Тейа

Елшин Олег Игоревич

– Когда можно лететь? – коротко спросил он.

– Прямо сейчас… И еще… Я с вами прощаюсь.

Она замолчала на мгновение и посмотрела на него, потом продолжила:

– Оттуда вас заберут наши люди, и вы вернетесь на остров… Рада была с вами работать, Леонид… Мистер Громов… Привет Валери, так кажется зовут вашу девушку… Передайте, что ей очень повезло…

И она на прощанье протянула ему свою руку.

– 35 -

Прошел год с момента, как он покинул свою страну таким невероятным образом, двенадцать месяцев тому назад он спасся от неминуемой смерти, но все это было где-то далеко позади, и сейчас он снова летел над ней и смотрел

в окно иллюминатора. А бесконечные равнины и холмы тянулись на протяжении тысяч миль там, внизу, и конца им не было и края. И только снега толстым покрывалом согревали землю. Горы Урала щетинились зелеными соснами и елями, указывая им путь из Европы в Азию. Уже никаких огней, только бесконечная тайга повсюду и сопки, укрытые снегом. Потом самолет покачал крыльями и приземлился в небольшом аэропорту. Они пересели на вертолет, который взял курс на север, где густые леса начали сменяться большими пустынными участками с редкими карликовыми деревьями, вечной мерзлотой и бесконечным ослепительно-белым снегом. Сюда и держал путь их вертолет, в эту страну, в область за полярным кругом, где медведей и лосей встретишь чаще, чем человека. Но так было до недавнего времени.

Они вышли из вертолета, и пронзительный морозный ветер ударил в лицо. Он был счастлив! Как он скучал по снегу и зиме, по холоду и морозу, сугробам, о которых можно было только мечтать на тропическом острове! И вот они, едва передвигая ноги по зимней пурге, уже шли в занесенную снегом деревню. Их привели в небольшой дом на самом краю этого поселения, и они начали располагаться в таежной, заполярной гостинице на ночлег. Был поздний вечер, но Леониду не терпелось прямо сейчас все осмотреть. Его сопровождали четверо мужчин высокого роста и крепкого телосложения. Все они были военными людьми, имели хорошую школу спецназа и опыт работы в разных горячих точках планеты. Но в этих холодных местах на них было жалко смотреть. Их атлетические тела съеживались от холода: на фоне белого снега они не могли скрыть своего южного происхождения и особенного шоколадного цвета кожи и казались инопланетянами в этой зимней стране.

– Потом распакуемся, пойдем, посмотрим, что здесь и как!
– нетерпеливо воскликнул Леонид. Те посмотрели на него, как на ненормального, как на садиста и нерешительно переглянулись. Вошел какой-то человек.

– Здравствуйте, меня зовут Виктор, - представился он, потом оглядел замерзших людей и спросил: - Далеко собрались?

– На прогулку, - весело ответил Леонид.

– Сначала согреться!
– воскликнул тоном, не терпящим возражений. Он поставил на стол бутылку с прозрачной жидкостью, разложил нехитрую закуску и достал с полки стаканы. Военные подтянулись, и хотели было отказаться, но Леонид с улыбкой позвал их к столу:

– Расслабьтесь ребята – мы дома!

А человек, которого звали Виктор, уже наливал.

– Со знакомством! – коротко произнес он. Они выпили, и глаза у всех полезли на лоб. Виктор замер на мгновение, нюхая кусочек сала. Леонид хотел было встать и направиться к двери, но Виктор замахал руками. (Говорить они пока не могли, их связки свело от крепкого спирта). Наконец, Виктор прошептал, наливая:

– Еще по маленькой!…

Все выпили, потом еще и еще.

Потом было:

– А по последней!…

Потом:

– А на посошок?…

– Харощий виски! – произнес один парень, откусывая огурец и входя во вкус.

– Это спирт, - засмеялся Леонид.

– Харощий виски-спирт! – засмеялся парень.

Их черные щеки, казалось, покраснели, и теперь вся компания с удовольствием готова была пойти на улицу, туда, где пурга теперь не была помехой.

