Таннер

Регнери Кэти

Я хотела, чтобы у нее были лучшие условия, и желательно за пределами Сиэтла, в новом заведении, расположенном в красивом пригороде, с классами по йоге и гидромассажной ванной, вечерами игр в бинго и садоводством.

Я уволилась с работы в Монтане и продала там свою маленькую квартирку. Затем, продав дом Мими, чтобы оптимизировать уход за ней, я нашла небольшую дешевую квартиру недалеко от колледжа, но если я хотела, чтобы Мими переехала в место получше, мне нужно было зарабатывать деньги. Столько, чтобы хватало мне на жизнь, и еще немного, чтобы

сделать ее жизнь как можно более комфортной.

Я нашла работу, устроившись преподавателем в один из местных коледжей, и, хотя у меня были неплохие льготы, зарплата была не столь высока. Мне нужно было больше денег, чтобы обеспечить Мими ту заботу, которую я хотела ей дать.

Именно тогда я услышала, что в Nile.com открыта вакансия... и не только. Там платили по тридцать долларов в час супервайзеру товарного склада, иногда по тридцать пять долларов в час за вечернюю смену. Слишком хорошо, чтобы отказываться.

Какое-то время это стало моей жизнью: преподавание в Муниципальном колледже Сиэтла с восьми утра до часа дня с понедельника по пятницу, затем работа вечерним супервайзером на складе Nile.com с четырех вечера до полуночи, со среды по воскресенье. Возможно, это была не самая лучшая жизнь, но когда я перевезла Мими в прекрасное учреждение по уходу за людьми с потерей памяти в центр города Якима, штат Вашингтон, и оставила ее там выращивать цветы в горшках в их садах с многолетними растениями, я поняла, что сделала правильный выбор.

Так что, я не могу потерять эту работу.

Не могу.

– Пожалуйста, Джо, - бормочу я, взяв ее за руку, но останавливаюсь, когда она отшатывается. Я засовываю руки в карманы, чтобы не вздумать ударить по ее глупой, самодовольной роже.
– Что, если бы это была ваша бабушка? Ваша мать? Ваш ребенок?

– Обе мои бабушки умерли. Моя мать вполне самодостаточна, и у меня нет детей.
– Она протягивает руку.
– Ваш бейджик, пожалуйста.

Я срываю его с лацкана и вкладываю ей в ладонь.

– Невелика потеря, - говорю я, отворачиваясь от нее.

– Прям мысли мои читаете.

Я разворачиваюсь на каблуках и поворачиваюсь к ней лицом, показывая средний палец.

– Да пошла ты, благочестивая, претенциозная, заурядная, злобная, вредная старая карга!

Ее оскорбленный вид доставляет мне некоторое удовольствие, после чего она возвращается в свой кабинет.

***

– Я ничего не могла поделать.

– Могла, - заявляет моя лучшая подруга Изабелла.
– Ты предпочла не париться.

– Она это заслужила.

– Заслужила, Кен?

– Да! Звонил кто-то из Якимы. Мне пришлось ответить. Что, если Мими упала? Или перепутала лекарства? Или... или… Я не знаю! Я должна была ответить.

– Понимаю.
– Изабелла делает глоток своего мерло.
– Ты потрясающая внучка, и твоей Мими реально повезло, что ты у нее есть. Но до того, как

ты спалила всю контору в Nile.com, ты могла бы пойти к начальнику стервы Бервик и попросить дать тебе второй шанс. Хотя сейчас он бы вряд ли тебе его дал, да?

Изабелла права. Итан, генеральный менеджер компании товарных складов Nile.com в Сиэтле, мог бы изменить решение Джо, но теперь было определенно слишком поздно. Я закатила настоящую истерику, перед тем как ушла, хлопнув дверью.

– Она была садисткой, - бормочу я.

– Ты нарушила правила.

– Боже, что же мне делать, Изи?
– спрашиваю я ее, взбалтывая вино в бокале.
– Я оплатила уход за Мими на март, но в июне придет еще один счет, потом в сентябре, потом в декабре…Боже, это никогда не закончится, и моей преподавательской зарплаты никогда не хватит, чтобы это покрыть.

– Успокойся. Пей свое вино. Мы что-нибудь придумаем.

– Что? Преподавательская деятельность едва покрывает мои расходы. Где я найду вторую высокооплачиваемую работу, чтобы покрыть расходы Мими?

Я кладу руки на стойку и утыкаюсь лбом в запястья. Я знаю, что драматизирую, но моя ситуация так же тяжела, как и моя голова. Забота о Мими зависит от меня, а я только что потеряла годовую зарплату в размере дополнительных 60 000 долларов. Черт. Черт. Черт.

– У меня есть идея.

– Я не отвечу на звонки твоего жуткого шурина, - говорю я не поднимая головы.

– Ты все равно ему не по карману. Нет. У меня другая идея. Выслушаешь?

– Валяй.

– Посмотри на меня, Кен.

Я поднимаю голову и вздыхаю.

– Ладно. Что?

– Помнишь Бето, сына моего двоюродного брата, который прошлой зимой работал на краболовном судне на Аляске?

– Я не смогу работать на...

– Ух! Ты такая несносная! Можешь просто выслушать меня?

Я притворяюсь, что захлопываю рот и выбрасываю ключ.

– Итак, он работал на краболовном судне и за три месяца заработал тридцать штук. Ему восемнадцать, Кен. Выпускник средней школы. Это куча бабла. В общем, в прошлые выходные он был у моей бабушки и рассказал нам, что этим летом собирается вернуться на Аляску, в один из крупных круизных портов, потому что может заработать уйму денег, развозя туристов в микроавтобусе. Судя по всему, это приносит огромные деньги. Три месяца работы, красивые пейзажи, прохладное лето - и ты заработаешь несколько тысяч долларов.

Я недоуменно моргаю, глядя на нее.

– Эм... дай-ка уточню. Твоя блестящая идея заключается в том, чтобы я переехала на Аляску и...

– Нет! Не переехала. Никакого переезда. Просто... отправилась туда на время. Ненадолго. Со Дня памяти до Дня труда.

– Я потеряю работу преподавателем...

– А вот и вишенка на торте! Нет, не потеряешь. Твоя преподавательская деятельность заканчивается в середине мая, верно? И начинается во вторник после Дня труда?

Я открываю рот, чтобы возразить, но тут же закрываю его.