У брата бывшего. В постели. Навсегда
Шрифт:
Грохнул выстрел. Пуля, выпущенная с безупречной точностью, вошла точно в висок главаря. Его голова взорвалась кровавым туманом прежде, чем он успел нажать на курок.
— Сейчас! — взревел Ваня, мгновенно вскакивая на ноги.
Он рванулся вперед, выхватывая из-за пояса два пистолета. Он двигался как разгневанный бог войны, каждый его выстрел находил цель. В то же время Соня, отбросив винтовку, бросилась к рычагу управления краном. Железо скрежетало, лебедка стонала, но синий сверток медленно опускался в руки Вани.
Он поймал ребенка в тот самый момент, когда здание
Огромный огненный шар поглотил склад. Ваня прижал младенца к груди, прикрывая его своим телом, и прыгнул в сторону, когда крыша начала обрушиваться. Соня едва успела скатиться по тросу вниз, прежде чем всё превратилось в пылающий ад.
Спустя вечность они выбрались на пирс. Ваня, весь в копоти и крови, осторожно передал Соне спящего ребенка. Его руки дрожали — впервые в жизни.
— Он жив, Соня... он жив, — выдохнул он, и в его глазах блеснули слезы.
Но их радость была недолгой. Из тени за их спинами, со стороны темного моря, раздался звук аплодисментов. Медленные, тяжелые хлопки заставили Ваню мгновенно напрячься и задвинуть Соню с ребенком за свою спину.
Из густого тумана вышел человек. На нем был длинный кожаный плащ, а лицо скрывала серебряная маска, изображающая плачущего демона.
— Поразительная самоотверженность, — голос незнакомца был до ужаса похож на голос Вани, но в нем звучала ледяная, аристократическая надменность. — Ты всегда был слишком эмоциональным, мой дорогой брат.
Человек медленно снял маску. Соня вскрикнула, едва не выронив ребенка.
Перед ними стоял человек с лицом Вани. Те же черты, те же глаза... но под его левым глазом тянулся глубокий, старый шрам в виде креста.
— Александр? — голос Вани сорвался на хрип. — Ты... ты же погиб восемь лет назад в той шахте!
— Смерть — это всего лишь вопрос цены, — улыбнулся «двойник», и в его руке блеснул пульт управления. — А теперь, Ваня, отдай мне документы и ребенка. Настоящая игра только начинается.
Глава 76: Отчаяние в огне и пришествие двуликого демона
Грохот —!
Оглушительный взрыв в мгновение ока разорвал мертвую тишину порта. Огромный огненный шар взметнулся в небо, подобно разъяренному зверю, жадно пожирая всё на своем пути внутри старого склада. Раскаленные волны жара, несущие в себе летящие обломки камней и дыхание самой смерти, обрушились на пирс.
— Соня! — крик Вани (Ваня) был почти поглощен ревом пламени.
В это роковое мгновение он резко развернулся. Его мощное тело, словно вылитое из стали и испещренное шрамами, стало для Сони (Соня) единственным щитом. Он прижал её к бетонному полу, накрывая собой. Острый кусок арматуры полоснул его по спине, и алая кровь мгновенно пропитала натянутую черную тактическую майку, но он даже не вскрикнул. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, широкая грудь яростно вздымалась, а в янтарных глазах, отражающих адское зарево, вспыхнуло безумное облегчение
— Ваня... ты ранен, у тебя вся спина в крови... — голос Сони дрожал, в ушах всё еще стоял невыносимый звон. Она попыталась коснуться его спины, но её пальцы наткнулись на вязкое, обжигающее тепло — его кровь, пролитую ради её спасения.
— Не смотри. Закрой глаза, — Ваня властно прижал её голову к своей груди, влажной от пота и грохочущей от бешеного ритма сердца. От него исходил густой аромат пороха, крови и дикого, необузданного мускуса — единственный запах, дарующий Соне чувство безопасности в этом хаосе.
Однако не успели они прийти в себя после первого удара, как поверхность залива прорезали лучи мощных прожекторов, заливая руины ослепительно белым светом. Черная, как сама ночь, яхта разрезала густой туман. На её палубе, небрежно и властно, стоял человек в серебряной маске, держа на руках спящего младенца.
Ваня застыл. Поддерживая Соню, он медленно поднялся. Его лицо, обычно напоминающее холодную мраморную статую, исказилось от ярости и неверия, когда человек на палубе медленно снял маску.
Мужчина явил миру лицо, абсолютно идентичное лицу Вани. Лишь под левым глазом тянулся безобразный, темно-красный шрам, разрушающий его аристократическое совершенство. Это был его брат-близнец, Александр.
— Мой дорогой младший брат, так вот ради чего ты поставил на кон всё? — Александр холодно усмехнулся, его длинные пальцы с извращенным изяществом коснулись лица ребенка. — Ты предал Совет директоров ради женщины и даже пытался стереть меня, «мертвеца», из истории? Жаль тебя разочаровывать, но истинная тень семьи Лебедевых всё еще здесь.
Соня, не в силах дышать, переводила взгляд с одного мужчины на другого. Ваня сделал шаг вперед, его черные армейские брюки подчеркивали мощные линии его ног. Каждый его мускул был напряжен до предела, в глазах полыхала жажда уничтожения.
— Александр, отпусти ребенка, — голос Вани был хриплым и вибрирующим от сдерживаемой мощи. — Он — моя жизнь.
— Нет, он — мой лучший козырь, — Александр бросил ледяной взгляд на Соню, на её разорванное алое платье, и в его глазах промелькнула тень безумной жадности. — Подойди ближе со своей женщиной, Ваня. Или я отправлю этого маленького наследника прямиком к богу на твоих глазах.
Внезапно Ваня притянул Соню к себе и прошептал ей на ухо всего одно слово: «Живи». В ту же секунду он демонстративно отбросил свой пистолет в сторону. Соня вскрикнула, увидев, как наемники на палубе вскинули автоматы, но их стволы были нацелены не в грудь Вани, а прямо в сердце Сони.
Глава 77: В когтях тени: Клеймо безумия
Когда Соня (Соня) снова открыла глаза, реальность обрушилась на неё тяжелым маревом из роскоши и безысходности. Зрение затуманилось, но вскоре сфокусировалось на давящих сводах спальни, выполненной в мрачных черно-золотых тонах. В воздухе плыл тяжелый, удушливый аромат дорогого ладана и мускуса — запах, который казался насмешкой над самой жизнью.