Тропа Исполинов
Шрифт:
– Молодец, сынок, - гулко сказал Гриос.
– Наш полковник ещё не то может. Мне довелось однажды...
– Гурук прислушался.
– Постойка. Слышишь?
– Птичка-ласточка,
Гнёздышко из глины, -
донеслось с площади,
– Птичка-ласточка,
Позови весной!
– Йэх!
Птичка-ласточка,
Путь-дорогой длинной,
Птичка-ласточка,
Мы идём домой!
– Идут!
– всплеснул руками Теверс.
– Сейчас начнется! Девушки! Котлы, котлы на стол!
А припев грохотал
– Мы весело идем, мы шаг печатаем,
Весёлые, лихие, неженатые!
Пусть нас дорога верная ведёт
К тем,
Кто
Ждёт!
Победно запела в петлях дверь и, перегоняя друг друга, пятый и шестой тагрские вперегонки с первым и вторым чаттарскими, с ликующими воплями повалили в столовую. Ножны сабель загрохотали о скамейки. Мест на всех не хватало. Гурук и Гриос встали, отодвигаясь к стене.
Теперь, без устрашающих шлемов с их решетками, солдаты Даурадеса показались Гриосу невероятно молодыми, почти мальчишками. У большинства и усов толком не выросло... Слезы блеснули в глазах чаттарца.
– Не армия решает, - произнёс он вдруг.
– Нет, не только армия...
– Табачку?
– деловито предложил Гурук.
– Пойдём, - сказал Гриос.
– Пора.
– Зол он нынче, - задумался Гурук, - это плохо. Ты б поговорил вначале с Карраденом. А впрочем - гляди сам, чаттарец. Кто знает, как там дела обернутся... Меня позови, если что.
– Ничего здесь не изменишь, - ответил Гриос.
– Это - судьба.
Кулачный бой у брёвен был прерван. Накинув на разгоряченные плечи свои грозные куртки, бойцы и зрители, собравшись группами, изучали ходившие по рукам листки с отпечатанным текстом.
– Читают?
– поразился Гриос.
– А как же!
– ухмыльнулся Гурук.
– Нашу, солдатскую газету. Называется "Подъём!"
Последнее слово он выделил столь характерно, что сразу заставил всех обернуться.
– Оах!
– крикнул кто-то.
– Вот он, тот самый чаттарец!
– Хай, чъат-таре, айге!
– Чаттарец!
– Эй, гвардеец! Иди к нам!
– Это ты привез письмо генерала Паблона?
– Расскажи, как там.
– Стоит Дангар?
– Постойте, постойте, ребята!
– вмешался Гурук.
– Мне кажется, что он и сам не прочь узнать, что за депешу привез из столицы.
– Ну, не из...
– начал было Гриос.
– Дайте газету!
– крикнул Гурук.
– Или читайте кто-нибудь! Вслух!
– Тих-ха!
– "Внимание! Внимание! Внимание!.." - взялись за дело сразу несколько голосов. Один из них, более уверенный и крепкий, продолжил:
– "Драгуны! В полк только что доставлен пакет из столицы. Вот о чём сообщает нам предводитель движения "недовольных", генерал Паблон Пратт:
"Солдаты полка Даурадеса!
Опостылевшее всем правление маршала Варадоса кончилось. Бывший "великий полководец" взят под стражу и его участь решит суд. Захватившую власть группу офицеров возглавляют генералы Гир и Легонц. По их мнению, нам следует успокоиться, разойтись по домам и заняться повседневными делами. Господа генералы
Однако, тем временем: в нескольких полках, расквартированных в столице и принимавших активное участие в событиях, зачитан приказ о переводе их на север страны. Куда ж потом? Не подальше ли от Тагр-косса? Не в сторону ли Элт-Энно?
Тем временем: части пятидесятитысячного келлангийского корпуса вплотную придвинулись к окраинам столицы. Дангар - до сих пор был единственным местом в стране, где на улицах не было ни одного иноземного солдата. Видимо, нам, тагркоссцам, хотят продемонстрировать силу?
Тем временем: новоявленные власти спешно готовят закон, по которому любой житель Тагр-косса, независимо от его желания, семейного положения и рода занятий, будет обязан проходить службу в армии по келлангийскому образцу, то есть: в тех местах и на такой срок, какие будут определены военной властью. Потому, любого не-солдата, как подпадающего под этот закон, по прихоти чиновника могут отослать умирать за тридевять земель. Сказать, что это открыто ущемляет наши гражданские свободы - значит сказать лишь половину правды.
Нам придется терпеть в армии случайных, неподготовленных и просто больных людей, в том числе - заключенных и каторжников, которым это будет предложено вместо отбывания срока заключения!
Солдаты и офицеры Тагр-косса! Вы согласитесь служить в такой армии?
Тем временем, по всей стране нечего есть и не во что одеться. Тем временем, новыми властями пресекаются любые попытки рабочих и солдатских комитетов упорядочить выдачу пищи и навести в городе порядок, и наоборот - поощряются преступные банды, несущие хаос и смерть в рабочих кварталах. Тем временем, генералы Гир и Легонц не скрывают, что заигрывая с нами сегодня, они не постесняются, под видом наведения в столице порядка, применить силу завтра.
Солдаты полка Даурадеса! Ваша решительность и отвага - на устах страны! Честные люди Тагр-косса и других стран побережья с восхищением пересказывают друг другу вести о вашем бесстрашном рейде! Завершите путь в столице!
Мы ждем вашей помощи!
От Народного Собрания солдат и рабочих Тагр-косса -
генерал Паблон Пратт."
– Уах!
– и один из бойцов, сбросив куртку, тяжело спрыгнул с брёвен на землю.
– Что?! Скоро будем гулять в Дангаре!
Другой, мощный и жилистый чаттарец, также откинув с плеч куртку, шагнул к нему:
– Вот где я рожу твою медную мазутом вымажу, чтоб в другой раз не выставлялся, кабан тагркосский!
И, переплетясь руками, они двинулись по кругу, то ли борясь, то ли танцуя. Один из зрителей заметил, не спеша выпуская кольца из своей трубки:
– А всё-таки надо было остановиться в Бугдене. Там бы всё имели: и крышу, и еду, и питьё. Сидели бы цари царями...
– Скажешь тоже! Ну, посидели б! А потом? Опять в болота?
– перебил его возмущённый мальчишеский голос.
– А ты думаешь, здесь войны не будет?