В огне
Шрифт:
– Ребята из первой роты дрались у моста не на жизнь, а насмерть, заговорил Суан.
– К позиции этой они привыкли. Там полегли их товарищи, и бойцы хотят отомстить за них. В другой роте, может, и личный состав укомплектован, и все орудия в строю, а передвинь мы ее к мосту, она не покажет себя в бою так, как "единица". Думаю, правильно будет оставить "единицу" около моста, верю, что первая рота выполнит свой долг с честью. Да почему бы вам не выделить им одну пушку?
– Шестая рота просит разрешения отдать один расчет в распоряжение товарища Шона.
– Спасибо! Спасибо, товарищи! Шон улыбнулся и крепко пожал руку Дыку, Все заговорили
– Товарищи!.. Товарищи!..
– Мау поднял руку.
– Переходим к вопросу о высоте "сто двадцать"... Поставить там пушки очень сложно. Вершина заострена, на ней нет площадки. Можно было бы установить тяжелые пулеметы не больше взвода. Только вот дадут ли нам пулеметы и успеем ли за ночь оборудовать для них огневые рубежи? Ваше мнение, Фаунг?
– Я сегодня днем осматривал высоту. Почва там каменистая, много скал; рыть окопы будет нелегко. Да и с доставкой туда техники тоже хлебнем горя склоны крутые, сплошь заросшие колючим кустарником. Но общинный комитет и партбюро лесхоза твердо обещали прорубить дорогу для пулеметов. Товарищ Виен сейчас как раз там, на Дровяной пристани, мобилизует в помощь нам население.
– Что касается пулеметов, - взял слово Зиак, - то я звонил в штаб полка и просил сегодня ночью прислать нам пулеметный взвод. Но Хынг еще не дал ответа. Да если он и согласится, пулеметы, наверно, прибудут только к завтрашнему утру. Поэтому я предлагаю собрать имеющиеся у нас в ротах четыре пулемета и прямо сейчас отправить их вместе с расчетами к Дровяной пристани. Выделим их в отдельный взвод, командование можно будет поручить товарищу Хаю.
– Ну что ж, ясно, - улыбнулся Мау, - как, товарищи, все согласны с начштаба? Теперь самое главное - вовремя закончить позиции! Что там у них слышно?
– Сейчас позвоню в роты.
Фаунг поднялся и вышел в соседнюю землянку, где стоял телефон.
– Рассмотрим, товарищи, новую систему огня, - сказал Мау, наклоняясь над картой.
Вдруг в дверях показалась голова телефониста:
– Разрешите доложить, комиссара вызывает штаб полка!
Суан подошел к телефону. На другом конце провода Хынг, командир полка, разговаривал с кем-то.
– Алло!
– крикнул в трубку комиссар.
– Это я - Суан!.. Хынг, ну как там у вас дела?
– Да как всегда, ничего замечательного." Даже издалека слышно было, как Хынг смеется.
– Все время разведчики крутятся, - продолжал он, - Рыскали до темноты, искали радары.
– Ты знаешь уже здешнюю обстановку?
– Да, Мау докладывал мне... Слушай, Суан, я приказал подбросить вам снарядов. Согласен немедленно выслать и пулеметный взвод. Автоколонна будет у вас не позднее трех часов утра... И каски тоже доставят!..
– Отлично! У тебя есть какие-нибудь дополнительные соображения насчет завтрашних планов?
– Да нет, ты, если что, сам все решай на месте. Надо только не прекращать ночью наблюдения за воздухом. И пусть солдаты обязательно выспятся. Я думаю, не меньше половины личного состава может отдыхать. Как ты считаешь?.. А ты что, сегодня не вернешься?
– Нет еще.
– Послушай, из округа сообщили, что в вашем секторе сбито два самолета. Один загорелся и упал здесь, прямо около города, второй свалился в море. Летчик выбросился с парашютом... Ты сообщи ребятам, это их воодушевит, А тебе завтра надо возвращаться, послезавтра утром совещание в штабе округа.
– Ладно, завтра вечером буду.
– Да, знаешь, тебя здесь дочка разыскивает.
–
– Нет, все в порядке. По-моему, она собирается вступить в ударную молодежную бригаду и хочет с тобой посоветоваться. Сегодня утром приехала на велосипеде из Ханоя в штаб округа. Чи хотел оставить ее у себя, говорил, что послезавтра совещание, и она с тобой увидится. Но Май, оказывается, срочно ищет тебя, завтра утром она должна возвращаться. Она добралась сюда после обеда, я сказал ей, чтобы ехала к вам с автоколонной. Совсем стала взрослая, я даже не сразу ее узнал.
Суан усмехнулся: "Ну-ну, девчонка с норовом! Если уж что задумает, все равно своего добьется... Шутка ли - от самого Ханоя на велосипеде!.. Ведь это не одна сотня верст. Интересно, сколько ночей она добиралась? Значит, решила бросить школу и идти в ударную бригаду?.."
* * *
Янки опять развесили осветительные ракеты над шоссе. Всякий раз, когда в небе загоралась ракета, видно было, что на вершине холма и вокруг, на полях, собралось множество народа.
Стучали мотыги и лопаты. Нескончаемой вереницей тащили люди на коромыслах корзины с землей. Издали они напоминали гигантских муравьев. Звенели топоры и пилы; это рабочие с лесопилки валили закрывавшие обзор деревья. Время от времени раздавался крик: "Берегись!" - и тяжелый, массивный ствол с треском обрушивался на землю.
Часов до десяти вечера подходил народ из дальних деревень.
Как и на любой стройке, здесь больше всего было молодых женщин и девчат. Коромысла поскрипывали у них на плечах, платья на спинах взмокли от пота. Они поднимались цепочкой друг за дружкой на вершину холма, высыпали рыхлую землю около будущих орудийных гнезд и, не останавливаясь, спускались обратно с пустыми корзинами. Так они шли и шли, перебрасываясь шутками и звонко смеясь. Испокон века земледельцы и пахари Вьетнама перетаскивали на своих плечах землю, возводя огромные плотины, прокладывая каналы, по которым текла в долины живительная влага. И теперь дочери их несут на коромыслах землю и камни, укладывая фундаменты фабрик, насыпая дороги и дамбы, а сегодня - и брустверы окопов, чтобы помочь солдатам, защищающим от врага родное небо...
Улыбаясь, Дык глядел вслед девушкам, заторопившимся вниз по склону холма. Он вспомнил работниц из авторемонтного цеха. Они были вот такие же веселые и смешливые.
Когда он впервые пришел на работу к Нга, она пригласила его в общежитие. Их бригада - сплошь молодые девчата - занимала отдельную комнату. Пожалуй, "комната" в этом случае звучит слишком громко: ведь вместо стен там были просто плетеные перегородки. Кровати с тумбочками у изголовья похожи были одна на другую, как близнецы. Зато кусок стены над кроватью каждая украсила на свой вкус: одна - фотографиями певцов и киноактеров, другая - зеркалом с голубками, третья - полочкой с с книгами или веткой бумажных цветов. Все вещи, казалось бы, самые обычные, но почему-то при виде их становилось ясно, что работницы, живущие здесь, - не замужем... Дык, войдя в "комнату" следом за Нга, ужасно смутился. А подружки ее знай поглядывали на него да улыбались. Но, в общем, они были девчонки что надо! В обед принесли Дыку и Нга поесть, потом испарились куда-то, оставив их наедине. Вернулись перед самым началом смены и еще притащили для Дыка целую миску сладкого горохового супа. Угощая его, они умудрились в мгновение ока натянуть синие робы, потом нахлобучили кепи и убежали...