Тень Галилеянина
Шрифт:
Я перебил его:
– Но и я смогу ощутить эту радость, если ты поешь с нами.
Варух удивленно посмотрел на меня. Я медленно достал из нашего багажа несколько фиников и протянул ему. Мы все, Тимон, Малх и я, напряженно смотрели на Варуха. Возьмет или нет? Он колебался. Никто не проронил ни звука. Кругом было тихо. Воздух между нами вибрировал от напряжения. Я не опускал руки с финиками. Наконец, Варух протянул руку.
– Спасибо! – сказал он, взял финики и разделил между всеми. Мы засмеялись. Отныне Варух был одним из нас.
Солнце еще не село, а мы уже повернули из пустыни обратно, к населенным местам. Наш путь лежал в Иерихон. Варух ехал с нами. Из продолжительных бесед с ним я узнал о ессеях многое – гораздо больше, чем рассчитывал. Они произвели на меня сильное впечатление, хотя кое от чего мне, как и раньше, делалось не по себе. На постоялом дворе в Иерихоне я набросал на листе папируса свой первый отчет о ессеях. Для этого мне пришлось ненадолго уединиться. Приезжие – в основном, купцы во главе небольших караванов – устроились в тени под деревьями. Я же сел один в маленькой комнате
Ессеи представляют собой общину с очень строгими порядками, для которой главное – религия. Эти люди ушли в пустыню, потому что полагают, что в условиях обычной жизни не смогут выполнять Божьи заповеди. Они отличаются от прочих евреев в первую очередь тем, что и них свой собственный календарь: они празднуют свои праздники по солнечному календарю, тогда как все другие пользуются лунным. Поэтому они не могут принимать участие в храмовом служении. Те дни, которые считаются там праздничными, для них ~ будни. Напротив, когда они отмечают праздники, у всех остальных евреев обычные дни. [61]
Их отношения с жреческой аристократией в Иерусалиме уже не такие напряженные, как раньше. Хотя они и не участвуют в храмовых жертвоприношениях, но тем не менее посылают дары в Храм.
Для государства в них нет никакой опасности. Все ессеи при вступлении в общину в обязательном порядке клянутся, что никогда не станут участвовать в разбое (к разбою у них относятся также и выступления против римлян). Никаких секретных складов оружия у них нет. Самое большее, что им позволяется, – это иметь меч, чтобы было чем защитить себя в случае нападения. [62]
Ессеи очень строги в истолковании наших законов о браке. Они отвергают всякую полигамию и говорят: «Бог создал людей – мужчину и женщину, а не мужчину и двух женщин». И приводят свои доводы: закон о браке имеет силу как для мужа, так и для жены. Как женщина не должна иметь больше одного мужа, так и мужчине полагается иметь только одну жену. Точно так же говорят они: если мужчине не позволяется брать в жены свою тетку, то и женщина не должна выходить замуж за своего дядю. Так же не принимают они и развод. [63] При таком понимании брачных законов они не могут относиться к семейной жизни наших царей из династии Иродов иначе как неодобрительно: Ирод Великий жил сразу со многими женщинами. Его сыновья часто брали в жены своих племянниц. Ясно, что и брак Ирода Антипы с его золовкой они тоже не признают.
61
Обоснование солнечного календаря дается в «Астрономической книге», представляющей собой часть Первой Книги Еноха (1 Ен 72–82), которая найдена в том числе и в Кумране. Но эта книга (а также и другие писания, предполагающие использование солнечного календаря) была распространена и вне Кумрана.
62
Согласно Иосифу Флавию (Война 11,8,7 = 2.142), ессеи должны были поклясться «не совершать грабежа». Они не брали с собой в странствия ничего, «кроме оружия для защиты от разбойников», поскольку могли рассчитывать на то, что будут в любом месте приняты другими ессеями (Война 11,8,5 = 2.125).
63
Эти законы о браке записаны в так называемом «Дамасском документе» (CD IV.20 – V,2;V,7 – 11).
Итак, я не стал писать, что ессеи ненавидят римлян. Они и вправду отвергали идею вооруженного сопротивления. Зато они мечтали о великой войне, которая ждет мир в конце времен. Войне, когда они, объединившись с другими детьми света, победят и уничтожат детей тьмы. Вопрос состоял лишь в том, когда они решат, что наступили эти последние дни. После того они могли стать опасными. [64]
Точно так же не сообщил я и о категорическом неприятии власти и богатства, которое сложилось в их общине. Тот, кто своей жизнью доказывает, что можно обойтись без личного имущества, должен вызывать неприятие у всех власть имущих и представлять для них опасность.
64
Описание битвы, которая должна состояться в конце времен, находится в одном из текстов, найденных в кумранских пещерах, – так называемом «Свитке войны (сынов света против сынов тьмы)» (сокр. 1 QM).
Еще я умолчал о том, как страстно ждут они близких перемен в мире, о приходе нового мессианского царя и нового мессианского первосвященника. Пророчества о перемене всех вещей у политиков всегда считались опасными. Случалось, что императоры налагали запрет на любые предсказания.
Мысли мои были заняты ессеями, когда во дворе перед домом вдруг громко закричали. Там что-то происходило. Я прислушался, но до меня долетали лишь отдельные слова. Кого-то только что убили. Послышались возмущенные голоса, потом плач, потом неясный гул. Я поспешил вон из комнаты. Навстречу мне уже шел Варух.
