Тейа
Шрифт:
– Идеальная, – вспомнил он. – Идеальная незнакомая планета из другой галактики.
– Вы были великолепны, господин Громов, - нарушила молчание Глорис.
– Вы часто бываете на подобных раутах?
– Нет, это было впервые… Зовите меня просто Леонид, - неожиданно сказал он.
– Хорошо, Леонид, - с каким-то значением произнесла она его имя. Сделала это впервые. У нее были красивые глаза, длинные волосы были стянуты в фантастический пучок, тонкие нежные руки изящно изгибались в локтях, она держала бокал, не улыбалась, а как-то спокойно смотрела на него, и это невероятное спокойствие передалось ему…
Остановка… Планета…
– Скажите Глорис, долго мне еще нужно подписывать все эти бумаги в вашем штабе? Прошло уже несколько месяцев, - очнулся он.
– Это ваш штаб, - невозмутимо возразила она.
– И все же?
– Я думаю, не очень – месяц, может быть, два... Впереди много проблем, а наша корпорация только начинает сталкивать лодку на воду. Вы новый бренд, Леонид, под названием – Громов. Терпите…
– Да, конечно…
– Вы устали? – спросила она и улыбнулась.
– Нет, наоборот, хочу работать, - и вдруг поймал себя на мысли, что ему нравится эта улыбка… и эта женщина тоже.
– Но вы работаете! – возразила она.
– Хочу заняться своим делом! Иногда кажется, что проще сделать какое-то изобретение, чем его протолкнуть, - сказал и попытался отвести взгляд от ее улыбки, потом понял, что не может этого сделать или скорее не хочет. Да, не хочет! А она видимо, почувствовав это, спокойно продолжила говорить, и слова эти маленьким нежным ручейком струились, срываясь с ее губ. И он уже с радостью пил из этого ручья незнакомый напиток, терпкий и приятный на вкус. Сейчас хотелось только одного - долго сидеть и просто смотреть на эту женщину… Все напоминало гипноз. От нее исходила необыкновенная энергия, ее слова обволакивали, и уже было все равно, что она говорит, просто захотелось утолить эту жажду. Он сидел, молчал и слушал.
– И правильно кажется, - продолжила она.
– А сколько гениальных открытий ложатся в корзину… Зато теперь вы не только великий изобретатель, а самый известный человек на планете. Ваш рейтинг выше любого президента. Я каждый день пачками отписываюсь от просьб встретиться с вами на разных уровнях. Но, иногда, приходится выходить в свет… Как сегодня…
– Но, когда все закончится, вы меня, наконец, отпустите? – улыбнулся он. В этот момент он не понимал, что с ним происходит. Он говорил слова, но делал все наоборот, он просился в отставку из этого недоевшего офиса, но всем сердцем хотел быть с ней. Как быть? Зачем?... А она чувствовала это, она понимала все…
– Да, но может быть,… пока я могу скрасить вашу ужасную командировку?...
Потом замолчала и долго смотрела на него. Смотрела спокойно, не отрываясь, и он уже начинал тонуть в этом взгляде. В этой спокойной реке, где вода была прозрачной и чистой. А он, испытывая невероятную жажду, почему-то пока не решался из нее напиться.
– Хотите на несколько дней в отпуск, хотите на какой-нибудь завод или новый объект?
Снова помолчала, глядя на него своими красивыми глазами, потом добавила:
– А хотите, вас отвезут на какой-нибудь курорт в любое место на планете!... Прямо завтра!… Прямо сейчас!... Я с удовольствием буду вас сопровождать... Леонид, а давайте устроим маленькие выходные. В конце концов, вы должны отдыхать,… хотя бы иногда…
Сказала это просто и естественно, как само собой разумеющееся. Бывают вещи, о которых и нужно говорить просто, без задней мысли. Не всем это дано, но она сделала
– Я не могу, - произнес он, а про себя подумал: - Идиот!
– Почему? – просто спросила она, словно и разговаривала с идиотом. Но он уже принял решение, и она почувствовала это.
– Кстати, кто эта красивая девушка, которую зовут Валери? Она существует? – спросила и снова улыбнулась.
– Ну, вы же сами мне сказали, что это моя жена… Значит, так и есть, - ответил он.
– А еще у меня есть трое детей… и собака… Спасибо за предложение, Глорис...
– Вы хотите на остров? – снова спросила она.
– Да! Но еще я хочу, если это конечно возможно, увидеть свою страну.
Ему не хотелось обижать ее, ему неудобно было перед этой удивительной женщиной, которой он и не стоил со своим дурацким характером, привычками, манерами. Неидеальным характером. И он благодарен был ей за этот спокойный ответ без тени смущения на ее смуглом лице. Женщины обычно не прощают отказ, а эта…
– Это возможно. Я с удовольствием сделаю для вас все, что захотите. И еще…
Она снова посмотрела в его глаза и как-то просто добавила. Снова просто и снова легко, как люди и должны говорить об этом. И ничего естественнее этих слов он никогда не слышал:
– Если вы все-таки передумаете насчет коротких… или длинных выходных… где-нибудь в маленьком уютном отеле на берегу океана… просто, скажите мне…
А поздним вечером он снова присел у столика в своем номере и посмотрел на фотографию Валери. Долго так сидел и смотрел, потом произнес:
– Мы продали двести миллионов двигателей... Мы не виделись с тобой шестьдесят пять миллионов лет,… но за все это время я ни разу тебе не изменил… Идиот!?
– 33 –
– Остановки продаж! Голубые фишки взлетают в цене! Акции “Громова” падают на двадцать пунктов…, пятьдесят пунктов…, сто двадцать…
Новости с большого экрана срывались истерическими воплями. Репортеры, подконтрольные противникам, смаковали подробности и “опускали” рынок фотонной энергетики до самого дна:
– Несколько автомобилей, оснащенных фотонным двигателем “Громов”, взорвались прямо на ходу! – вещали телеканалы.
– Погибли восемь человек!
– Все произошло одновременно в двух странах на разных континентах. Эти случаи не связаны друг с другом, но на них стояли двигатели корпорации “Громов”!