Тортоделка
Шрифт:
— Давно. Ты ж сама разрешила, когда вела тяжбу с Роспотребом.
Точно. Совсем всё из головы вылетело.
— Ладно, живи, — повернулась к вошедшим. — Одноразовые халаты будьте любезны надеть, — изрекла важнецким тоном.
Антон закатил глаза, а Миша вечный носитель подобных вещей даже ухом не повёл. Таня тут же прильнула к своему мужчине, и парочка "Твикс" заворковала.
— Привет, — улыбнулся Михаил.
— Привет. Увязался хвостом за Антоном?
— Да, встретил его по дороге. Честно, собирался войти, как положено.
— Ну, мы уже
— Я хотел тебя пригласить прогуляться, — нерешительно произнёс мужчина. — Погода прямо на удивление совсем весенняя.
Ком отказа застрял в горле. Мне не хотелось никаких роматических прогулок по городу, но и отказать ему в десятый раз было уже стыдно.
— Если обещаешь без романтики.
— Торжественно клянусь, — засмеялся врач.
— Тогда подожди меня. Закрою всё здесь и пойдём. Закажите себе с Антоном кофе.
— Я полностью "за", — тут же услышал Татьянин кавалер.
Мужчины ушли в зал. Обычно я рассиживалась до десятого часа, но теперь стоило поторопиться. До крафт пакета добралась в последнюю очередь, встав изо стола. Может лучше завтра? Выключила настольную лампу, собираясь уходить, но любопытство сгубило кошку. Распечатала.
Первый же документ перекрыл в груди доступ кислорода. Стало трудно дышать, темнота заволокла зрение, и я повалилась на пол, как старая трухля.
Разговор
ВИКА
Открыв глаза, не сразу сообразила, что произошло. Обеспокоенные лица мужчин и Тани. Поспешила встать, но Миша не позволил.
— Лежи, — преградил попытку мужчина. — Ты головой ударилась.
Только сейчас заметила на ветоши, что прикладывали к моему лбу кровь. Усиленно начала вспоминать, что меня свалило. Да, точно, документы, которые валяются рядом. Потянула к ним руки.
— Потом, милая, — Таня с грустью отодвинула от меня их подальше.
— Может её в больницу отвезти? — предложил, волнуясь, Антон. — Вдруг сотрясение?
— Да, — поддержала Таня.
— Не надо. Я в порядке, — отмахнулась. — Помогите встать лучше.
— Ладно, только осторожно, не торопись, — Миша помог аккуратно подняться на ноги и усадил на стул. — Не тошнит, голова не кружится?
— Просто место ушиба болит, — прислушавшись к себе, буркнула я. — Тань, дай документы.
— Может потом? — посмотрела с сочувствием.
— Что за документы? — сдвинул брови Миша.
— Гера подал на развод, — горько усмехнулась.
— Викуль, ну мы же ожидали подобное от него, — подруга приобняла меня. — Пожалуйста, не переживай так.
— Меня сейчас больше волнует судьба кондитерской. Дайте мне уже эти чёртовы документы.
— Он оставляет её тебе, — Антон слегка улыбнулся. — Но так как часть документов числится на нём, вам нужно переоформить их. Дом, увы, полностью принадлежит твоему мужу. Он купил его ещё до вашей свадьбы.
— Пусть берёт. Мне больше ничего от него не нужно, — бросила хмуро, в душе всё же благодарила супруга за то, что оставил
— Это не всё. Он выделил тебе определенную сумму в месяц на твоё содержание.
— А вот этого не нужно. Я и сама справлюсь. Ещё чего доброго предъявит потом. Нет.
— Вик, сбавь гордыню, — улыбнулась Таня. — Это нормальные условия при разводе. Я бы сказала довольно неплохие. Всё же мужик в нём где-то ещё есть.
— Эти условия он предлагает для мирного урегулирования бракоразводного процесса. Если ты не согласна, то должна подать исковое заявление в суд.
— А если согласна? — стало отчего-то горько и грустно.
— То подписываешь и возвращаешь всё супругу. Позже твой набор документов и свидетельство о разводе придёт так же с курьером.
— Как всё просто, — склонила удручённо голову. — Сплошная забота.
Теперь захотелось выгнать всех отсюда и отдаться дурным выводам. Гера прямо всё продумал, сделал так, чтобы я быстренько подписала документы. Как легко перечеркнуть прошлое парой подписей и печатью в паспорте!
— Миш, отвези меня домой, — устало попросила я.
— Ты подпишешь? — Антон в надежде смотрел на меня. Да, я понимаю, что все эти привилегии от мужа с подачи его друга и что адвокат очень хорошо потрудился, но взять и просто так поставить крест на своём браке тут прилюдно, так сразу не могла.
— Прости, Антон, но не сейчас. Я хочу домой, — прижала бумаги к груди.
— Кровь вроде больше не бежит, — констатировал Миша. — Пойдём по-тихоньку.
— Мы тут всё закроем, — Таня помогла Мише меня поднять. — Идите. Позвони мне потом.
— Хорошо, — кивнула.
Увидев с порога подбитую дочь, мама ахнула.
— Что случилось? — она сразу же приняла меня из рук Миши. Повела в комнату.
— Нервное истощение, — вяло улыбнулась. — Вот и шлёпнулась, правда неудачно.
— Антонина Григорьевна, пронаблюдайте за ней, — увещевал мой уже личный врач. — Если будет рвота или тошнота, сразу же в больницу. Дезориентация и провалы в памяти…
— Со мной всё в порядке. Не волнуйтесь вы так, — уже мечтала их выпроводить и упиться личными переживаниями.
— Ладно. Отдыхай. Завтра позвоню тебе, — Миша погладил по плечу и отступил к дверям.
— Спасибо вам, — мать благодарно смотрела на мужчину.
— Не за что. Пока, — махнул мне рукой, и они ушли из моей комнаты.
Кинула вновь взгляд на чёртов пакет с документами. В них словно моё сердце, на котором я обязана поставить жирный крест.
Как вообще это произошло? Неужели он так сильно винит меня в смерти своего отца? Да, виновата, но не со зла же. За что так со мной? Ему легче переносить утрату, если обвинит меня во всех смертных грехах? К счастью, весь его негатив проходит от меня окольно, спасибо друзьям, но я понимала, что они многое от меня скрывали и недоговаривали. И не возражала, так как почти полностью была уверена, что это связано с Ликой. Он мог назло сойтись с ней, но, неужели, желание досадить сильнее собственной неприязни к человеку?