Тейа

Елшин Олег Игоревич

– 56 -

Повторный запуск станции был назначен на утро. До “конца” оставались сутки с небольшим. Завтра поздней ночью Тейа войдет в атмосферу, и через несколько минут все будет кончено. Поэтому рисковать было нельзя, подпуская ее еще ближе - мало ли что? В 8.00 и ни минутой позже. Если все имело свой смысл, то тех трех дней вполне хватало, чтобы вывернуть жизни этих несчастных наизнанку.

Они стояли на корабле и вглядывались как когда-то, в небо, рассматривая Тейю, которая была теперь намного ближе и поражала своими размерами. Группа людей с острова с самого начала этого эксперимента (или неизвестно, как это можно было назвать) находилась на корабле, который по воронке времени перешел сюда - в жизнь настоящую. Здесь был Генри, был писатель,

еще несколько ученых, которые следили за Тейей, снова и снова проверяя свои расчеты. Теперь с ними не было Валери, и Леонид был вынужден оставаться там, на острове, следя за установкой. Как он не рвался сюда, в это время, которое забрало у него Валери, его оставили там. И сейчас они, как когда-то, стояли на палубе и смотрели в небо на Тейю. Смотрели и молчали. Все было сказано, обдумано, и теперь, когда повернуть назад было невозможно, они молчали, и каждый думал о своем. В конце концов, всегда кто-то должен брать на себя ответственность. И если ты вызвался и сказал свое слово - иди до конца. И неизвестно, что лучше - промолчать или сказать? Если скажешь - можешь навредить и ошибиться, но если ты мог сказать, но промолчал - ты ошибся вдвойне.

Все эти три дня локаторы на корабле ловили частоты со всего мира, из самых удаленных уголков планеты. Эти люди по телевизорам смотрели различные каналы, читали информацию в Интернете. Они видели, что творили, но теперь ждали завтрашнего утра. Ровно 8.00...

Днем на острове подул легкий бриз, и люди стали уходить с набережной и закрываться в домах и номерах. К вечеру море начало волноваться, и уже высокие волны несли свои 5 или 6 баллов. Огромные папоротники расправляли гигантские ветви-крылья, готовясь к непогоде. Они знали, что такое тропический ураган. Птицы летали низко над водой, и уже начали укрываться в камнях и скалах. Ричард Уилсон с беспокойством оглядывался по сторонам, он помнил, что такое тропический шторм не хуже этих деревьев и птиц, знал свой остров и океан. Такого здесь не было давно, и теперь он, волнуясь, смотрел на беспокойные волны.

К ночи ураганный ветер начал сносить зонтики на пляжах, переворачивать деревянные лежаки, крыши легких павильонов. Он свистел и рвал на части провода, унося в океан небольшие лодки. Рвал их швартовые канаты, бросал катера и небольшие яхты, разбивая их о камни и скалы. На берегу рядом с установкой собрались десятки людей. Они, невзирая на такую погоду, пытались заслонить собой, спасти оборудование, которое находилось здесь. И тут Ричард отдал приказ:

– Включить установку!

– Рано, Мистер Ричард!
– прокричал Вилли, - до восьми утра осталось еще много времени.

– Ты забыл, что такое тропический шторм, Вилли? Включай!

Он знал, что этот ветер только начало, и конец может не наступить долгие дни. Громов и Вилли быстро запустили станцию. Молнии, как маленькие огненные стрелы, начали летать между высокими мачтами и проводами. Леонид, управляя приборами, громко воскликнул, перекрикивая шум ветра и волн:

– Станция запущена!...

– Активизируем диск “кротовой норы”! – торопил его Вилли.

– Есть!... Осталось еще несколько минут!...

И вот уже гигантский огненный шар повис над волнами в вышине, и начал открываться канал. Тейа во всей своей дьявольской красе предстала перед ними.

– Кошмар!
– воскликнул Ричард.
– Что думают и переживают сейчас те люди на Земле! – ветер разъяренно свистел, и никто его не услышал. А он продолжал с ужасом смотреть на огненную планету, летящую на Землю.

– Что за дьявольский план, - бормотал он, - который заставляет повиснуть над тобой дамоклову мечу, и только тогда ты начинаешь думать и замечать в жизни что-то еще, кроме себя самого!

Только теперь он понимал, почему не была дописана та, последняя глава, и почему конца не было видно. И уже громко воскликнул:

– Последняя глава!… Надо бы дописать ее!... Дай Бог, чтобы успели!… Ну, давай же!
– кричали люди на берегу. Оставалось еще несколько минут, и серебряный диск спасительного “зеркала” появится в небе, над Землей, в той далекой жизни, и кошмар закончится. А “наверху" пока оставались Генри и Нестеров, ученые на корабле, где-то там была Валери, и пока не вернулся Вудли. Там оставались миллиарды людей, и поэтому сейчас не могло не повезти! Все должно было получиться.

