Тяжёлая вода
Шрифт:
— Навались, он идет прямо на нас! Живее! Греби! Греби!
Особые свойства легкой воды влияли на всех, кто в ней находился. Лодки плыли гораздо быстрее, чем по обычной воде, но и олохор тоже. Он вынырнул прямо за кормой лодки, промахнувшись буквально на пару метров. Громадная туша вылетела из воды на половину, исполинские челюсти сомкнулись в воздухе. В эти короткие мгновения Джаг успел скользнуть взглядом по страшной морде чудища. Глаза твари располагались по бокам морды, и Джаг заглянул в один. Он был большим, как дыня, красным
Шлюпку окатило водой как из ведра. Негры в ней голосили как ошпаренные, срываясь на визг. С соседних лодок тоже раздавались испуганные крики. Ситуация резко выходила из под контроля. Если люди сдрейфят, то охота мигом превратится в кровавую бойню. Потому Джаг сделал то, что умел лучше всего — взревел своим взбешенным голосом:
— В штаны наклали, крысы сухопутные? Плакать будете после, а сейчас живо взяли весла и гребите! А ты — кидай в него гарпун.
Но чудище уже ушло под воду, момент был упущен. Команда повела себя не самым достойным образом. Все просто перепугались от вида атакующего олохора, и напасть никто не решился. Но теперь все понемногу приходили в себя. Джаг подбадривал моряков густой руганью и проклятиями.
Негры в шлюпке — четверо на веслах и пятый, с гарпуном в руках, — глядели на Джага вылупленными от страха глазами.
Один из них вымолвил трясущимся голосом:
— Капитан…
— Что, «ка-пи-тан»? — передразнил его Джаг, коверкая голос. — Ты и так весь мокрый, никто не заметит, что ты обоссался. И вы все, перестаньте трястись как старые маразматики. Возьмите себя в руки. Олохор может нападать только на одну лодку одновеременно. Та лодка, к которой он плывет — дает деру, а остальные в это время готовятся бить тварь гарпунами и баграми! Мы его прибьем, вот увидите! Не робей, греби смелей!
Олохор, тем временем, разворачивался под водой и снова набирал скорость. Он мчался к поверхности воды, распахнув зубастую пасть, и на этот раз его целью стала лодка Дужо Камбалы.
Джаг заорал ему, срывая глотку:
— Камбала, греби! Удирай прочь, он идет на тебя!
Дужо и сам заметил направление чудовища. Он громко ревел на своих людей, а те гребли как проклятые и тоже драли глотки от натуги. Лодка уносилась прочь с места, в котором чудище должно было вынырнуть, но в последний момент оно изменило траекторию.
Олохор почти промахнулся. Он задел лодку Дужо только одним плавником. Но удар оказался такой чудовищной силы, что лодка с шестью людьми в ней поднялась в воздух и резко отлетела прочь метров на пять, как хрупкая игрушка. Люди буквально высыпались из нее, разлетаясь кто куда с осоловелыми воплями.
Если везучие — не утонут, решил Джаг. Ахедронова сила в легкой воде выше, а потому любая туша в ней хорошо держится на плаву. Сконцентрировавшись на деле, Джаг отдал команду:
— Бейте его! Кидайте гарпуны!
И сам, широко замахнувшись, метнул гарпун
Гарпун вонзился в левый бок морского зверя, а рядом с ним — еще один. Это напарник Джага, жилистый и ловкий негр, взяв себя в руки, сделал точный бросок.
— Попал! И ты тоже неплох, моряк! Хороший бросок. Теперь вяжи концы и вытравливай за борт!
Негр схватил с пола шлюпки два конца от длинных веревок, которые вели на корабль, один бросил Джагу. Они принялись вязать корабельные концы к кольцам на веревках от гарпунов.
— Быстрее! — кринул Джаг напарнику, когда увидел, что веревки гарпунов быстро уходят под воду, увлекаемые погружающейся тушей олохора. Веревки были хорошей длины, метров по сорок каждая, они были свалены двумя крупными мотками, но скорость, с которой высота и толщина мотков уменьшалась, была лучшим стимулом поторопиться и поскорее вытравить концы за борт. Иначе всем в лодке придется как минимум искупаться…
Закончив со своим концом, Джаг быстро отсоединил корабельную веревку от кольца на борту лодки и выбросил за борт. То же самое сделал напарник Джага, справившись в последние мгновения, когда в лодке оставалось не больше пары метров веревки.
Джаг повернулся к кораблю, который находился метрах в пятидесяти от лодок.
— Эй, на палубе! Держи концы!
Народ на борту закопошился, натягивая веревки, пропуская их через блоки и закрепляя вокруг грот-мачты. А Джаг все не переставал орать, раздавая команды промысловой бригаде.
— Что надо делать, когда человек за бортом? Правильно. Орать ЧЕЛОВЕК ЗА БОРТОМ! И спасать их! Чего вы ждете, не стойте как беременные моллюски, вытаскивайте их!
Он направил лодку к ближайшему барахтающемуся в воде негру. Тот тянул руки и верещал во всю глотку.
— Не барахтайся, не то лодку перевернешь! Я сказал, убери клешни, моряк!
С этими словами Джаг схватил его за загривок, другой моряк из весельных подхватил утопающего за ногу, и они взвалили его на борт. Негр стоял на коленях посередине лодки и кашлял водой. Джаг окинул взглядом другие лодки. Всего их осталось семь, и все спешили на помощь вывалившимся в результате атаки олохора.
Тварь дьявольски сильна, отметил Джаг, вспоминая, как полминуты назад моряки Дужо разлетелись из поднятой в воздух лодки.
Сильна, но жить ей осталось не долго. Начало уже положено.
Джаг перевалился на другой борт и вгляделся в воду. Олохор совершал разворот, уходя на глубину для новой атаки. В это время веревка, ведущая от воткнутых в него гарпунов к кораблю натягивалась, поднимаясь из воды. В какой-то момент олохор просто резко остановился на месте, словно врезался в невидимую стену и изогнулся, видимо, от страшной боли. В эту же секунду с корабля донеслись крики нескольких десятков глоток, и Джаг, глянув на судно, отметил, что оно сильно накренилось вслед за натянувшейся веревкой.