Tomorrow
Шрифт:
Я закусила губу, размышляя чтобы еще взять на наш мини-пикничок, но лишь только открыла холодильник в поисках петрушки, для украшения салата, как голова неожиданно закружилась, в глазах замелькали огоньки, и я ясно увидела, как Ленка собирала ягоды. Вот она прошла в поисках малины еще несколько шагов, неосторожно наступила на выступ, нога заскользила по склону и подруга с криками рухнула в расщелину. Я пришла себя на полу. Бледный Кир бил меня по щекам, видимо приводя в чувство.
— Алис, что это было?
— Ничего?
— Пошла по ягоды. Здесь на склоне я видел малинник.
— Она в опасности.
— Алис, не мели чепухи, — передернул плечами Кир. — Я не уверен, водится ли в этих лесах что-то крупнее зайца, а из змей, поди, только одни ужи.
— Ленка поскользнулась и упала в расщелину. Ей надо помочь! — рявкнула я на опешившего друга.
— Кай! Ярик! — прокричал Кир, зовя моих братьев. Видимо то, что я была свято уверена в своей правоте, повергло друга в шок.
Братья появились через несколько минут, застыв в проходе настороженными статуями.
— Что случилось? — нахмурившись спросил Кай.
— Лена в беде.
* * *
Я смотрела на пролетающие за коном хлопья и размышляла о тех временах. В Алфеево мы еще долго искали Ленку и нашли её только к вечеру. Падая, она ударилась головой и отключилась на несколько часов. Лишь около восьми вечера придя в себя, Елень стала звать на помощь. Кай услышал слабые крики — так мы нашли пропажу. Слава Богу, что падая, подруга не получила никаких серьезных повреждений. Лишь расшибла до крови коленку да приобрела легкое сотрясение мозга.
— Наконец-то мозги у некоторых на место встанут, — ворчал Кай после того, как Ленке сделали томографию в одной из больниц Екатеринбурга, — и они не будут шляться, где попало одни и без взрослых.
Я вспомнила недовольную рожицу брата и улыбнулась. Когда-то давно он даже пытался ухаживать за Ленкой в Алфеево. Как же давно это было. Теперь уже Ленка выходит замуж, я уже как год с Лексом, Эрлен вон ребенка ждет. Все проходит, все меняется, только вот вопрос — а меняемся ли мы? Меняемся ли мы внутренне или остаемся такими же детьми, какими были?
Через три часа мы выходили из салона свежими. Особенно я. Во-первых, меня уговорили окраситься — теперь я блистала светло-русыми волосами пшеничного оттенка, макияжем, а-ля Аленушка из сказки, и до того здоровым цветом лица, что мне он казался неестественным.
— Так теперь шмотиться? — задорно улыбнулась Эрлен.
— А куда ж еще. А потом в кафешку завалимся. Или сначала? — Лена достала из кармана мобильник и взглянула на внешний экранчик. — Пол третьего. Так куда?
— За шмотками, — решила я. — Раз уж вы решили сделать из меня русскую красавицу, пошли
— А мы что, против? — и мы весело смеясь, потопали к машине.
Шоппинг всегда поднимал мне настроение, однако сегодня мне почему-то не было весело. Я слонялась между витринами, в поисках той самой вещи… Однако ничего неординарного на глаза не попадалось. Обычные чужие вещи. Никакой реакции. Я прошлась еще раз, посмотрела на манекены, поперебирала вешалки. Лишь в самом конце на глаза мне попалось оно. Красное платье с ветками сакуры в азиатском стиле. Меня даже не смутила явно завышенная цена. Я тут же взяла вешалку и полетела смотреть туфельки в тон. Продавщицы, хорошо знавшие меня, вздохнули с облегчением. Ночной леди что-то понравилось. Красные туфельки все не попадались, поэтому я, наказав продавщице подобрать их, упорхнула в примерочную, под одобрительные взгляды подруг. Платье было явно на меня. С короткими рукавами, не слишком длинное. Я повертелась на половичке, рассматривая себя с разных ракурсов. Идет оно мне. Нет, даже не так — КАТИТ! Построив рожицы своему отражению, я обернулась, чтобы пойти показаться девчонкам, однако едва отодвинула шторку, как подскользнулась и рухнуть бы мне на пол, если бы меня не подхватили.
— Вы в порядке? — спросил звонкий, почти мальчишеский голос.
— Да, аригато, — произнесла я на автомате, но, осмыслив, поправилась. — Спасибо, то есть.
Выровнявшись и ухватившись руками за стенку кабинки, дабы еще раз не рухнуть я рассмотрела поймавшего меня парня. Это был азиат. Темненький, но не черный, скорее с волосами цвета молочного шоколада с вкраплениями рыжеватых прядок. Кареглазый, высокий, но ниже Лекса. Ему я была всего лишь по плечо. Он был одет в молочного цвета свитер крупной вязки, синие джинсы и черные лакированные туфли. На запястье красовались явно дорогие часы. Собственно по моим оценкам ему было всего лет двадцать с хвостиком. И еще одно, что в нем мне не понравилось — было в этом парне что-то мистическое, что невольно меня заставляло взглянуть на него еще раз, хотя я старательно отводила взгляд.
— Осторожнее, — улыбнулся парень. — Полы могут быть скользкими.
— Еще раз спасибо.
— Алис, ты в порядке? Не ушиблась? С тобой точно все нормально? — ко мне подлетели подруги и озабоченно кудахча оттолкнули красавца из поля моего зрения.
— Да, я не ушиблась, и на мне нет колото-режущих ран. Можете успокоиться, — я поискала глазами парня и облегченно выдохнула. Где-то в глубине души у меня было стойкое ощущение, что этот человек принесет мне немало бед.
Мамору.
Мамору встал ближе к полудню. Сказывалась разница во времени плюс они провели в машине почти всю ночь, добираясь из Москвы до Нижнего. Несмотря на просьбы дяди остановился он в гостинице. Довольно богатой. Он просто сунул на ресепшене свою карточку и попросил одноместный номер на две недели. А потом сразу же завалился спать, кажется даже на раздеваясь, лишь скинув ботинки в прихожей.