Венера
Шрифт:
— Либо ты продолжишь, что хотел сказать, либо я буду негодовать, — воскликнула я, пока Алекс запихивал меня на водительское сидение.
— Лучше я промолчу, потому что мне ехать еще с тобой в одной машине, а я как-бы, знаешь, жить еще хочу, — смеялся Алекс.
Летняя жара постепенно сменилась осенним дождем, ветер налетал внезапно, будто кто-то резко раскрывал форточку.
Мы ехали по трассе, и как назло зарядил такой ливень, что дворники еле-еле справлялись со своей задачей.
— Помнится мне,
Он сидел на моём пассажирском месте, облокотившись одной рукой на выпирающую ручку в двери, а вторую держал у себя на коленке.
Несколько раз я видела, как он дергал ею, в моменты, когда я резко заходила в поворот или не вовремя меняла передачи.
Смешной, сам же посадил за руль, сам же испугался. Но ничего-ничего, пусть поволнуется немного, кто карету везет, тот и музыку заказывает.
— Хотелось бы, да, — сглотнув, ответил Алекс.
— Тогда ты выбрал не очень удачный день, я же ничего не вижу, льёт, как из ведра,
— я притворно закрыла глаза и впечаталась в руль грудью, показывая ему утрированно на примере.
Алекс всё же не выдержал, дернул меня за плечо и велел парковаться на ближайшей остановке.
Я довольная собой, уже глазами жадно искала удобное место. Увидев приближающуюся пустынную остановку, я включила поворотник и свернула к обочине.
Пока я корячась перелезала на пассажирское сидение, Алекс выбежал под проливной дождь, чтобы занять место водителя.
Только прошло время, а Алекса так и не было. Я уже успела удобно устроиться, пристегнуться и даже потыкать аудиосистему.
Крылатая фраза «лило, как из ведра» приобрела вовсе не переносное значение, чтобы разглядеть, куда делся Алекс, пришлось пожертвовать своим комфортом и выйти из машины.
Алекс стоял на остановке и с кем-то разговаривал. Этот кто-то сидел на скамейке и ловко скрывался за широкой спиной друга.
Подойдя к ним, я с трудом смогла узнать девушку в насквозь промокшей одежде, с мокрыми, как щетка волосами.
Сквозь потёкшую косметику и красные от слез глаза, я различила черты некогда одной из самых стервозных и невыносимых мне людей.
— Извини, — всхлипнула Барби, — ради бога, извини меня, Венера, — заикаясь, произнесла девушка.
Знаете такую степень измотанности, когда ты ненавидишь человека до кончиков пальцев, когда ты думаешь, что встретив его, ты выскажешь ему всё, что накопилось в твоей душе, когда ты дашь ему понять, что готов глотки грызть за своих любимых?
Я готова была всё это сделать, когда увижу Барби, за то, что она сотворила с моим мужчиной, за то, что возомнила себя вершительницей судеб и человеческих жизней. Всё это я хотела сделать с Барби, но сейчас передо мной сидела жалкая и униженная девушка.
— Извини? Это всё, что ты можешь мне предложить? — я подошла ближе
— Я виновата, я знаю, — зашлась в рыдании Барби, — всё, что произошло… так не должно было быть, всё должно быть иначе!
— Ты оправдываешь себя этим? — усмехнулась я, — звучит неправдоподобно, что должно было быть иначе?
Я злилась, я очень сильно злилась!
— Ты хоть на секунду задумалась, что было бы, не раскройся подушка безопасности? Что было бы, не прими Марк решение сворачивать с трассы, а вылетел бы в толпу? Ты. Хоть. На. Секунду. Задумалась?! — я проговорила последнюю фразу по словам, в надежде, что Барби поймет всю серьезность ситуации, в конце концов.
— Он заставил меня это сделать, понимаете? Заставил! — рыдала она.
— Он сказал, что если я этого не сделаю, то он расскажет моему отцу, что я, якобы, сижу на легких наркотиках, — всхлипывала Барби.
— И ты решила, что собственная репутация в глазах отца ценнее чьей-то жизни? — поинтересовалась я, — хреново у тебя с ценностями.
— Я не хочу быть такой, — тихо сказала Барби, — я всё рассказала отцу и полиции.
— Ну хоть на что-то у тебя мозгов хватило, — констатировала я, — ползи назад в свою нору, откуда ты выползла, Ксюша.
— Что? Почему? — недоуменно спросила Барби.
— Я хотела наказать великую стерву Ксению Севастьянову, но вижу, что передо мной лишь жалкая её оболочка, — заключила я.
Барби зашлась в очередном приступе рыдания, а я развернулась, чтобы пройти к машине, как почувствовала, что Алекс схватил меня за руку.
— Постой, мы не можем оставить её здесь, — заглядывая мне в глаза, сказал Алекс.
— Это не наши проблемы, как-то же она попала сюда.
— Попала, но видимо кроме нас домой её никто не отвезет, не будь такой жестокой, Венера, ты ведь совсем не такая.
— Зато ты очень добрый, — пробурчала я, — и многие этим пользуются, запомни это.
Я направилась к машине, не дожидаясь их. Плюхнулась на переднее сидение, Алекс сел за руль, Барби тихонько юркнула на заднее сидение.
— Как тебе машина, Ксюша? — едко спросила я, — отличный ремонт, правда? Совсем как новая, вот выехали протестировать её впервые после того, что случилось, — я продолжала издеваться, — тебе выпал уникальный шанс проехать в её салоне, и представить, что с тобой было бы, сиди ты в ней во время аварии.
— Венера! — прогремел Алекс.
— Что? — недоуменно спросила я.
— Либо ты успокаиваешься, либо это наша последняя совместная поездка! — прокомментировал моё поддельное недоумение друг.