Еще минута, еще какие-то мгновения…

И тут резкий шквалистый порыв ветра накренил огромную чашу, висящую в вышине. Штанги напряглись, наклонились под ее весом и люди в оцепенении замерли. Тяжелые металлические струны, натянулись, издавая вибрирующий стон, лопнули одна за другой, как гнилые нитки, и вся конструкция повалилась в океан. Высокие волны, обрадовавшись такой добыче, накинулись на свою жертву, накрыли ее, похоронив горы металла навсегда. Огненный шар, вырвавшись на свободу, быстро терял свою силу и мощь. Как воздушный шарик, который проткнули, он заметался над волнами, словно ища опоры, сдулся и маленькой яркой точкой упал в океан. Даже молнии не всесильны, если человек им не может помочь. “Кротовая нора” закрылась, а “зеркало”, так и не успев занять свое место перед Тейей, растворилось, растаяло в космических просторах. К 8.00 все было кончено. И там, “наверху”, на корабле, посмотрев на часы и на небо, тоже поняли - кончено все...

Океан забурлил, и открылась воронка, последняя до завтрашнего дня, а значит, последняя на этой планете. Корабль Генри стоял неподалеку. А Тейа уже закрывала собой большую половину неба.

– Через пятьдесят минут канал закроется…, это последняя воронка, - произнес Генри, - полный ход!

Внезапно из воронки появилась небольшая лодка. Она плыла навстречу, а на ней стоял Леонид и махал им рукой. Они остановились и ждали его.

– Шторм… все кончено, - крикнул он, подплывая вплотную, - установки больше нет, мы не смогли вернуть Тейю назад…

Люди в оцепенении стояли на корабле и смотрели на него, потом на Тейю… Долго так стояли и смотрели…

– Как ты попал сюда в шторм, как доплыл до воронки? – спросил его Юрий.

– Как только установка была разрушена, ураган сразу же закончился, - ответил Леонид.

– Дьявольская воля, - пробормотал писатель. Лодка Леонида пришвартовалась к кораблю Генри, и матросы перекинули на нее маленький трап. Физику оставалось только переступить на палубу, и остаться здесь.

Вдруг недалеко в открытом океане возникло какое-то движение. Все напоминало большой караван, который неповоротливо двигался по этой бесконечной синей пустыне. Несколько десятков огромных океанических лайнеров, кораблей-дворцов, кораблей-гигантов шли навстречу им. Уже поравнялись, и теперь можно было рассмотреть редких людей на этих палубах. Люди были знакомыми, люди были известными и на острове и во всем мире. Что удивляло – на этих гигантских палубах и в трюмах могли поместиться тысячи, десятки тысяч, но видны были лишь по несколько человек на каждой - членов тех самых избранных семей и их команды. А за этими кораблями вереницей шли тяжелые баржи и танкеры. Они везли свой ценный груз, эти люди забирали все самое дорогое: нефть и золото, алмазы и драгоценности, произведения искусства, деньги. Да, деньги – одна баржа была до краев заполнена контейнерами с этим тяжелым, ценным грузом, который хозяин увозил в далекое прошлое. В прошлое, где с их помощью снова надеялся построить будущее. Генри все смотрел, узнавая каждого из этих людей. А корабли тем временем начали проваливаться в спасительную воронку – у каждого из них был законный пропуск. Последний корабль поравнялся с судном Генри. Человек с большого корабля помахал ему рукой, потом достал фотоаппарат и начал фотографировать, он делал эти снимки напоследок, прощаясь с дорогой ему планетой. Он снимал океан, снимал корабль Генри, потом, выстроив своих детей и внуков у бортика на фоне красавицы Тейи, продолжал делать снимки. Наверное, должны были получиться замечательные фотографии - дети и красавица Тейа с удовольствием позировали ему.

– Крысы бегут на кораблях, - воскликнул Нестеров.

– Они имеют на это право, - жестко ответил Генри, - они заслужили это.

– Заслужили, - повторил Юрий, - да, заслужили.

А корабль-гигант, наконец, подошел к воронке и через мгновение растаял в океане времени. Теперь наступил и их черед. Генри и все, кто оставались на корабле, уже знали, что произошло, оставалось только спуститься в далекое прошлое и остаться там навсегда.

– Я остаюсь здесь, - внезапно крикнул со своей лодки Леонид. А Юрий, глядя на ушедший лайнер, тоже перелез через борт корабля и уже находился рядом с ним. Генри, посмотрев на этих двоих, задал вопрос: - Вы уверены?