Темное сияние
Шрифт:
— Вы уже здесь! А чего стоите, не заходите? — поинтересовался он.
Дар молча ткнул пальцем во внешнюю сторону двери.
— Ох, — улыбка сбежала с лица Олафа. — Ну, этого стоило ожидать. Люди после событий в «Олимпе» словно взбесились; вчера я заступился за одного мальца-демона, которого обижали здешние мальчишки, и вот нате, пожалуйста…
— Переехал бы ты отсюда, пока и тебе не досталось, — хмуро посоветовал ему Дар.
— Опять? — грустно усмехнулся Целитель. — Да и куда бежать? Всюду одно и то же. Здесь хотя бы до работы недалеко…
Он пропустил гостей в дом и, сердечно поблагодарив Кассандру, взял у нее коробку с пирогом.
— Присаживайтесь,
Мужчина скрылся в кухне, и Кассандра с Даром, ставшись одни, с интересом огляделись. Жилище Целителя оказалось маленьким, но светлым и очень уютным: слева от входа располагалась ярко освещенная гостиная, часть которой занимал овальный обеденный стол со стульями, справа — кухня, а разделял их небольшой узкий коридор, упирающийся в дверь ванной комнаты. Весь интерьер был выдержан в теплых бежево-кофейных тонах, разбавленных яркими пятнами — цветными узорами на шторах, пестрыми диванными подушками, картинами и фотографиями на стенах — и вполне соответствовал характеру хозяина дома, приветливому и доброму.
Хорошенько вымыв руки в крошечной ванной, Дар с Кассандрой заняли свои места за столом, где над исходящей ароматным паром курицей уже хлопотал Олаф. К курице прилагался запеченный с грибами картофель, какой-то соус, пара аппетитно выглядящих салатов, овощная нарезка, ломтики свежего хлеба, фрукты и бутылка красного вина.
— В холодильнике, если что, есть пиво, — сказал Олаф, занимая стул во главе стола. — Надеюсь, вы не вегетарианцы? Я что-то не догадался уточнить заранее…
— Я — точно не вегетарианец, — поспешил успокоить его Дар, уже взявшийся за вилку. — И вообще, незачем было устраивать такой пир — мы вполне могли бы обойтись пиццей.
— Ну, вот еще! Я ведь обещал вам домашний ужин. К тому же, мне это совсем не сложно — я люблю готовить.
— Сокровище, а не мужчина, — мечтательно вздохнула Кассандра. — Серьезно, Олаф, я удивлена, что ты все еще не женат.
Целитель замер над своей тарелкой, и в комнате на пару секунд повисло напряженное молчание.
— Я что-то не то сказала, да?
— Все в порядке, — покачал головой мужчина, после чего поднялся, взял с полки большую фотографию в изящной стеклянной рамке и протянул ее Кассандре. С фотографии широко и солнечно улыбалась красивая молодая женщина с короткими волосами пшеничного цвета, за спиной которой простерлась глубокая морская синь.
— Это Айрис, моя невеста, — в голосе Олафа зазвучала теплая грусть. — Ее уже много лет нет со мной. Ее дар сводил ее с ума, лишал сна и покоя. Айрис часто говорила мне, что слышит шепот Темного сияния, зовущий ее к себе… И однажды она ушла. Оставила мне записку, что больше не может противиться его зову, и ушла. — Он помолчал, устремив затуманившийся взгляд куда-то вдаль, в самую глубину прошлого, оживающего сейчас в его памяти. — Айрис была не единственной — все мы слышали о демонах, ушедших в Темное сияние. И никто не знает, что с ними там стало, погибли они или попали на ту сторону…. Надеюсь, Айрис жива и, наконец, обрела покой. Где бы она сейчас ни была.
— Уверен, так и есть, — пробормотал Дар, явно испытывая неловкость.