Поселок представлял собой сотни небольших новеньких домов, которые были размещены в строгом порядке, и каждый излучал яркий свет, заливавший все

вокруг. Это был классический городок нового поколения. Его построили всего за один месяц, и жители явно не экономили на электричестве. Никаких проводов и столбов, только вышка для радиосвязи. Леонид с радостью оглядывался по сторонам и думал:

– Что там столицы, мегаполисы и миллионы людей, словно приросших к ним, которых кормили эти города, давали работу, тепло и кров. Зачем делить каждый квадратный метр, когда жизнь теперь будет здесь, в этих местах, где необъятные просторы, чистый воздух, снежные равнины и настоящие люди, оставившие все дурное и тоскливое в своей прошлой жизни, в тех городах. И даже их глаза светились каким-то новым огнем и желаниями.

Они заходили в дома, знакомились с людьми, разговаривали. Везде были рады такому гостю. Громова здесь знали все! Каждый показывал ему свое хозяйство: маленькое производство или мастерскую, огороды в подвалах домов, уже покрытые низкой порослью овощей и фруктов, небольшие загоны для скота, где стояли олени, а рядом спокойно выхаживали куры, которые здесь же несли яйца. Дальше хлебопекарня, парикмахерская, ресторан, кинотеатр. На одном из домов была надпись – “Филармония”. И все это было здесь, в этой зиме, в непроглядной лесотундре, далеко за полярным кругом.

– А как же старики и дети?
– спросил Леонид.

– Пойдем, покажу, – ответил Виктор.

Они зашли в просторное здание, в котором уже почти закончили строительство. Вокруг только стекло и пластик, тепло и много света, много комнат – будущие классы, большой бассейн и спортивный зал. А в другом помещении уже стояли музыкальные инструменты, мольберты, компьютеры, кинотеатр, и дальше еще много длинных коридоров, уводивших северных детей в их заполярное детство.

Они прошли дальше по поселку. Город не спал, все дома переливались ярким светом, чувствовалось тепло, которое эти люди с собой сюда захватили, и Леониду было приятно, что его изобретение так пригодилось здесь.

– А тут наши пожилые граждане будут по вечерам собираться, – сказал Виктор и показал на красивое здание. Что было примечательно! Клуб с просторными залами для чтения, биллиардными, кинозалами, столами для покера и шахмат, находился не на задворках городка, а в самом его центре, где не было никаких мэрий, аппаратов и служб, канцелярий и учреждений, приемных и “спецприемных”. А вот такой клуб для престарелых граждан здесь был.

– И все это всего за месяц? – спросил Леонид.

– За два, - ответил Виктор, – Сибирь, тундра! А до Большой Земли две тысячи километров!

– До Большой Земли…, - усмехнулся Леонид, - прямо, как на острове.

– Что?

– Ничего… это я так… почти как на острове, только за полярным кругом…

– Утром покажем завод, - сказал Виктор, - отдыхайте...

Вот когда он готов был гордиться своей страной, теперь она напоминала ему тот тропический остров, где был “чертов коммунизм”, только не там, в теплом океане, невесть в каком времени и месте, а сегодня, сейчас, здесь, в его стране... Только за полярным кругом…

– Жалко, что Валери нет рядом. Ей бы понравилось, - подумал он…

На следующее утро Виктор повел их смотреть новый завод, на который Леонида и пригласили. И теперь тот шел по территории, хмуро осматриваясь по сторонам.

– Мне сказали, что вы изменили конструкцию, - строго говорил Леонид на ходу. В делах профессии он был неумолим и не прощал самодеятельности, а тем более, невежества.

– Фотонный двигатель – это установка, создающая энергию любой мощности. Как бы это сказать? Это гигант, и стоит отпустить ее в свободное плавание, можно получить опасные результаты. У меня был когда-то пробный запуск первого двигателя на лодке, мы чуть в космос не улетели. А теперь покажи, что вы тут наваяли, “мастера”!