Венера

Корфф Гера

Остальная часть пути прошла в полной тишине, лишь звук дождя, барабанящего по крыше, не давал нам забыть, где мы находимся и не укутаться в собственные мысли с головой. Мы высадили Барби возле её дома, и она со скоростью пули вылетела из машины, не обронив даже пресловутое «пока».

Ей жить со своими ошибками, сможет ли она правильно распорядиться своей жизнью, меня не касалось.

— Ты была очень милой, — засмеялся Алекс.

— Спасибо, я старалась, — улыбнулась я в ответ.

Спустя несколько дней раздался один из самых неожиданных и волнительных

звонков в моей жизни.

— Здравствуй, Венера, — низкий мужской голос поприветствовал меня в ожидании ответа.

— Добрый день… — не знала, как обратиться я.

— Валерий Павлович, — помог мне мужчина, — Астахов Валерий Павлович меня зовут.

— Я слушаю Вас, Валерий Павлович, — продолжила я.

— Ты, верно, не помнишь меня, Венера. Ты была еще маленькой, когда мы виделись последний раз, — мягко начал свою речь мужчина, — я коллега и друг… твоего отца.

Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать. В этот момент меня словно током пробило, в глазах потемнело.

— Очень приятно, — процедила я, — что Вы хотели?

Я не хотела грубить ему, но неожиданность момента выбила почву из-под земли.

— Я не буду ходить вокруг да около, я звоню тебе, чтобы предложить изменить свою жизнь, — начал Валерий Павлович.

— Звучит абстрактно, нельзя ли поконкретнее, — прокашлялась я.

— Я хочу пригласить тебя на работу в свою команду, — начал мужчина, — конечно, для начала тебе придется пройти полугодовое обучение, но потом ты сможешь работать под моим командованием, — живо расписывал перспективы Валерий Павлович.

— Кем… кем Вы хотите меня позвать? — заранее зная ответ, я всё же решилась на главный вопрос.

— Ну, не пилотом же, — снисходительно усмехнулся дядя, — стюардессой, конечно же.

Я сделала один вдох, потом еще один, привела в норму дыхание.

— Вы говорите, что были другом моего отца, а как давно вы с ним познакомились? — поинтересовалась я.

— Мы познакомились с ним, когда он пришел к нам работать после института, — ответил Валерий Павлович, — а какое это имеет отношение к моему предложению?

— А самое прямое, — начала я, — если вы знали отца с самого начала его карьеры, то вы должны были знать историю моего появления на свет.

— Венера… — начал Валерий Павлович, но я не дала ему продолжить.

— Вы наверняка знаете, кем была моя мать. Одно только упоминание этой профессии вызывает желание… — я не закончила, не смогла.

Понимание того, что когда-нибудь я буду похожа на свою мать чертями сжирала меня изнутри. И пусть я совсем её не знала, какой женщиной она была, мне хватило того факта, что она бросила свою крошечную дочь и предпочла работу стюардессы ей.

— Это не моё дело, девочка, но ты не можешь всю жизнь корить себя за ошибки матери. Не стоит сравнивать себя с ней, только одно то, что ты уже понимаешь всю глубину этой раны, не делает тебя её копией.

— Вы правы, Валерий Павлович, это не ваше дело. Простите за грубость, но я вынуждена отказаться, тем более я еще учусь в университете.

— Это

не проблема, Венера. Ты могла бы перевестись на заочное и легко закончить полтора курса, — на секунду замолчал Валерий Павлович, — но, если тебе больше нечего мне сказать, я хочу, чтобы ты знала, что, если захочешь передумать, просто позвони мне по этому номеру, и я всё устрою. В конце концов, должен же я хоть как-то помочь в жизни дочери человека, который являлся одним из лучших пилотов гражданской авиации.

Мне было приятно его внимание, и я даже смогла понять истинную подоплеку последней фразы, но пересилить себя все же не смогла.

— Прощайте, Валерий Павлович, — ответила я.

— До свидания, девочка, — услышала в ответ и положила трубку, стараясь забыть об этом разговоре.

Глава 12

Наступила зима, я продолжала жить в ожидании Марка, ходить на учебу, ездить на его машине.

Всё это создавало ритуал каждого дня. Алина наконец-то познакомила меня со своим мужчиной, и теперь Вадим, так его звали, стал частым гостем нашего дома.

Мне было одновременно и радостно за свою тётю, наконец-то она смогла оставить заботу обо мне и уделить внимание своей жизни, я хотела, чтобы она была счастлива. А с другой стороны, я чувствовала в груди капельку горечи, когда видела их вместе. Нет, я не завидовала их счастью, я просто хотела вернуться в объятия своего мужчины.

Словно почувствовав моё настроение, Марк позвонил мне: я услышала звонок рингтона, который стоял персонально для него.

— Эй, милый! — воскликнула я, когда взяла трубку.

— Привет, Птичка, — мурлыкал в трубку Марк.

— Надеюсь, ты звонишь мне с хорошими новостями? — предположила я.

— Хм, ты как в воду глядишь, Венер, — ответил Марк, — я взял билет на утренний рейс, так что вечером будешь меня встречать.

— Что? Аааа! — я так обрадовалась этой новости, что закричала прямо в трубку.

— Эй, детка, полегче, иначе я оглохну раньше времени, — смеялся парень.

— Боже, я не верю своим ушам. Ты не шутишь, Марк? — поинтересовалась я.

— Какие могут быть шутки, я слишком долго находился вдали от тебя, поэтому, Птичка, я больше не могу. Я сказал отцу, что улетаю завтра, всё, что мог, я тут уже сделал, — задумчиво продолжил Марк, — остаётся сегодня вечером выполнить последнюю его просьбу и с чистой совестью лететь к тебе.

— Что за просьба? — почувствовала я слегка уловимую тревогу в его голосе.

— Ничего особенного, Птичка, правда. Главное помни, что завтра вечером мы будем вместе засыпать с тобой в кровати, хотя нет, не будем засыпать, так что лучше бы тебе хорошенько выспаться и набраться сил.

— Так точно, мой капитан, — засмеялась я.

— Пока, Птичка, до завтра.

— До завтра, милый, — я попрощалась и, довольная, положила трубку.

Остался один день, один день ничего в сравнении с несколькими месяцами. Завтра я встречу Марка и честно расскажу ему о своих чувствах.