения. Я все еще слишком много думаю об Андрее. Мыслями где-то с ним, там, далеко.
Почему он не звонит?
— Диана-а-а-а, хватит уже загружаться. Все хорошо с твоим суженым, — Марина хитро улыбается. — Я так понимаю, у вас все наладилось?
—
Барабаню пальцами по столу, снова смотрю на телефон. Время неумолимо приближается к восьми.
— М-м-м, второе дыхание. Боже, какой это кайф! Может, сестру или брата заделаете для нашей малышки, — она нежно гладит живот, смотрит на него с умилением. — Ты кого больше хочешь? — разговаривает с дочерью. — Я думаю, сестру. Сестры — это круто.
— Ну хватит! — смущаюсь. Такие моменты кажутся очень интимными, я сразу начинаю визуализировать. А как было бы у меня? Нет, пока не до этого. Сначала бы мужа дождаться. — Давай мы окончательно помиримся, съездим отдохнуть на январских. Тогда все и будет.
— Скучная ты, — отмахивается Марина. — Иди уже приводи себя в порядок, чтобы Андрей сам себе локти сгрыз за опоздание.
Показав Ринке язык, встаю из-за стола. Полупустую кружку беру с собой. Выйду из душа, обязательно допью. Нельзя таким успокоительным добром разбрасываться.
Я только тянусь к телефону, как вдруг загорается экран. Мы с Риной моментально обращаем взгляды. Это Андрей. Наконец-то! Мою нервозность снимает как рукой. Я впопыхах отвечаю.
— Алло? — спрашиваю спустя две мучительных секунды, в которых в трубке висит тишина. — Андрей, ты меня слышишь?
— Диана, добрый вечер. Это Марк, — слышу в ответ приятный мужской голос. Внутри все замирает, я испуганно смотрю на Ринку, она прислушивается, молчит, тоже ждет. Марк, Марк… Вспомнила! Парень из отряда Андрея. — Присядьте, пожалуйста. И остановите машину, если вы за рулем.
— Что с Андреем? — нервно спрашиваю. Когда просят присесть, ничего хорошего потом не говорят. Кусаю губы. Марк молчит, видимо, ждет, когда усядусь. — Да говорите уже! Я дома, сижу, — вру. Вместо этого сжимаю спинку стула крепко, до побелевших костяшек.
— В общем, вы только не переживайте, все будет хорошо, — слабо убеждает он меня не волноваться. Я уже переволновалась так сильно, что сердце в груди бьется через раз. — У вашего мужа пулевое ранение.
Глава 34
Я едва не роняю телефон, перехватываю его покрепче. Сердце замирает в груди. Ранение. Перед глазами ярко-красные вспышки проносятся, я зачем-то начинаю представлять все, даже понятия не имея, что там произошло. Фантазия уже бежит впереди, в голове — самое плохое, что может случиться.
— Н-насколько все плохо? —
Сжимаю спинку стула крепче, только за нее и держусь сейчас, да так сильно, что костяшки пальцев уже побелели. Удивительно, как на ногах стою, их, кажется, даже не чувствую. Затылок печет, будто его огрели чем-то горячим.
— Пока не знаем. Попали в плечо, ранение слепое, он сейчас в операционной, достают пулю.
Выдыхаю. Меня немного отпускает. Совсем чуть-чуть, но я почему-то радуюсь, что это плечо. Никакие жизненно-важные органы не задеты, ноги целые — значит, все будет в порядке.
Ринка аккуратно обходит стол и обнимает меня за плечи. Я прижимаюсь к ней, позволяя себя утешить. В глаза будто песка насыпали, я пытаюсь проморгаться, но не помогает. Тру веки пальцами.
— Диана, вы тут? — мягко звучит голос Марка из трубки.
— Да-да, здесь. Просто в шоке. В какой он больнице? Я приеду.
— Мы все здесь, Андрей просил вас не беспокоиться и оставаться дома, — говорит неуверенно, потому что знает: вряд ли на меня подействует эта просьба. Как вообще можно было о таком просить? — Но я так понимаю, вы все равно приедете?
— Все верно.
— Тогда я скину вам адрес. Или могу приехать за вами сам.
— Не нужно, спасибо. Адреса будет достаточно.
Заканчиваю разговор и откладываю телефон. Перед глазами все размывается, взгляд теряет фокус, но слез нет. Я просто принимаю новую реальность. Пальцы на руках и ногах леденеют, в сердце будто дыра.
Это не первое ранение Андрея, но переживаю я его так же остро, как и в первый раз. Тогда я была моложе и все воспринимала ярче, сейчас мне хочется сползти по стенке на пол и, прижав колени к груди, просидеть так несколько часов.
— Все будет хорошо, слышишь? — Марина гладит меня по спине и шепчет что-то еще, но я не слышу, полностью погруженная в свои мысли. Киваю на автомате.
Уже думаю, как быть и что делать, много ли придется изменить в нашем быте, пока Андрей будет восстанавливаться после травмы. Наверное, неправильно гадать и строить теории, но именно они помогают мне не впасть в отчаяние. Все уже случилось, дальше только работать над тем, чтобы сделать жизнь как можно лучше.
Вздрагиваю, когда хлопает входная дверь, Ринка тоже пугается. Следом за этим доносятся мужские голоса. Вадим с кем-то разговаривает. Слышу и шелест пакетов. Через несколько секунд на кухне появляется Вадик в компании двух мужчин: один худой и высокий, другой крепкий и мускулистый, но ниже первого на голову.
— Почему сырость развели? Что случилось? — хмуро басит Вадим.
Я перевожу взгляд с него на сестру. Та уже беззвучно ревет. Ее сейчас способно растрогать все. А я даже не заметила, как она разревелась, но при этом продолжала успокаивать меня. Обнимаю Марину крепче, теперь уже я поглаживаю ее плечо, а она улыбается и виновато пожимает плечами.