– Знаешь новость? Они убили его!
– Кого?
– Пророка Иоанна!
Уважаемый господин Кратцингер!
Ессеи
Сначала одно замечание общего характера. Если бы мы всегда находили в прошлом только то, что совпадает с нашим опытом, мы бы утратили к нему всякий интерес. С другой стороны, если бы мы находили в нем лишь то, что этому опыту противоречит, оно осталось бы для нас непонятным. Интересно чужое. Но понятным оно становится через связь с хорошо знакомым.
А теперь вернемся к последней главе: ессеи, конечно же, никакие не сектанты в современном смысле. Они не предлагают какой-то авторитарной опоры в условиях «либерального» кризиса ценностей. Несмотря на всю свою обособленность от общества, они не выходят за рамки широкого консенсуса, состоящего в том, что в Пятикнижии Бог дал людям руководство к правильной жизни. В толковании Пятикнижия могут быть разногласия, ценность же его не подлежит сомнению. Однако его нужно защищать от экспансии эллинистической, языческой культуры.
В те времена вопрос был лишь в том, насколько человек удовлетворяет установленным требованиям! Лишь немногие тогда всерьез думали о возможности слиться с греко-эллинистическим миром. Сегодня же молодежь, напротив, задается вопросом: а на какие ценности нам вообще ориентироваться? Хотя ессеи и напоминают нам сегодняшнюю молодежную секту, они все же представляли собой нечто иное.
Если что и делает исторические исследования в глазах людей действительно интересными, так это именно тот свет, который прошлое и настоящее бросают друг на друга. То, что мы узнаем о жизни в прошлом, каждый раз помогает нам чуть лучше понять самих себя.
Позвольте в конце письма еще раз сказать Вам о том, насколько важны для меня Ваши критические замечания. Надеюсь, у Вас найдется время поделиться со мной Вашим мнением и о следующей главе.
С пожеланиями всего наилучшего,
Глава VI
Убийство и его анализ
Варух был вне себя:
– Ирод Антипа казнил Иоанна Крестителя! Город полон слухами!
Я не знал, что и думать. Опять произошло что-то ужасное! Я должен был узнать подробности. Вот это новость для Пилата! Теперь Антипа у него в кармане. Пойти на такое – отважиться казнить святого!
На улице перед постоялым двором собралась большая толпа. Посреди стоял юноша, принесший ужасную весть. Он, как мог, отвечал на сыпавшиеся со всех сторон вопросы. Я протиснулся вперед, пока мне не стало хорошо видно. Юноша говорил, размахивая сразу обеими руками:
– Тут замешана Иродиада, его новая жена! Она любой ценой хотела за него замуж, пусть и вопреки нашим законам. Сначала для этого ей пришлось развестись с единокровным братом Антипы. [65] Эта женщина не останавливается ни перед чем: это она виновата в смерти пророка! Ей нужно было заткнуть рот тем, кто выступал против ее нового замужества!
Из толпы послышались одобрительные возгласы. Раздался другой голос:
– Иродиада взяла хитростью. Антипа слишком великодушен. Он, говорят, ничего не имел против Крестителя. Он, верно, сам не рад, что отдал такой приказ. Как-то он был в веселом расположении духа и пообещал жене исполнить любое ее желание, а она возьми да и попроси у него голову Иоанна Крестителя!
65
В Лев 18:16 сказано: «Не вступай в брачную связь с женой брата своего, этим ты позоришь брата своего». Иродиада была замужем первым браком за одним из сыновей Ирода (Великого), которого также звали Иродом (Геродом)
– Ну, одной женщине это не по силам, – крикнул кто-то третий, – здесь замешаны две: Иродиада и ее дочь Саломея. Лучшие люди Галилеи и Переи собрались у него на пиру. Стало весело. Антипа уже прилично выпил. Тут Саломея стала танцевать. Общий восторг! Антипа тут и пообещал ей исполнить любое желание, даже если она попросит половину царства. Он, наверное, ждал какой-нибудь невинной просьбы: какие могут быть желания у девушки ее лет? Но Саломея посоветовалась с матерью и попросила: хочет она голову пророка, и все.
Так, все ясно: придворные сплетни. [66] Если так и дальше пойдет, в конце станут рассказывать, что Саломея соблазнила своего дядю Антипу. Такие истории всегда строятся по одним незамысловатым канонам: чтобы получилась придворная интрига, нужны две-три изысканные женщины, великодушный правитель, жертва, неосторожно данное обещание и так далее. Это не могла быть вся правда. Я обратился к тому, который говорил первым:
– От кого ты узнал об этом?
– В Иерихон приехали чиновники Антипы!
66
Что получилось из этих «придворных сплетен» в результате, когда они стали пересказываться и переиначиваться в среде простого народа, можно прочесть в Мк 6:17–29: примерно так представляли себе причины, приведшие к гибели Крестителя, простые люди в Палестине. Иосиф Флавий, очевидно, ближе к истине в своем мнении, что настоящей причиной были страхи Ирода Антипы перед возможным восстанием (И.Ф. Древности XVIII,5,2 = 18.118).