Темное сияние
Шрифт:
— Ты прекрасна, — выдохнул он, потратив несколько секунд на то, чтобы окинуть Кассандру восхищенным взглядом.
— Иди сюда, — ответила она, притягивая его к себе.
Они буквально упали на кровать, огромную, с потрясающе упругим матрасом; Теодор навис над Кассандрой, покрывая ее поцелуями, и она вцепилась пальцами в его короткие густые волосы, все еще влажные от воды. Ей было хорошо, как никогда в жизни, и тело ее горело от желания так, что на миг она всерьез испугалась опалить Теодора.
— Я боюсь загореться, — шепнула она, схватив его за плечо. — Я… я… себя совсем не контролирую…
— И не нужно, — он усмехнулся, и его горячее дыхание
И Кассандра закрыла глаза, отпуская себя, целиком отдаваясь страсти, дикой, неукротимой, такой, какая возможна лишь между двумя демонами, в венах которых течет Темное сияние. Жизнь так быстротечна, говорил Олаф, и нельзя терять времени даром… Вслед за воспоминанием о Целителе пришла мысль о Даре, отозвавшаяся в глубине ее сердца легким уколом вины, но тут же растворилась без следа: эта ночь принадлежала только им, Кассандре и Теодору, и ни вчерашний, ни завтрашний день не имели над ней власти.
А дальше — будь что будет.
4 Слова из песни Элвиса Пресли Always on my mind (перевод автора)
Глава 15. Разбитые сердца
Утром, часов в восемь, их разбудило назойливое треньканье мобильника Теодора, оставленного где-то в гостиной. Зевая и чертыхаясь, демон выбрался из смятой постели и, немало не смущаясь своей наготы, скрылся за дверью. До Кассандры донесся его негромкий голос, поначалу раздраженный, а затем — явно обеспокоенный; быстро завершив разговор, он вернулся в спальню и с задумчивым видом присел на край кровати.
— Морок нашлась, — пояснил он, поймав вопросительный взгляд Кассандры.
— С ней все в порядке?
— Очевидно, нет, учитывая, что обнаружили ее в психиатрической больнице. Деталей я пока сам не знаю, но планирую выяснить в ближайшее время. Мне нужно ехать, Кэсси, — добавил он не без сожаления, наклонившись и нежно коснувшись губами ее обнаженного плеча. — Ты можешь остаться здесь и подождать меня — я постараюсь управиться побыстрее. И все выходные будут наши…
— Звучит заманчиво, — она улыбнулась, с легким смущением поправила съехавшую с груди простыню. — Но я все же пойду, Тео. Эта ночь была чудесной, но чем больше времени я проведу с тобой, тем тяжелее потом будет расставаться…
— Так давай не будем расставаться, — просто ответил Теодор и поцеловал ее, вжав в подушки.
— Мы с тобой уже все обсудили, — Кассандре потребовалась вся ее решимость, чтобы оттолкнуть его. — Ты не мог бы принести мне мою одежду?
Он вздохнул, поднялся с кровати и, выудив из шкафа первые попавшиеся ему штаны с футболкой, молча вышел из комнаты.
Кассандра села, завернувшись в простыню, как гусеница — в кокон, и невидящим взглядом уставилась в огромное окно, за которым давно разгорелся новый день. Одно лишь небо знало, как ей хотелось остаться — сегодня и навсегда — и каких усилий ей стоило побороть это желание. Она могла бы тешить себя иллюзиями, надеясь, что сумеет переубедить Теодора, изменить его, но опыт, который с годами приходит к большинству женщин, говорил ей, что это невозможно. Мужчины не меняются — даже ради любви. По крайней мере, настолько кардинально.
Ей пришлось до боли прикусить нижнюю губу, и без того ноющую после бурной ночи, чтобы удержаться от подступивших к глазам слез. Черта с два я буду плакать из-за тебя, Тео Хаммер, сказала она себе и решительно встала с кровати. В ожидании своей одежды она вполне
— Может, хоть позавтракаешь со мной? — спросил Теодор спустя четверть часа, когда она, умытая и полностью одетая, показалась в дверях гостиной. Сам он так и остался в спортивных штанах и простой серой футболке, придающих ему непривычно домашний вид. Странно, но сейчас он показался Кассандре как никогда красивым, желанным и таким… родным.
Сглотнув вставший в горле ком, она отрицательно покачала головой.
— Спасибо за все, Тео. Я пойду.
— Ладно, — спокойно согласился он. — Куда тебя подвезти?
— Я вызвала такси, так что… Спасибо, не нужно.
— Что ж… — он помедлил, затем, чертыхнувшись, подошел к Кассандре и до боли сжал ее плечи. — Я все-таки поцелую тебя на прощание, и мне все равно, что ты по этому поводу думаешь.
И тут же исполнил свою угрозу. Вот только Кассандра и не собиралась сопротивляться. Запрокинув голову, она обвила руками его талию, закрыла глаза, наслаждаясь вкусом его требовательных и одновременно нежных губ, запоминая его запах. Ночь пролетела так быстро, а ей, наверное, и целой жизни бы не хватило, чтобы насытиться ласками демона…
— Последний поцелуй всегда самый сладкий, — пробормотал Теодор, когда они, наконец, оторвались друг от друга. — Хотя я буду надеяться, что еще не раз сумею его повторить.
— Я уеду при первой возможности, — покачала головой Кассандра. Несколько секунд смотрела в его ясные серо-голубые глаза, затем погладила его по слегка колючей щеке, молчаливо прощаясь, и направилась к входной двери с твердым намерением никогда сюда больше не возвращаться.
По дороге домой она включила свой мобильник, увидела несколько пропущенных звонков от Дара, грустно усмехнулась. Несмотря на то, что накануне вечером она отправила ему сообщение, предупреждая, что останется ночевать у подруги (не правду же ему было писать!), он все равно о ней беспокоился. Или его мучило чувство вины за то, что он оставил ее одну, когда она так нуждалась в поддержке? Неважно. Сейчас он ждал ее, и Кассандру это одновременно радовало и печалило.
«Что я за человек такой?», — думала она, прижавшись лбом к окну такси. — «Целуюсь с одним, сплю с другим…»
Ей определенно следует уехать из Руннса, да и самой Валкасии, и как можно скорее. От себя ей, возможно, не убежать, зато от всех остальных… Впрочем, Риннон, если захочет, наверняка найдет ее где угодно. Или Теодор…
И первым делом они отправятся к ее тете Миранде.
«Никто не захочет ссориться с Освободителем», — сказал когда-то Теодор, и Кассандра надеялась, что это не пустые слова. Ведь все это время Риннон не трогала ни ее, ни ее семью, словно чего-то ожидая. Быть может, Артур был прав, и, чтобы пророчество исполнилось, Освободитель должен открыть Разлом по доброй воле? Или у Риннон просто был какой-то свой хитроумный план? Зная ее, Кассандра скорее склонялась ко второму предположению.
А еще Теодор был уверен, что она рано или поздно исполнит свое предназначение…
Что ж, она постарается его удивить.
…Она увидела Дара, едва переступив порог лофта: он стоял у кухонной стойки, взлохмаченный, в потертых джинсах и черной майке, и что-то резал большим ножом. У ног его, задрав кверху пушистый хвост, крутился позабывший свои обиды Асмодей, и выглядело это зрелище так забавно, что Кассандра, не сдержавшись, фыркнула.
— Кэс! — Лицо демона, которое было бледнее обычного, буквально осветила широкая улыбка. — Привет.