Тортоделка
Шрифт:
— Нет, мыть пол я его заставила в качестве наказания, — проронила словно невзначай.
— Наказания? — Миша усмехнулся. — Он по идеи вообще там находиться не должен.
— Этот дурень решил меня вернуть, — буркнула угрюмо.
Лицо Миши окаменело. Умолк, смотря на дорожную гладь.
— А ты хочешь возвращаться?
— Нет. Уже поздно. Слишком много сказано и сделано. Я не верю ему.
Выдох.
— Второй раз на те же грабли вставать — глупо, согласен.
Припарковался у подъезда моего дома.
— К десяти
— Да. Спасибо, что подбросил, — быстро чмокнула его в щёку и повернулась к дверце.
— Если бы я сказал, что люблю тебя, — вдруг выпалил мне в спину мужчина, — ты бы стала моей?
Замерла. Обернулась, глядя на него через плечо.
— Если бы стала, то только из-за уважения к тебе, — врать ему не могла. — Ты необыкновенный мужчина и всегда меня восхищаешь, но… Ты достоин быть любимым. Я не смогу тебе это дать. Я вообще никому больше не смогу этого дать.
Взял за руку, повернув к себе.
— Не сейчас. Но я хотел бы подождать. Сколько угодно…
— Есть смысл ждать, когда знаешь, что дождёшься, а ждать, тыча пальцем в пустоту — неразумно, — покачала головой.
Его ладонь коснулась моего лица. Чуть наклонился, разглядывая. Напряглась, стараясь не смотреть в его серые глаза.
— Тебя стоит ждать. Вик? — поднял за подбородок. — Я хочу помогать тебе, заботиться о тебе и твоём малыше. Хочу, чтобы вы были со мной рядом. Тебе нужна опора. Не обрекай себя на одиночество.
Смотрит так проникновенно, так любяще и ласково. Знаю хочет поцеловать, как тогда у него дома. А хочу ли я? Может выбью клин клином? Стоит попытаться. Опустила взгляд на его губы — тонкие, розовато-бледные и обрамленные светлой щетиной с проседью. Наклонился ближе и осторожно, не настойчиво накрыл мои губы поцелуем. Чужое дыхание, иной запах, другие касания. Пальцы мужчины аккуратно утонули в моих волосах, вторая ладонь скользнула по бедру. Хочу утонуть, усилить поцелуй, но перед глазами бьёться лицо мужа. Не могу! Отстранилась, закусив губы.
— Я пойду, Миш, прости, — робко сообщила. — Давай чуть позже вернемся к этому разговору? Спокойной ночи.
Короткий смешок. Выпрямился.
— Спокойной ночи, — слегка улыбнулся.
Я быстренько захлопнула дверцу его авто и скорей побежала к подъезду.
Рассказывать матери о визите папани не стала, себе дороже. Перед сном решила принять успокоительное, чтобы спать без стрессов. К счастью, сработало.
Миша приехал к десяти и ввалился в квартиру с охапкой цветов и небольшим свертком.
— Они чудесные, — не кривила душой, принимая.
— Давай, доча, я поставлю их в воду, — вмешалась мама, и довольно подмигнув мне, убежала с букетом в кухню.
— А здесь что? — посмотрела на свёрток.
— Тебе понравится, — Миша широченно улыбнулся.
С любопытством распечатала упаковку и едва не расплакалась от умиления — комплект для новорождённого нежно-зеленого цвета с модным
— Это просто… У меня нет слов, — я искренне улыбалась и крепко обняла мужчину. Но тот в ответ затяжно поцеловал меня в висок. Со стороны ничего бы зазорного, но я четко ощутила в его жесте интимность. Стало неловко. — Я теперь буду любоваться им при каждом удобном случае. Как антистресс.
— Тогда тебе такой же нужно на работу ещё купить, — рассмеялся озорно Миша.
— И не один, — поддержала его юмор.
На работе уже были все, в том числе и Герман.
— Доброе утро, — поприветствовала коллег и прошла в кабинет. Но и там ждал меня сюрприз в виде цветов. От кого? Можно было догадаться. Чуть ближе: упаковка сока, ланч-бокс с вегетарианским сэндвичем и рядом ещё один свёрток.
— Нужная вещь, — не услышала, как в кабинет просочился бывший муж.
— Тоже комплект для ребёнка? — спросила без энтузиазма.
— Что значит тоже? — лицо мужа тут же потускнело.
— Не важно, — лучше смолчу. Распаковала сразу же при нём, желая тут же вернуть, если что. — Книга по первому уходу за новорождённым? — прочла вслух.
— Мне кажется нужная вещь для молодых мам, — мужчина явно нервничал, не понимая мою реакцию. Отчего-то стало его жаль. И зря, наверное.
— Спасибо. Хороший подарок, — положила книгу на стол. — Ты что-то хотел?
— Да. Я сегодня там же? — смотрит спокойно, даже с готовностью.
— Да, — кивнула. — Сегодня с тобой будет Таня. Иии, — замялась. — У меня сегодня УЗИ, но в это время приедет провизия. Ты мог бы принять?
— Без проблем, — кивнул мужчина и как-то грустно посмотрел на меня. — УЗИ наверно меня не касается?
— Не касается, — чересчур жёстко подтвердила я.
Смотрит даже не на меня, а на область моего живота. Лицо ещё серее.
— Понял. Предупреди, когда уедешь, — и удалился из кабинета.
Господи, у меня просто душу выворачивает, когда он так печально смотрит. Нет, Вика! Это лишь игра! Он хотел убить нашего малыша, а может хочет и сейчас. Ему нельзя больше верить, жалеть и тем более прощать. Баста!
В регистратуре однако были сплошные расстройства. Перинаторог, который меня вёл вдруг оказался уволен. Ну час от часу нелегче. Сейчас начнётся пересменка врачей и всё профукают.
— Ясно и кто же теперь мой врач? — стараясь не раздувать из мухи слона, спросила устало.
— Широков Илья Валентинович.
Сейф
Гера
Подошёл к делу с энтузиазмом. Верил в свою неотразимость и в то, что Вика не сможет долго сопротивляться. Но чем дольше наблюдал за ней, тем больше начинал понимать, что дело уже не в обиде или ненависти. Она полностью разочарована и обособлена. У неё нет желания и сил, чтобы снова быть чьей-то женщиной, супругой, любимой. И главный виновник её "болезни" — я.