Вальс с судьбой
Шрифт:
Ребенок, что лежит на алтаре, сонно молчит.
Ты приближаешься и смотришь на годовалую девочку. Малышка слюнявит палец и смотрит на мир затуманенными синими глазенками. Когда же взгляд задерживается на тебе, ее губы растягиваются в счастливой улыбке.
– Па...
Ты вздрагиваешь и на мгновение прикрываешь глаза.
– Время...
– Я знаю. Время уходит. Приступим.
Ты берешь заранее приготовленный кинжал и, прошептав над лезвием несколько слов, резко проводишь по своей вытянутой руке. Кровь быстрыми
И Сила привычно откликается на твой зов.
(Привычно?!)
Камни в углах пентаграммы зажигаются красным огнем, и ее рисунок льется на алтарь, словно мириады маленьких песчинок. Начав движение медленно, потоки вскоре закручиваются в спирали и, набирая скорость, ввинчиваются в камень алтаря...
Яркая вспышка озаряет помещение, на мгновение ослепляя... Но так и должно быть.
Ты бережно берешь девочку на руки и заворачиваешь в протянутое тебе покрывало. Она спит. Ты нежно касаешься ее лба губами, и протягиваешь сверток замершему рядом мужчине.
– Заботься о ней. Служи ей. Береги ее. Она - наша надежда...
Мужчина принимает ребенка и склоняет голову, но ты уходишь, не оглядываясь. Ты не хочешь, чтобы кто-либо видел слезы, вставшие в твоих глазах.
Ты бежишь по лестнице, что спиралью уходит ввысь. Выше и выше. Ты поднимаешься на башню, что называется Поднебесной. Не зря называется.
Ты замираешь.
Небо, что уже несколько лет не знало солнечного света, раскалывается молнией над твоей головой и выдыхает утробным, рокочущим громом. Небо, как и ты, замирает. Вдох... Мгновение... И тонкие линии воды прорезают холодный воздух, натянувшись, словно струны, между небом и землей.
Ты, хрипло рассмеявшись, поднимаешь лицо навстречу потокам дождя и раскидываешь руки...
(Нет-нет-нет! Не-е-ет!)
Порыв ветра, ударивший в лицо, ослепляет и оглушает... Ты падаешь, больно приложившись плечом о мокрый камень, перекатываешься и поднимаешь голову... Мокрые пряди длинными сосульками налипают на глаза, но ты, наконец, уверена, что это действительно ТВОИ глаза...
Потому что сквозь пелену дождя от замка стремительно удаляется... величественный и прекрасный... золотой дракон.
Мне никогда еще не было так плохо. Словно выплываешь из вязкого киселя, а к ногам привязаны камни... и воздуха не хватает... и вдруг кто-то резко выдергивает на поверхность... Вдох.
Я открыла глаза и посмотрела на склонившегося надо мной принца Кейкора. Я лежала на холодных камнях. Мы были все на той же скале.
В глазах принца была тревога, нешуточная тревога.
– Что с Вами? Беата!
Я, чувствуя, что силы ко мне возвращаются, хмыкнула:
–
Мужчина мгновение смотрел мне в глаза, а потом произнес:
– А мне все равно, - и, подхватив меня на руки, встал: - Вам надо отдохнуть и придти в себя. В конце концов, это я притащил Вас в эти горы... Это моя вина.
Я вновь хмыкнула, и когда мы оказались в знакомом кабинете, попросила принца поставить меня на пол. Мужчина мою просьбу выполнил, правда, усадив в одно из кресел. Что ж, тоже вариант.
– Что с Вами случилось, Беата? Я успел подумать, что Вы... умерли.
Сцепив руки, я смотрела в пол и думала. С каждым мгновением я все яснее понимала, что судьба давала мне шанс разобраться не только со своим прошлым, но и с настоящим. Вопрос лишь в доверии.
– Я могу просить Вас о помощи, принц Кейкор дин кер Остарм?
Принц кашлянул и, приподняв бровь, сел в кресло напротив:
– Конечно, Беата д'Айрам. Все, что в моих силах, я обещаю сделать.
Я улыбнулась. Похоже, все же увижу одно весьма удивленное лицо... лицо принца. Удобнее устроившись в кресле, я произнесла:
– Мое имя не Беата д'Айрам, принц.
Мужчина снисходительно улыбнулся, а я негромко продолжила:
– ...Мое имя - Эрлина ди Нуарэль. Я дочь архимага Лирима ди Нуарэль и Вельяры. Двадцать лет назад я родилась в забытой Богом деревушке Аргра...
Лицо принца Кейкора потеряло снисходительность, он, слушая меня, подался вперед. Мысленно я усмехнулась.
– ...Я не знаю, почему отец поселился там. И я не знаю, кто убил его и мою мать, кто сжег наш дом. Мне тогда было семь. До недавнего времени я не помнила прошлого, не хотела вспоминать, но этот бал... Лишь выбирая имя я узнала про архимага Лирима ди Нуарэль, главу Гильдии и Советника короля. И все вспомнила. В Аргра его все знали как Лира Нуара. Ну а мы с братом не знали, сколь известно имя Лирима ди Нуарэль, - я перевела дух и продолжила: - Только мне всегда снились эти сны... Раньше - один сон. Но недавно появились новые. Последний - на той площадке в горах. Так сильно и внезапно они меня еще не накрывали - обычно снились ночью. Я не понимаю, что это. Возможно, Вы объясните?..
Погрузившись в воспоминания, я очень подробно описала принцу Кейкору то, что видела чужими глазами. Знать бы еще чьими... Закончив, посмотрела на задумчивого принца. Он сидел, откинувшись на спинку кресла и оперев подбородок на кулак. Молчание затягивалось.
– Принц... Кейкор...
– Я здесь, - мужчина вынырнул из размышлений: - Скажите, у Вас был брат или Вы его выдумали?
– Был, - я решила, что доверять надо либо полностью, либо не доверять вовсе: - Мы расстались восемь лет назад, и я ничего о нем не слышала. Надеюсь только, что он жив. Но какое отношение к моим снам имеет мой брат? Ему никогда не снилось ничего подобного...