Тайга: андроиды
Шрифт:
— У Виктора нет другого выхода. Ему нужна поддержка, — Антону нечего было сказать в защиту маршала. Игры сильных мира сего были ему чужды. Сам он был амбициозен лишь в своем деле, в авиации, и только там хотел достичь недосягаемых высот.
— Поддержка… — Тимур снова взял свой стакан, сделал глоток. — Ему нужны люди, готовые продать устоявшуюся парламентскую систему за пару сотен лет жизни. Не спорю, цена велика, даже очень, но это не отменяет того факта, что вместе с Титовым страной будут править отступники. Нормальное такое будущее для всех нас.
Антон кивнул. Глубоко
— Переворот все равно произойдет, с тобой или без тебя. И если ты не будешь на нашей стороне, Титов не оставит это просто так. Он сменит тебя на того командующего, который поможет ему осуществить задуманное.
Тимур кивнул.
— Это я уже понял, — сказал он мрачно. — Тем не менее, это не аргумент. Есть более веские причины, по которым я должен пойти за змеей, что кусает руку, которая его вскормила?
Антон задумался. Теперь каждое его слово имело решающее значение. Тимур ждал.
— Что будет с твоими ребятами, с твоим крейсером, со всем североморским флотом, когда Титов от тебя избавится? И кого он поставит на твое место? Ты знаешь, что нет человека достойнее тебя. Ты и я, и еще несколько наших друзей, мы останемся в этом полном змей серпентарии, который образуется после государственного переворота. Только ты, и несколько генералов, которым мы с тобой доверяем, будут по-прежнему делать свое дело и предано служить стране. Если нас не станет, представь, что будет с Родиной.
«Сколько пафоса», — подумал Антон. — «Но по сути это правда. Это единственная правда, ради которой стоит перейти на сторону маршала».
В кабинете повисла тишина. Через иллюминаторы Антон видел огромные волны, поднимающиеся за бортом самого большого крейсера мира.
— А вот это аргумент, — удовлетворенно сказал Тимур и поднял бокал. — Выпьем за нас с тобой. За двоих командующих, которым придется переступить через совесть ради общего блага.
Они чокнулись.
— И забери это, — Тимур щелчком отправил пробирку катиться по столу в сторону Антона. — Если однажды я и вколю себе вакцину от старости, то только ради военно-морского флота. А сейчас это подкуп, и я его не принимаю.
— Значит, ты с нами? — спросил Антон.
— Значит, я с тобой и со своими ребятами. А Титову можешь передать, что я поддержу его в этой заварухе.
Антон улыбнулся.
— Я очень рад. Нам кое-что понадобится от тебя.
— И я даже догадываюсь что именно, — кивнул Тимур.
— В тот самый день ты будешь нашим главным оружием.
Море Лаптевых блестело в лучах солнца, каждая волна, поднимаясь ввысь, золотилась пенной короной, загибалась, как опаленный огнем бумажный лист, и падала, разбиваясь о саму себя. В толще воды под ними, не зная страха, плыли киты. Много ли их осталось в потеплевших водах? Возможно, лет через десять здесь будут водиться совсем другие создания, те, кто окажется более приспособлен к новым условиям жизни в когда-то ледяных арктических морях.
Крейсер шел полным ходом на север, к пункту назначения, к точке на карте, которая обещала так много на пути к созданию Нового мира.
***
— Скоро будем
Они поднялись на капитанский мостик.
— Сколько людей сейчас служат на корабле? — спросил Антон, удивившись, как много матросов было на мостике.
— После модернизации корпуса уместилось больше двух тысяч человек, — улыбнулся Тимур. Он чувствовал гордость за свое плавучее царство, за свою атомную империю, что бороздила моря и океаны.
Впереди виднелись буровые вышки, пригнанные с материка на остров Большевик. Вода еще не поглотила его, как соседний Комсомолец, и на Большевике велись работы по обустройству военной базы и добыче полезных ископаемых.
Хотя в рубке было тепло, Антон уже чувствовал приближение ледяного холода. В это время мороз здесь должен быть ниже двадцати пяти градусов по Цельсию, но так было в прошлом. Теперь климат стал мягче, гораздо теплее, но все же Антон успел отвыкнуть от низких температур. На открытом пространстве море было спокойнее, над поверхностью кружили вездесущие чайки. Кажется, они летели с кораблем от самого Тикси, а может контрабандой плыли на палубе, весело пересвистываясь на птичьем языке. Чайки вышли на охоту, ныряли в воду, выскакивали оттуда с полными рыбой клювами, вполне довольные уловом.
— Смотри, здесь еще лед не растаял, — Антон с улыбкой указал вдаль на белые дрейфующие льдины.
— У нас есть лодки, можно подплыть поближе. Через несколько лет и этих льдов не будет, товарищ генерал, — один из матросов обернулся к ним от пульта управления.
Тимур кивнул.
— Разберемся с делами и возьмем лодки.
Антон смотрел на совсем еще молодого матроса с румянцем на щеках и пушком над верхней губой. Ему нравились новобранцы, ведь именно для таких как они строился Новый мир.
Из рубки Антон видел, как военные вертолеты на площадке крейсера раскручивают лопасти.
Тимур заметил, что Антон смотрит на вертолетную площадку.
— У них свои задачи в воздухе, а мы с тобой на воде.
— Я люблю сидеть за штурвалом вертолета, — вздохнул Антон.
— А я не сидел ни разу.
— И многое потерял, — Антон уже развернулся к выходу.
— А ты многое потерял, когда не встал за штурвал моего крейсера, — парировал Тимур.
— Не мое. Воздух — вот моя стихия.
На этот раз вместо форменного пальто Тимур взял теплую парку с меховой оторочкой. Они вышли на палубу. Лебедев окинул взглядом комплексы ракетных установок, растянувшихся по всему кораблю. Шлюз в палубе открылся, из него поднялся катер, и они запрыгнули на борт. Катер поехал вниз, где его подхватили руки-манипуляторы и спустили на воду. Как только двигатель завелся, их обдало ледяными брызгами. Антон поежился.
Архипелаг Северная земля был почти затоплен, оставшиеся два острова сильно погрузились в воду, и от их былой площади осталась едва ли половина, но остров Большевик все еще был огромен, больше семидесяти километров в поперечнике.