В объятиях прошлого
Шрифт:
— Черт, это невероятно интересно! — от переизбытка чувств Аврелий брякнул руками по рулю. — Кто-то должен все это записать.
— Подашься в летописцы, сначала сдай мне рукопись на проверку, — велела Констанция полушутливо. — Пойдем, мистер Коллинз хочет домой, он давно не посещал Розингс парк.
Светлана, укравшая мистера Коллинза, жила в центре, там, где найти парковочное место — большая удача, но им повезло, автомобиль уместился между двумя серебристыми седанами недалеко от пятиэтажного желтого дома.
У парадной
— Хочу напомнить, что Персонажи воспринимают ловец как что-то враждебное. Они чувствуют его и пытаются избежать встречи. Могут даже проявить агрессию. Это непроизвольная реакция. Мы должны быть очень осторожны.
Светлана жила на втором этаже, и уже скоро Констанция и Аврелий оказались в просторной прихожей.
— Слава Богу! — встретила их хозяйка квартиры, миловидная молодая женщина с волосами, убранными в аккуратную прическу из кос.
Правда, в следующую секунду, заметив, во что были одеты гости, она забормотала «нет, нет, нет» и, спрятав лицо в руках, опустилась на пол прямо в прихожей.
— Все в порядке, — уверила ее Констанция, — вы не сошли с ума. Мы были на костюмированном балу на «Парке Победы», где узнали, что мой брат уехал с вами. Он немного не в себе и копирует манеру книжных персонажей, о которых когда-то читал.
Света подняла на нее взгляд и посмотрела с надеждой.
— Правда? — выдохнула она.
— Нет, Светлан, вы читали книгу и оживили книжного персонажа из нее, — усмехнулась Констанция с явной иронией в голосе. — Ну, конечно, правда.
Хозяйка квартиры несколько мгновений смотрела на нее, а затем устало и почти истерично рассмеялась:
— Вы шутите, а я правда так и подумала! Сначала решила, что у меня галлюцинации, и что стоило послушать маму и перестать уже сходить с ума по книжке, начать общаться с живыми людьми… Но потом все на балу тоже видели его, и я уже не знала, что думать…
Констанция, разумеется, старалась все делать чисто, чтобы не добавлять Брэдбери лишней работы. Но сейчас очень хотелось поскорее отправить мистера Коллинза в ловец. Счастливая мысль о стажере озарила, как первый утренний солнечный луч.
Многозначительно кивнув Аврелию, мол, займись девушкой, Констанция прошла сначала в кухню — там оказалось пусто — затем в комнату.
У окна стоял высокий мужчина, довольно молодой, чуть полноватый. Он нервно сцепил руки за спиной. Несмотря на то, что мистер Коллинз не успел ничего ни сказать, ни сделать, выглядел он комично.
Книжные персонажи почти всегда вызывали эмоции, заложенные произведением. Одни герои обладали особым, пронизывающим взглядом, другие без явных причин казались жуткими, третьи — невероятно привлекательными. Те особенности, которыми наделил их автор, обычно оказывались очень выразительными в реальной жизни. Вызывающими.
Поборов желание усмехнуться, Констанция почтительно склонила голову:
— Мистер Коллинз, невероятно приятно приветствовать вас в этом скромном жилище.
Он поклонился, а затем, опасливо оглядев Констанцию с ног до головы, спросил:
— С кем имею честь?
— Я здесь, чтобы помочь вам.
— Помочь? Знаете ли вы, с кем разговариваете, мадам? Я священник, мой ранг равен по значимости высшему рангу в королевстве. Благодаря покровительству моей патронессы леди Кэтрин де Бург, я вращаюсь в кругах самых высоких. И, полагаю, хотя не буду, конечно же, слишком выставлять это напоказ, что это я нахожусь в том положении, чтобы оказывать посильную помощь другим. Я всегда стараюсь помогать нуждающимся, что делает мне честь как священнослужителю и джентльмену.
Констанция сжала в руке ловец, который теперь грел руку, как не успевшая остыть чашка чая. Задумчиво взглянула на мужчину, явно собиравшегося продолжить свою высокопарную речь.
— Я рада это слышать, — бросила она, — А сейчас позвольте… — Констанция сделала шаг, открывая в этот момент пустую книгу. — У меня послание от леди Кэтрин де Бург. Она очень ждет вас домой. Розингс парк без вас уже не тот…
Мистер Коллинз поглядел на ловец с опаской и любопытством, однако стоило Констанции сделать еще шаг, поднял, защищаясь, руку, и попятился. Но тут уперся в батарею, сбив с подоконника бутыли с лаком для волос и дезодорантом. Констанция в этот момент взяла его ладонь в свою — ее всегда удивляло, что руки персонажей были теплыми, твердыми, совершенно настоящими — и притянула его пальцы к открытому развороту.
Страницы засияли мягким желтым светом, мистер Коллинз изумленно распахнул глаза, по его коже побежали чернильные буквы, которые сперва можно было принять за живую орнаментальную татуировку. Строки потекли по пальцам, руке, появились на шее, наконец, заструились по лицу, превращаясь в абзацы. Тело и одежда его стали наливаться черным. Еще несколько мгновений, и персонажа затянуло в книгу. Констанция, ощутив поток энергии, едва не уронила ловец на пол, но в последний момент все же захлопнула его и облегченно выдохнула.
Мгновением позже она открыла томик и увидела текст на страницах:
«Он слишком высоко ценил себя, чтобы понять, по каким причинам его кузина могла отказать ему».
Она едва заметно улыбнулась, затем вышла в коридор и хлопнула входной дверью, чтобы создать иллюзию, будто кто-то покинул квартиру. После этого прошла в кухню, где мило беседовали Аврелий и хозяйка.
— Он ушел, — сообщила Констанция.
Аврелий вскинул удивленный взгляд.