Ты моя
Шрифт:
А он соскучился, как же он, оказывается, соскучился.
— Потому что все это неправильно.
Боже, ему бы только хватило сил. А чего он, собственно, хотел. Она же девочка совсем. Надо бы сделать скидку на возраст.
— Я тебе сейчас покажу, неправильно.
Лиза только пискнула, когда подхватив ее, Макс поднял девушку. Она тут же обхватила его ногами, и это ее движение окончательно сорвало в нем тормоза.
— Напомни-ка, где там спальня?
Глава 24
—
Пальцем я ткнула в сторону двери, ведущей в мою спальню. Макс все понял сразу, уверено двинулся к комнате, осторожно вошел и опустил меня на кровать.
Я молча наблюдала, как он избавился от свитера и отбросил его в сторону. В прошлый раз мне как-то стыдно было рассматривать Архангельского, а сейчас хочется. Хочется смотреть на его обнаженный торс, на косые мышцы, на поросль волос.
Сглотнув, я опустила взгляд ниже и тут же почувствовала, как покраснела. Не дожидаясь дальнейших действий Макса, схватилась за края своей кофты и потянула ее вверх.
Некое подобие смущения я все же испытывала, но оно почти мгновенно пропало под воздействием горящих глаз Макса.
— Иди сюда.
Он схватил меня за щиколотки, подтянул к краю кровати. Я только и успела немного приподнять бедра, как с меня сорвали остатки одежды.
— Красивая такая, Лиз, — прохрипел приглушенно, потом подался вперед, поставил колено на край кровати и навис надо мной.
А я смотрела, не отрывая взгляда от его лица, шеи, плеч широких, которых хотелось касаться. И именно это я и сделала. Дотронулась, испытывая дикое удовольствия от самой возможности.
Он действительно приехал, ко мне приехал, кажется, только сейчас я в полной мере осознала этот факт.
В какой-то момент Макс навалился сверху, перехватил мои руки и прижал к кровати. Губами уткнулся в шею, чуть царапнул своей жесткой щетиной нежную кожу, прошептал что-то неразборчивое.
— Поцелуй, — я захныкала, сама себя не узнавая.
Так сильно хотелось почувствовать его губы, его вкус. И он очень быстро выполнил мою просьбу, улыбнулся, выругался и прижался ртом к моему, протолкнул язык, сплел его с моим.
У меня внутри все неистово ликовало от восторга, от поцелуя этого жадного, от запаха, такого знакомого и нереально приятного. С ума сойти, разве может так голову кружить один лишь только запах человека?
И так хотелось еще, хотелось большего. Божечки, Лиза, в кого ты превратилась?
Обреченно выдохнув ему в губы, я обхватила Макса ногами, позволяя ему удобнее устроиться.
— Убиваешь меня…
Он снова впился в мои губы, бедрами подался вперед. А я возненавидела эти мешающие сейчас
— Макс, пожалуйста.
Архангельский оказался очень сообразительным, остановившись, он только перевел дыхание, потом оттолкнулся от матраца и сполз с кровати. С каким-то изощренным любопытством я наблюдала, как он расстегивает ремень, как снимает брюки и трусы.
— Нравится? — хохотнул Макс, поймав меня на разглядывании его достоинства.
А я к своему бесконечному стыду не могла оторвать взгляда и просто машинально кивнула.
— Потрогаешь?
Я завороженно потянулась рукой. Никогда себе ничего подобного не представляла даже, нет, я как и все, конечно, видела краем глаза видео для взрослых, но чтобы сама, вот так. Макс зашипел, положил руку поверх моей, сжал и провел моей ладонью вперед, потом назад. Я опустила взгляд туда, где моя рука скользила по его горячему твердому члену и невольно вспомнила, как тогда, в душе, Макс делал со мной то, о чем даже думать было стыдно. И в голову пришла совершенно дикая мысль. Мне вдруг захотелось попробовать. Попробовать так же.
Я инстинктивно облизнула губу, сверху тотчас же донесся протяжный приглушенный стон.
Кажется, Макс подумал о том же. Я как-то очень живо представила сам процесс, не думая, наклонилась вперед и едва касаясь, лизнула головку.
Тяжелая ладонь легла мне на затылок, качнув бедрами, Макс шумно втянул воздух. Я поняла, конечно, что от меня требуется. Открыла рот, губами обхватила розовую головку и закрыла глаза.
— Оближи, — хриплый, едва слышный приказ, и я подчинилась, сделала как он просил.
Ответом был сдавленный стон. И отчего-то меня распирало восторгом, мне, оказывается, безумно нравятся стоны.
— Все, Лиз, хватит, — я уже вошла во вкус, когда Архангельский вдруг отстранился.
— Не понравилось? — я опаской посмотрела ему в глаза.
Он улыбнулся, наклонился и навалился на меня, вынудив лечь и широко расставить ноги.
— Охренеть, как понравилось, Лиз, но я не могу больше, — я почувствовала легкое скольжение у себя между ног, — ты хоть представляешь, что я собираюсь с тобой сейчас сделать?
Я, как оказалась, не представляла, даже близко не представляла. И вскрикнула от неожиданности, когда рванув меня на себя, Макс резко вошел. Не так как в прошлый раз, совсем не так. А потом задвигался, и движения его были совсем другие. Я поняла, насколько в тот первый раз он был осторожен. Сегодня все было по взрослому. С легкой паникой, я обхватила его бедра, обняла, прижалась сильнее, соглашаясь на этот совершенно дикий темп. И каждый грубый толчок отдавался сладким импульсом в теле. Я выгнулась, застонала в голос, полностью отдав инициативу.