— Моя вина в том, что я не сумел ей помочь — как и твоему отцу, Дариуш, — со вздохом добавил Олаф. — Им одним — по какой-то иронии судьбы…
— Зато ты помог множеству других демонов. Тебе не за что себя корить, старик.
— Он прав, — Кассандра осторожно отставила фоторамку и, протянув руку через стол, накрыла ею большую ладонь Целителя. — Мне очень жаль,
— Не такой паршивый, как наш, — добавил со смешком Дар, и Олаф ответил ему грустной улыбкой.
— Ну, не так уж он и плох. По крайней мере, здесь можно вкусно поесть, — заметил он, приглашающим жестом указывая на стол. — Давайте я налью вам вина, и мы поговорим о чем-то более веселом.
И вечер, несмотря на не слишком удачное начало, удался. Воздав должное отличному ужину, выпив вино и закусив пирогом Кассандры, все трое взяли себе по бутылочке пива и перебрались на задний двор, где стояла небольшая деревянная беседка. Солнце уже село, и все вокруг окутала мягкая ночная темнота, напоенная сладкими весенними ароматами. Откуда-то с улицы иногда долетали голоса и смех припозднившихся прохожих, лай собак, музыка — все это рождало в душе Кассандры удивительное умиротворение, сквозь которое, тем не менее, то и дело пробивалось смутное, едва уловимое беспокойство. Словно какая-то важная мысль мельтешила на грани сознания, не давая себя поймать. В конце концов, ей удалось отогнать это чувство, но, когда они прощались с Олафом, стоя у входной двери — время шло к одиннадцати ночи — оно неожиданно накатило на нее с новой силой.
— Спасибо за чудесный вечер, Олаф, — сказала она, обнимая Целителя, и, поколебавшись, попросила: — Береги себя, ладно?
— И ты себя, Кэсси, — тепло откликнулся он. Перевел взгляд на стоящего рядом Дара, потом снова посмотрел на Кассандру и с лукавой улыбкой заметил: — А вы прекрасная пара, ребята!
— Мы не пара, — одновременно произнесли они и смущенно переглянулись.
— А зря, — покачал головой Олаф. — Не теряйте времени, вы двое — жизнь слишком быстротечна…
— Угу, — буркнул, беря Кассандру за руку, Дар. — Спасибо за ужин и до скорого, старик.
И они перенеслись домой, не зная, что видят Целителя живым в последний раз.
Морок стояла перед зеркалом в ванной комнате, придирчиво изучая свое отражение. Девушка как девушка, не считая вызывающе малиновых волос — даже не догадаешься, что перед тобой демон. Силу свою она давно научилась контролировать, как и изменение цвета глаз, так пугающее окружающих. «Так чего же тебе не хватало, Марк?» — горько спросила она, не отрывая взгляда от своей зеркальной копии, словно ее бывший жених мог сейчас ее услышать. Вот только он не желал ее ни слышать, ни видеть — никогда. Так и сказал, уходя…
Словно она была прокаженной.
А сейчас он встречается с какой-то студенткой, тупой белобрысой коровой, и похоже, у них все серьезно. Жаль, зараза Темного сияния не передается от человека человеку, зло подумала Морок, отворачиваясь от зеркала. Вот бы она повеселилась!
Набросив на себя короткий шелковый халат, она вышла из ванной и прошлепала в спальню, ища свой мобильник. Надеялась обнаружить в нем пропущенный звонок или сообщение от Хаммера, вызывающего ее к себе, но экран «айфона», к ее разочарованию, оказался чист. Черт, когда уже босс перестанет изображать из себя недотрогу и ответит, наконец, на ее вполне откровенные заигрывания? Не каменный же он, в самом деле? Тролля, вон, достаточно пальцем поманить; впрочем, потому он ей, наверное, и не интересен. Другое дело — Теодор Хаммер, неприступный красавчик, один взгляд которого пробирал ее до мурашек и заставлял ее тело гореть! С таким мужчиной она бы и думать забыла о женихе-предателе… Вот только и тут ее, похоже, «прокатили».