Укроти мое сердце

Соловьева Елена

– Надеюсь, это что-то холодное и свежее, - пробубнила я не слишком радостно.

Откинулась на спину и прикрыла глаза. Не от того, что силы окончательно покинули, вовсе нет. Хан, разгоряченный, с растрепанными волосами, выглядел слишком привлекательно. Удивительно, но он совершенно не потел и, кажется, почти не замечал жары.

– Угадала!
– послышалось в ответ.
– Мы с Анкором посовещались и приняли решение использовать запасы питьевой воды в качестве дополнительного средства охлаждения. Если не ошибаюсь, земляне это называют купанием.

Последнее

его слово прозвучало музыкой в моих ушах. И почему они не придумали это раньше? Разве может волновой душ сравниться с таким блаженством.

– Если ты еще и мыло раздобудешь - расцелую!
– выпалила я опрометчиво.

– Я запомню обещание, - произнес он в ответ. И смерил меня долгим взглядом, полным предвкушения.
– Ты сама говорила, что всегда держишь слово.

Мне захотелось прикусить себе язык. Одной небрежной фразой я обрекла себя на муку. Страшно представить, что стану делать, если Хан попросит исполнить обязательство. Еще страшнее - если не попросит.

Как итог, в импровизированную купальню мы вошли молча. Хан и Анкор славно потрудились, превратив хозяйственный отсек в райский уголок. Даже мягкий ковер на пол бросили. Сняли верхнюю часть резервуара с водой и обложили края плотным материалом. Получилось нечто вроде квадратного бассейна с метр в высоту. Не слишком глубоко и достаточно, чтобы охладиться.

Еще больше меня впечатлили размеры купальни - три на три метра. В такой могли уместиться все члены команды и при этом не мешать друг другу.

– А где остальные?
– в тон своим мыслям спросила я.

– Крис предпочла привычный волновой душ, Рин и Амула теплолюбивы и не испытывают неудобств, - пояснил Хан.
– А Анкор милостиво уступил право купаться первыми нам.

Я раздраженно хмыкнула:

– Не нам, а тебе. После ненавистной землянки он бы побрезговал принимать ванну.

– Ты к нему слишком сурова, - заметил Хан.

Но все же предложил перед тем, как лезть в воду, принять волновой душ. Я не отказалась - не потому, что берегла чувства Анкора. Скорее не хотела, чтобы Хан почувствовал запах пота.

После того, как мое тело стало чистым и свежим, я вышла из кабинки душа. Осмотрелась и облегченно вздохнула. Воспользовалась тем, что Хан все еще находился в соседней кабинке, быстро скинула одежду и запрыгнула в воду.

Но стоило мне расслабиться, как Хан вышел. И я снова вспотела, хотя вода в бассейне была не выше двадцати пяти градусов. Глаза мои расширились от восхищения, а с губ слетел возглас удивления.

Впервые я увидала Хана раздетым. Полотенце, обмотанное вокруг бедер, не считается. С растрепанными волосами, обрамлявшими суровое мужское лицо; кожей оттенка пепла и горящими, точно угольки, глазами он выглядел опасным и притягательным. Казалось, достаточно легкого ветерка страсти, и этот костер запретной мужественной красоты разгорится так, что не остановить. Сожжет дотла и поминай как звали...

– Что-то не так?
– спросил он.

Как будто не догадывается. Нет, меня

он уже видел обнаженной, потому сюрпризов не ждет. А что делать мне?

– Знаешь, за последнее время я отвыкла ходить обнаженной, - призналась я и заставила себя отвернуться.
– Потому испытываю неловкость.

– Тогда купайся первой, а я подожду за дверью, - предложил Хан.

– Нет, не стоит!
– воскликнула я прежде, чем успела подумать, чем грозит мне это возглас.

Хан прошел к двери и запер ее на щеколду. Старался двигаться так, чтобы не была заметна его изуродованная спина. Анерианец, ничего не попишешь.

– Можешь не скрывать от меня шрамы, - сообщила я.
– В моем мире считается, что они - украшение мужчины. А такой широкой мускулистой спины я никогда еще не видела.

– Ты находишь меня привлекательным, Пантера?
– спросил он.

И я разобрала хрипловатые нотки в его голосе. А еще - затаенную надежду. И не смогла разочаровать.

– Да!
– мой ответ прозвучал словно выстрел. Предупреждающий, в воздух.

Хан осознал это. Подтянул к бассейну кресло и уселся так, чтобы я случайно не рассмотрела ту часть его тела, которую скрывало полотенце.

Несмотря на предпринятые им меры, о купании не могло быть и речи. Напрасно я старалась держаться противоположного края бассейна, Хан полностью завладел моим вниманием.

В какой-то момент он поднялся и подступил ко мне.

– Позволь, я распущу тебе волосы, - предложил будничным тоном.
– Пока они высыхают, тебе будет прохладно.

Какое там прохладно, если внутри меня бушует пламя?!

Хан вынул заколки из волос, запустил в них пальцы и рассыпал по моим плечам. Не удержался и поднес уже намокшую прядь к носу.

– Ты пахнешь счастьем, - сообщил и зажмурился от удовольствия.

В этот момент я поняла, что будет дальше. Укротитель выпустил животное из клетки и раздразнил. Ошибка или четкий расчет? Кто знает, но после этого ни я, ни Хан остановиться уже не могли.

В каком-то сладостном опьянении я притянула его к себе, вынуждая запрыгнуть в бассейн. Обхватила его плечи, обняла ногами. Притянула голову к себе и поцеловала так, как не целовала никогда. Словно степная кошка, позволила инстинктам взять верх над разумом. Какое-то дикое, первобытное ощущение пронзило всю мою сущность, заставило выгибаться навстречу жадным рукам и губам Хана.

Он и не пытался сопротивляться. Куда там: страсть захватила и его, лишая возможности мыслить здраво. В этом он мало отличался от земных мужчин. Разве что был вдвое горячее и втрое эмоциональнее. Да и опыт явно имел немалый.

Он знал, что я хочу и как. Предугадывал желания и предвосхищал. Благодаря ему я осознала, что руки нужны не только для того, чтобы что-то держать, ноги - не чтобы прыгать, грудь - не только ради красоты. И все мое тело, словно музыкальный инструмент, оказавшийся в руках у маэстро. Но это было не соло, дуэт - мелодия любви двоих, идеально подобранных друг для друга.