Тайга: андроиды
Шрифт:
Накинув камуфляжный плащ, Донг Ли пробирался по лесным тропам на мотоцикле. Время от времени он останавливался, сверялся с картой на экране браслета и снова ехал дальше. Хорошо, что его мотоцикл совершенно не производил шума. Вокруг раскинулась тайга, высокие кроны деревьев надежно закрывали его от дронов-разведчиков, круживших над всей территорией Мирного. Встроенные в систему управления мотоцикла, радары замечали дронов, и генерал сворачивал подальше от них то влево, то вправо. Или останавливался, спешивался и прижимался спиной к дереву на случай, если тепловизоры вдруг засекут его на
Точка на карте — его главная цель — приближалась. Скоро он будет на месте. Это его шанс. Даже если маршал и Антон Лебедев говорили правду, если в вертолетах засбоила электроника и случилось это потому, что природа всегда будет сильнее человека, он должен убедиться сам. Как отец он имел право знать, при каких обстоятельствах погиб его сын. Конечно, ему никогда не предоставят точные сведения только лишь потому, что оснащение российской военной авиации строго засекречено. Он это понимал, но он не собирался раскрывать чужие военные тайны. Ему надо лишь узнать, как погиб его мальчик, мучился ли перед смертью, и взорвался ли его вертолет прежде, чем разбиться о скалу, или все было наоборот. Это не имело большого значения для других, но для него, для отца, узнать подробности стало смыслом жизни.
И вот он ехал по ночной тайге, ориентируясь на данные своего компьютера. Наконец, он был на месте. На вырубленном пятачке земли за оградой стояли вертолеты. Расследование аварии было закончено, но вертолеты почему-то так и не отбуксировали в ангар.
«Те самые», — генерал Ли вздохнул. Вертолета его сына здесь быть не могло, от него остались только обломки, но тут стояли машины его товарищей. Может быть именно их его сын видел в последний миг своей жизни. Эта мысль заставила сердце генерала биться быстрее.
Вокруг установили переносные станции для зарядки андроидов: неделю после трагедии они охраняли территорию, не допуская посторонних к вертолетам. Здесь же оставили мобильные павильоны для айтишников, которые работали с бортовыми компьютерами на месте.
Ли спешился, снял шлем, повесил его на руль мотоцикла. Он пробирался по мху, так удачно приглушавшему его шаги.
«Какое запустение», — подумал он с тоской. — «Здесь повсюду смерть и забвение».
Он обошел забор по периметру.
«Если бы мне однажды сказали, что я буду ходить словно вор в чужой стране, ночью, по чертовому лесу и думать о том, как погиб мой сын, я дал бы голову на отсечение, что лучше умру, чем попаду в такой ад».
Ли подошел к единственным воротам с биометрическим замком. На всякий случай подергал решетку. Заперто.
«И вот я здесь, и таскаюсь по кругу в надежде узнать то, что уже не имеет значения для моего сына. Говорят, можно пережить все, кроме собственной смерти. Но разве это жизнь?»
Он еще раз прошел вдоль забора, прикидывая, как ему пробраться внутрь периметра, и наконец нашел отстающую от земли часть заграждения. Ли с силой потянул ее, сетка приподнялась. Он прижался к земле, выжидая, но вокруг было тихо.
Заброшенные станции подзарядки стояли вдоль ограждения и, пробираясь прямо за ними, он мог
От страха Ли подался вперед и съехал вниз. Он пытался ухватиться за стенки, но в его руках оставались лишь комки земли. Он неудержимо сползал, да так быстро, что, когда посмотрел вверх, на приподнятый черный брезент, на освещенное красными огнями сигнализации небо, образовавшийся круг уже был размером с монету.
— Вот я и попался, — подумала Донг, и тут его тело зависло в пустоте, а потом ухнуло в бездну.
***
Ли ощупал себя с ног до головы. Только ушибы и ссадины. Чудо, что он ничего не сломал. Во время падения он несколько раз ударился обо что-то металлическое, вроде арматуры, налетел на бетонную балку, и только потом приземлился в освещенном длинном коридоре. Он огляделся по сторонам — этот коридор напоминал те, что они проходили с Титовым и Макаровым.
— Видимо, это и есть подземный город, — догадался он. — Но как, черт возьми, выйти отсюда?
Донг Ли сел, дал себе время подумать. Камер нигде не было видно, и, если ему повезет, он сможет дойти до ближайшего выхода. Хотя…
— Выбраться отсюда можно только на лифтах, но кабины у них стеклянные, и в каждом пролете стоит вооруженная охрана. Нет, это конец. Меня обвинят в шпионаже и расстреляют. Бесполезно объяснять маршалу, что я оказался в подземном городе случайно.
На всякий случай он проверил браслет, связи, не было. Ли посмотрел направо: длинный коридор сворачивал непонятно куда. Налево то же самое.
— Орел или решка? — он усмехнулся.
Когда Ли поднялся на ноги, то понял, что вывихнул лодыжку. Под брюками наливался отек. Прихрамывая, он пошел направо.
У поворота он высунул голову из-за угла. Никого, только эхо голосов, но в таких тоннелях оно могло распространяться далеко. Стены, обшитые металлом, завибрировали, и тут же все прекратилось, наступила обманчивая тишина. Камер здесь не было. Ли облегченно вздохнул и пошел вперед. На этот раз коридор разделился надвое, обшивка сменилась на черный карбон, от чего оба прохода казались прорытыми в угольной шахте.
— Если здесь обшивка другая, значит, стены должны выдерживать другие условия, и поблизости что-то есть.
Пол был мягкий, будто резиновый.
«Каучук…» — Ли знал, что подмечать нужно любые детали.
Он снова выбрал правый коридор. Так их учили в военной академии. Если заплутал — выбираешь направление, и не меняешь его до тех пор, пока условия не изменятся.
С левой стороны коридора на фоне черного карбона серела бронированная дверь. Ли снова осмотрелся: камер нет. Он прижался к стене и осторожно пошел вдоль нее.