Тень Галилеянина
Шрифт:
Андрей! Говорящий такие вещи – безумец. Вот мы говорим: если кто-то ударит тебя, бей в ответ! Если кто-то отбирает у тебя рубашку, подожги его дом! Если кто-то шантажирует тебя, уведи его детей и сам шантажируй его! Только так и можно остановить несправедливость.
– Но твоему Симону Зелоту – ему эти странные идеи, которые распространяет Иисус, нравятся?
– «Странные» еще слабо сказано! Ладно, можно как-то представить себе, что от друга лучше самому стерпеть несправедливость, чем поступить так с ним, но по отношению к врагу? Разве наш долг не в том, чтобы помочь друзьям и навредить врагам? Когда Симон его об этом спросил, Иисус ответил:
Вы слышали, что сказано: «люби119
Мф 5:43-45
Кто может себе позволить такое великодушие к врагам? Это может лишь тот, кто достаточно силен и независим, чтобы его враги бессильны были ему повредить. Другими словами, лишь великие полководцы, цари и император. Но этот Иисус ходит по нашей порабощенной стране. Он простых людей хочет научить вести себя так, как только изредка, словно большую роскошь, могут позволить себе поступать сильные мира сего. А подобное поведение еще и ослабляет то, что одно способно принести с собой перемены: сплоченность угнетенных против их мучителей и их ненависть к власть имущим!
– Значит, он учит, что нужно покоряться сильным, и все? В народе под его именем ходят резкие слова против богатых.
– Совершенно верно: он выражает недовольство людей власть имущими. К примеру, он говорит:
Вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; а кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом. [120]120
Мк 10:42–43.
Людям нравится слушать такие речи. Они начинают думать что можно и без насилия избавиться от гнета и эксплуатации. Но ведь в чем конкретно заключается этот гнет? В том, что люди должны платить налоги и не знают, где взять деньги, в том, что они влезают в долги и теряют свое имущество. [121]
Гнет – это значит: правящие присваивают себе настолько большую часть собираемого с земли, что народу приходится жить в постоянном страхе погибнуть от голода. Такой гнет неизбежно должен все время возобновляться ради него самого. Груз налогов и поборов должен быть достаточно высок, чтобы население распалось на две группы:
121
Взаимосвязь между задолженностями при уплате налогов, обнищания и ухода в «разбойники» (т. е. в повстанцы) можно со всей определенностью вывести из сообщения Иосифа Флавия (Древности XVIII,8,4 = 18.274): поскольку продолжительные демонстрации протеста ведут к тому, что не обрабатываются поля, возникают опасения, «что пренебрежение земледелием будет иметь необходимым следствием разбой, ибо они (т. е. земледельцы, принимающие участия в акциях протеста) не смогут платить налоги».
Так вот, мы спросили Иисуса, что думает он предпринять против этого гнета? Мы спросили: дозволено платить императору налоги или нет? Тогда он попросил принести ему денарий и в свою очередь спросил нас: «Кого изображает рисунок на монете? И чье имя названо в надписи?». И когда мы ответили: «Императора!», – он сказал:
Отдавайте кесарево кесарю, А Божие Богу. [122]122
Мк 12:13–17. В дошедшей до нас в Евангелии от Марка версии этого рассказа вопрос задают фарисеи и иродиане, но, возможно, что на самом деле с Иисусом говорили на эту тему люди, симпатизировавшие повстанцам.
Он всегда уходит от ответа, когда речь заходит о конкретных вещах! Ему нравится обходить острые углы!
– Не знаю, так ли он безобиден на самом деле, когда говорит: правители повсеместно угнетают свои народы! У вас же это должно быть по-другому! Многие думают, что политики без принуждения не бывает. А Иисус говорит: даже если прочие народы и общества не обходятся без угнетения, у вас должно быть по-другому. Ваша задача в том, чтобы преодолеть пропасть, разделяющую народ на угнетенных и угнетателей.
– Иисус выразил в словах то, что испокон века отличает нас, евреев, от остальных. Все соседние с нами народы образовали государства, в которых земля принадлежит царям и их приближенным, а положение крестьян, работающих на ней, немногим лучше, чем у выставляемых на продажу рабов. Мы же с самого начала сопротивлялись тому, чтобы жить так. Мы готовы и дальше бороться за это!
– Но разве не Бог допустил, чтобы мы оказались под властью других народов? Как же мы можем Ему противиться?
– Бог допустил, что мы попали в рабство к египтянам.
Но свою подлинную волю обнаружил Он, когда освободил нас из этого рабства. Когда мы вслед за тем пришли на свою землю, мы почти двести лет прожили без центральной власти, свободными земледельцами, которые поддерживали друг друга в борьбе с врагами. Мы показали: народ может жить, имея над собой минимум власти.
– Но потом и нам пришлось признать над собой царей! И мы узнали, как с царями выросло правящее сословие.
– Без них мы попали бы в зависимость от других народов. Но мы с самого начала позаботились о том, чтобы наши дари не правили, как фараоны! Вместе с царями явились пророки. От имени Бога они критиковали наших правителей, когда их власть становилась слишком велика. И когда цари лишились власти, наши пророки увидели в этом наказание за их злоупотребления по отношению к своему и соседним народам. Снова Бог явил нам, что Он не на стороне правителей.
– Но потом мы попали под власть вавилонян, персов и греков!