Тяжёлая вода

Arno

И теперь он не знал, что ему делать.

Прямо сейчас враги могли выцеливать его, ожидать, пока он оступится и совершит неверное движение. Лейс предостерегал его об этом.

Но другая часть сознания уже все решила.

Мост Валды Богатого, думал он.

Это же совсем недалеко от моего маршрута. Это тоже Олений берег, только, наверное, по другую сторону Тильбы, там я видел летние рестораны на улице… Мне даже не придется отклоняться от намеченного пути. Почти не придется. Но, если Лейс не предусмотрел того, что я решу слегка изменить дорогу, то стоит, наверное, усомниться, не подменили ли его наши

враги…

***

Интересно, думал Мигит, а на что я вообще рассчитывал, когда выходил на это… свидание?

Как бы Мигит не хотел себе говорить честно, он понимал, что это было свидание. Не хотела говорить этого прямо и Греясс. Свидание по обоюдному нежеланию — бывает ли такое? Теперь, видимо, да, бывает.

Собираясь на это свидание, Мигит всерьез задумался, а не надеть ли что-то более подобающее вместо повседневной черной одежды с черным же плащом. Но, почувствовав в этой мысли шепот старого, омерзительного ему ныне Мигита-бабника, он твердо решил одеться так же, как и всегда.

Он миновал площадь короля Дриска Красивого, в середине которой находился памятник этому королю. В нем было запечатлено, как бронзовый Дриск, высоко задрав благородный подбородок, любуется, скосив глаза, своим отражением в бронзовом же корыте, которое держит в руках. Такова старинная авантийская традиция — показывать в скульптурах своих мертвых королей их небольшие и забавные пороки. Так делалось, полагал Мигит, для того, чтобы люди негромко посмеивались над мертвыми монархами, вместо того, чтобы ненавидеть их. Весьма практичный подход — дать людям выпустить пар после смерти надоевшего государя. Впрочем, на живых королей такой подход не распространялся — за оскорбление или высмеивание монарха, или его родственников, в Авантии прилюдно пороли и сажали в тюрьму.

Миновал Мигит и аллею Тюльпанов. Тюльпаны в клумбах пока еще не спешили расцветать, видимо, не ожидали такого раннего тепла. А вот люди, почуяв весну, уже во всю прогуливались по аллее. Мужчины и женщины, молодые — большими веселыми компаниями, более взрослые и женатые — парами, пожилые господа — в гордом и неспешном одиночестве. Бродячие музыканты и артисты, которые всегда там, где толпа народу, уже облюбовали себе места и занимались сбором денег на свое творчество: тут и там слышалась музыка — то скрипка, то флейта, то гармоника.

Мигит знал аллею, и бывал тут не раз. Кутил, веселился с такими же как он сам, молодыми повесами. Едва ли он мог тогда подумать, что когда-нибудь явится в это веселое и разгульное место, облаченный в черное и скрывая лицо.

Он шел через аллею, обходил толпы людей вокруг музыкантов и певцов, провожал взглядом влюбленные пары. И думал о том, насколько же большой и разнообразный город — Грата. Хочешь работать — отправляйся в доки, или в работные дома на Праздной. Хочешь быть в центре событий — приходи на площадь Королей. Хочешь тихой жизнью — покупай дом на улице Хвойной, где обосновался Лейс. Желаешь поглядеть на самое большое разнообразие товаров со всех концов света — тебе на улицу Семи Морей, которая даже не улица, а целый городской район, полностью занятый огромным базаром. Ну а если хочешь развлечений — у тебя два пути. Можешь пойти на аллею Тюльпанов, если красив собой и хорошо одет — здесь развлечения, привычные людям из высшего света. А если носишь клинок

в сапоге — то иди на Хитрецову, там найдешь все, что мило сердцу закоренелого бродяги.

Аллея Тюльпанов уходила вниз, к набережной Тильбы. К Оленьему берегу.

Мигит прошел по набережной до моста Валды Богатого. Мост, впрочем, богатством не отличался. Узкий, на нем едва разминутся две пары. Без украшений, из обычной брусчатки. Даже чугунные перила к нему были добавлены после постройки, и после смерти оного короля.

Маршрут Мигита лежал дальше по набережной. Примерно через три сотни метров был проезд Маховейников, который вернул бы Мигита обратно на аллею Тюльпанов, на обратный путь.

Но, Лейс ведь не уточнил, по какой стороне Тильбы надо миновать Олений берег…

Замерев на месте, перед мостом, Мигит секунду обдумывал свой поступок. Но, понял он, все было уже решено. Он не мог не явиться на встречу к Греясс.

Он повернулся и зашагал по мосту в напряженном ожидании.

Ничего не случилось.

Никто не закричал ему вслед в толпе, никто не догнал его и не дернул за плечо с вопросом, куда это ты собрался.

Если сопровождающая его агентура и отреагировала на смену маршрута, то сделала это очень профессионально и незаметно. Мигит, впрочем, вообще никаких агентов вокруг обнаружить не сумел. Он пристально оглядывал всех встречных, смотрел в лица и старался заставить посмотреть в ответ, чтобы по прямому взгляду понять, имеет ли он отношение к агентам компании. Но ничего такого он не заметил. Никто особо не интересовался им.

И действительно, с легким стыдом думал он, вот ведь я балда. У Лейса работают только доки, люди, которые собаку съели на тайных операциях. А я, ничего о слежке не зная, хочу вот так запросто их выявить в толпе? Бога ради, это смешно…

Его тяготило еще и то, что их с Греясс встречу увидят незнакомые люди. Мигит решил бросить эти мысли. Пусть смотрят. Что мне? Репутация в светских кругах для меня теперь ничего не значит, я в них не появляюсь. А Лейс… Узнал бы все равно. Если еще не знает.

Поэтому, широко шагая, Мигит быстро одолел мост через Тильбу и стал разыскивать нужный ресторан. Как оказалось, веря в погоду, уже многие из владельцев здешних заведений расположили столики на улице, некоторые делали это прямо сейчас.

Мигит медленно шел мимо ресторанов, высматривая Греясс. Она не сказала, как будет одета, что усложняло задачу. Поэтому высматривать ее среди множества женщин, было не так уж просто. Мигит сразу отмел пары и компании. Греясс явно собиралась прийти одна. К тому же, ее должен выделять цвет волос — красная медь. Не самый редкий в Авантии, но и не самый частый.

И все же, Мигит не видел ее. Она увидела его первой.

— Мигит!

Она оказалась совсем рядом с ним, сидела одна за столиком буквально в нескольких метрах от него.

Я не смог заметить красивую девушку, а собирался вычислить в толпе профессиональных шпионов.

Впрочем, не узнать ее было легко. Мигит не знал, как она оденется, но и представить себе не мог, что она оденется так. Рыжих волос он не заметил потому, что она была в накидке с капюшоном. Накидка была до колен, а ниже — высокие сапоги черной замши. Греясс явно не следовала моде, собираясь на эту встречу. Так же, как и я, отметил Мигит.