В объятиях прошлого
Шрифт:
— Он был нашим коллегой. Мы дружили.
— Вы — это ты, Кинг и он?
— Нет, конечно! — воскликнула она ну очень эмоционально. — Кинг только превращал мою жизнь в кошмар.
— Слегка драматично, нет?
— Я не собираюсь говорить об этом.
Аврелий прислушался, но ненадолго. Он не обладал способностью долго молчать в чьем-либо присутствии. Не исключено, что и наедине с собой он без умолку болтал.
— Ну что он такого делал, что ты его так возненавидела?
Трудно было уместить целый год в одно предложение, однако Констанция постаралась:
—
Это прозвучало так холодно, что Аврелий, наконец, понял: лучше не продолжать.
Эпизод 3. Глава 4
Шикарные холлы, дворцовый шик, блестящий мрамор, огромные цветочные композиции и безупречно вежливые сотрудники…
Констанции почти захотелось остановиться в одном из отелей, чтобы пару дней просто пить кофе и читать книжку в ресторане на первом этаже, возвращаться в прибранный номер с застеленной кроватью, а вечерами потягивать коктейль в баре под джазовый саундтрек.
Первые четыре места пользы не принесли. Однако в пятом, наконец, Констанция услышала то, что хотела:
— Сожалею, но мы не можем сообщать информацию о гостях, — с хорошо отрепетированной улыбкой сообщил молодой человек за стойкой.
— Но она же не гость, — отозвалась Констанция, — забежала ночью, не переодевшись после спектакля, наплела какой-нибудь ерунды…
— Теперь — гостья, — с нотками учтивой настойчивости отозвался молодой человек.
И Констанция триумфально улыбнулась. Нашли!
Правда, переплет не реагировал. Аврелий давно вытащил антенну и прикладывал ловец к стенам отелей. Что прежде, что здесь — никаких вибраций.
Тогда книжники сели в ресторане на первом этаже — им давно пора было пообедать — и поставили ловец на столик посередине. Под аккомпанемент гречи с авокадо и яйцом-пашот ожидание оказалось исключительно приятным.
К тому моменту, как ловец подал первый сигнал, к концу давно подошли и десерт, и кофе. Констанция читала, Аврелий что-то строчил в телефоне — видимо, с кем-то переписывался.
За окном стемнело, включили фонари. Моросил дождь, желтый свет отражался в черном мокром асфальте узкой питерской улочки. Машины слепили фарами. Внутри было светло и уютно, а вот думать о том, чтобы выходить на улицу, не хотелось.
Вибрацию ловца Констанция и Аврелий заметили одновременно. Оба уставились сперва на книгу с антенной, затем друг на друга, а после, сразу же, принялись озираться.
В холл отеля уверенной походкой вошел мужчина в костюме, темноволосый, с большим количеством седых прядей. Констанция находила это привлекательным, да и в целом оценила вкус Миледи. Та оказалась обворожительной и совсем молодой женщиной со светлыми локонами, большими глазами и будто бы от природы розоватыми щеками. От ловца стол едва ли не дрожал, что явно говорило о приближении персонажа. Обложка, разумеется, оказалась теплой, почти горячей. Ошибки быть не могло.
Молодость Миледи, правда, шокировала, но когда Констанция случайно встретилась с девушкой взглядами, сразу поняла: нашли. Это был цепкий, умный взгляд,
Миледи чем-то напомнила Констанции их Милу: та же ангельская внешность, тот же стержень внутри. Однако кто-то мог и обмануться…
Мужчина стремительно прошел к лифту, ведя за собой ухватившую его под локоть спутницу.
— Что делать? — прошептал Аврелий.
— Иди к лифту, отследи по табло, на какой этаж они поднимутся. Потом поднимись следом и вычисли номер.
Она пихнула ему в руки ловец.
— Чем ближе Миледи, тем он будет теплее.
Уже когда Аврелий скрылся в лифте, Констанция начала волноваться: как бы полный энтузиазма стажер не отправил персонажа в книгу на глазах у ухажера.
Молясь книжным богам, чтобы они даровали ее помощнику разумности и осторожности, сама она принялась прохаживаться по ресторану. Остановилась у небольшого фонтана в холле. Нужно было получить хотя бы какую-то информацию о прибывших гостях.
Долго думать не пришлось: благодаря тому, что все внимание Констанции было сосредоточено на людях за высокой стойкой, она услышала слова портье, адресованные коллеге.
— Господину Минаеву цветы сменили? Он просил поставить розы.
Вопрос был задан едва слышно, но фамилия прозвучала четко.
— Да, конечно, еще утром, — раздался тихий, деликатный ответ. — А что?
— Просто уточняю. Он вернулся.
Констанция встретила Аврелия у лифта. Тот выяснил все, что требовалось, и теперь глядел возбужденно и нетерпеливо.
— Если они собираются оставаться в номере всю ночь, выманить Миледи незаметно для Минаева не получится, — заметила Констанция, стараясь не выглядеть так, будто готовит заговор. — Надо узнать, какие у них планы на сегодня и завтра. Возможно, стоит продолжить охоту уже утром.
— Утром! — воскликнул Аврелий. — А если она уйдет?
— Куда она уйдет? Миледи вцепится в Минаева получше клеща. Даже если он захочет, чтобы она ушла, так просто от нее будет не избавиться. Но сперва нам нужно убедиться, что этот тип не улетает в шесть утра или не планирует сменить отель сразу после ужина. Воспользуемся лестницей.
Стажер не стал спрашивать, зачем идти пешком, а Констанция не стала объяснять, что не пользуется лифтами.
На втором этаже, следуя указателям на латунных табличках, Констанция добралась до номера «215». Постучала.
Открыли ей не сразу. Минаев возник в дверном проеме уже без пиджака и галстука, в одной только рубашке.
Миледи Констанция заметила сразу: та трогательно свернулась калачиком на диване — натурально изображала жертву обстоятельств, чтобы вызвать желание помогать ей, не иначе. Кажется, это работало: на Миледи было что-то, очень напоминающее дорогое кашемировое платье.
— Добрый вечер, господин Минаев, я администратор отеля. Хотела уточнить, подошли ли вам розы? Все ли хорошо?
Он с сомнением окинул Констанцию взглядом. Платье до колена с рядом пуговиц выглядело достаточно солидно и не должно было вызвать подозрений, но пристальный осмотр все равно заставил понервничать.