Тун. Лето в розовом городе
Шрифт:
– Где он?
Путь до спальни Руслана напоминал бег с препятствиями. Бутылки, бокалы, пластиковые контейнеры и прочий мусор превратили роскошную квартиру в злачный притон.
Возле двери Оксана схватила меня за руку:
– Мари, давай без драм!
Я резко дернулась:
– Заткнись, сука!
В спальне был такой же беспорядок. На мятой постели спал Руслан.
Возле моих ног валялись джинсы с тяжелым ремнем. Я поддела их носком и швырнула, стараясь попасть в голову.
– Какого черта?! – Руслан пытался сфокусировать на мне взгляд, и у него кое-как получилось. – Зачем ты ее впустила? Убирайся, Мари!
Я
– Убирайся?! Наши друзья погибли из-за тебя! Меня обвиняют вместо тебя! А ты тут развлекаешься с моей подругой?!
– Это меня не касается!
Я бы заехала ему по морде статуэткой за лучшую мужскую роль, если бы в моем воспаленном мозгу молнией не вспыхнула статья из интернета: о Руслане там даже не упоминалось!
– Почему тебя нет в списке пострадавших?
– Потому что меня там не было!
– Ты же врешь, я все помню!
Он потянулся за сигаретой, и комнату заполнил его наглый безнаказанный смех.
– Ты был за рулем! Ты, а не я! Мы выпили, потом вышли на улицу. Ты сказал, что… – Я замолчала.
Не может быть! Все рухнуло. С самого начала я считала себя жертвой, но теперь стояла в растерянности, не понимая, что делать.
– Так что я там тебе говорил? – откуда-то издалека донесся голос Руслана.
– Что любишь меня… – Мой шепот, слезы и отчаяние были ничтожными и бесполезными.
– Правда? А за что тебя любить? – Он по-хозяйски положил руку на бедро присевшей рядом Оксаны. – Вали отсюда к папочке, пока тебя не упекли еще и за незаконное проникновение!
Это конец. Я почувствовала себя Алисой, летящей в нору вниз головой. Торжествующие улыбки бывшего парня и бывшей подруги кружились в дьявольском хороводе. Что сделала бы Алиса, окажись на дне тоннеля не пузырьки и шкатулки, а полупустые бутылки, разбросанные сигареты и свернутые купюры? Задала бы вопрос: хорошо ли горит алкоголь? Лучше, чем предатели?
Не помню, как я очутилась на улице. Ноги сами несли меня в сторону дома. Казалось, я пыталась обогнать ветер, чтобы не чувствовать запах гари, предательски въевшийся в волосы и одежду. Мимо проехала пожарная машина. Чистая формальность: датчики сработали до того, как я успела выскочить из горящей квартиры, не забыв прихватить бутылку виски.
Я шла вечность. Горе ослепляло сильнее фар, внутри была пустота. Что теперь? Алиса оказалась в заднице, из которой ее не вытащить ни одному кролику. Нервным движением я откинула прядь от лица. Я терпеть не могла свои волосы, непослушными кольцами ложащиеся на плечи. Но Руслану они нравились. Или опять лгал? Ведь меня он тоже якобы любил.
«За что тебя любить?» – вновь и вновь звучал в моем мозгу его голос. Ухмылка. Вопрос. Ухмылка. Вопрос.
«За что тебя любить?»
А разве любят за что-то?
«За что тебя любить?»
Все верно: такова цена человека, который пытается налепить на себя маску того, кем он не является.
«За что тебя любить?»
Не за что.
Глава 5
– Очнись! Да очнись ты!
Чей-то голос настойчиво пытался ворваться в мое сознание. Будь я на том свете, добрался бы он туда?
– Свалилась на мою голову! Где твой дом?
У
– Дай мне умереть…
– Нет уж! Как ты попала сюда? Куда ты шла? Куда тебя отвезти? Да очнись!
Он ждал ответа, а произнести адрес у меня не хватало сил. Я смогла выдавить лишь одно слово: Шах.
– Так это тебя все ищут?
Я кивнула и услышала горький смешок:
– Господи, почему именно я?
Вопрос был адресован явно не мне. И хорошо, потому что у меня не было на него ответа. Я безуспешно пыталась открыть глаза и рассмотреть незнакомца. Но веки будто придавило тяжелыми монетами. Вернулись боль и холод – все как в день аварии. Устав от тщетных попыток, я захотела отвернуться от своего спасителя, но он уже подхватил меня на руки. Куда мы? Может, в полицию. Или к отцу. Все равно. Я уткнулась в его плечо и провалилась в сон.
Глава 6
– Кто это сделал?
– Мы не знаем, парень нашел ее неподалеку, камеры ничего не зафиксировали.
Шепот звучал прямо возле уха и вселял панику, но мое тело будто зарыли в песок с головой – я не могла ни говорить, ни шевелиться. Тьма окутала меня. Видимо, так и выглядит смерть.
Солнечный луч разбудил меня. Я ожидала увидеть обшарпанные стены морга, вонючий грязный матрас какого-нибудь притона – что угодно, только не позолоченные вензеля на потолке моей собственной спальни. Я медленно перевела взгляд в изножье кровати. Кто-то заботливо снял с меня мокрые вещи и грязную обувь, оставив только носки и нижнее белье. Кто бы это ни был, складывал он идеально. Я заплатила бы любые деньги, чтобы этот человек сделал то же самое с моей запятнанной и скомканной жизнью.
Что произошло? Как я здесь оказалась? Вспомнить я не могла. Или не хотела. В одном сомнений не было: бесконечные попытки бежать вновь привели меня в клетку. Может быть, пришла пора смириться? Я вытянула руки поверх одеяла, как какая-нибудь набожная католичка из английских романов, и закрыла глаза. Мне хотелось лежать так вечно и в конце концов умереть. Но естественные потребности все же заставили меня вылезти из кровати.
Я заметила стул, на котором, видимо, кто-то сидел в ожидании, пока я проснусь. Кого-то действительно волновала моя жизнь? Или его заботу просто купили, как и все в этом доме? Подтянув к себе стул и опершись о высокую спинку, я кое-как встала. До ванной было примерно двадцать шагов, каждый из которых я проделала с упорством немощной старухи, не желающей уступать времени.
Еще немного, давай же! Дошла! Включив свет, я застыла перед зеркалом. В роскоши, достойной последней правящей династии, отражалось некое существо, и смотрело оно так, что моя душа вмиг покрылась льдом и пошла трещинами. Истощенное тело, ссадин ы и огромный синяк от бедра до колена я даже не заметила – мои пальцы тянулись к голове. Зеркало не обманывало – я была побрита налысо.
Я закричала и рухнула на холодный мрамор. Крик отдавался эхом и рвал на части горло. Это продолжалось до тех пор, пока у меня не пропал голос. В спальню ворвались люди и попытались поднять меня и уложить в постель. Где мои волосы?! Собрав последние силы, я вырвалась из рук огромного мужчины и в мгновение ока оказалась в ванной. Дверь захлопнулась перед его носом.