Танцорка

Anzholik

А самое обидное было то, что даже в момент, когда я терял сознание, я думал о ней...

POV Малик

Ночь, я сплю в кровати с непонятной особой, даже имени ее не помню... Верещит домашний телефон, что великая редкость. Нехотя подхожу, поднимаю трубку и внимательно выслушиваю вежливый голос девушки на том конце провода. Мне сообщают, что Илья, мой брат, лежит в больнице. Тяжелое сотрясение, несколько переломов и тому подобное. Просят приехать и сообщить родственникам, ведь именно мой номер был в быстром наборе в случае происшествий. Он удивил меня, ведь я думал, что он скорее ненавистного ему отца позовет, но не меня, а тут ...

Прогнав

девицу, что сонно возмущалась, мол, я козел, бесчувственный кретин и все в том роде, я рванул на такси к больнице. Дальше регистратура, какие-то бумаги, палата.

Золотистые волосы разметались по подушке, лицо с единственным изъяном, треснувшая губа, чуть припухшая. Лицо уроды не тронули... Перевязанное почти все тело, где-то больше, где-то меньше. Рука в гипсе до плеча, сложнейший перелом. В бедро его пырнули-таки чем-то острым, сказали, что не нож, ибо рана рваная была. Но уже все зашили. Ребра и спина как одно сине-фиолетовое пятно от побоев, дорогостоящие часы, две печатки из платины, цепочки, браслет и серьга с немалым бриллиантом украдены. Телефон тоже забрали... даже кожанку его, и ту утянули, выродки. Благо, хоть документы оставили.

Говорил ведь я ему, не ходи ты по клубам без строгого фейс-контроля. В нормальных клубах шпаны меньше, хотя даже это спорно. Оплатив ему отдельную палату, медикаменты и забрав уцелевшие вещи, я поехал домой. Сидеть с ним смысла не было, ибо ему вкололи обезболивающее, и он спал.

Я решил пока никому не говорить о произошедшем, вот очнется, поговорим и решим, кому стоит знать, а кому нет.

====== Глава 23. ======

Жарко, тесно, а-а-а, выпустите из капкана!

– Пусти, блин, ты же уже кости мне крошишь, – возмущаюсь сонно.

– Зато наконец-то проснулась, – смешок мне на ухо. И это мой лучший друг? Иногда я ставлю данное утверждение под сомнение.

– Виталик, ну вот нахрена ты всегда из крайности в крайность? Что ж ты за погань такая? – верещу, брыкаясь и, наконец, получаю долгожданную свободу.

– Бла-бла-бла, – затыкает уши и несет полную чушь, лишь бы не слышать мои причитания. Получает по лбу, по уху... шлепок по аппетитной заднице, щипок за виднеющееся из-под одеяла ребро. Писк, треск, смех. Вот такое было пробуждение сегодня. Но настроение прекрасное. Выползаю из кровати, беру мохнатое чудо в руки и, улыбаясь, иду к телефону. Мобильный молчаливо лежит, нет ни пропущенных звонков, ни смс. Ну и ладно... Даже это не испоганит мне мой положительный настрой.

Лодыжка все еще припухшая и приносит дискомфорт, танцевать сегодня я явно не смогу... а жаль. Варю какао нам с засранцем, готовлю тосты, жарю бекон с глазуньей. Завтрак, полный веселых шуток, Виталик явно веселится, ибо я прошла его проверку, сорвалась и, плюнув на сон, примчала забирать друга. Он убедился в том, что ценен, что любим и нужен, а теперь светился, как солнышко.

– Рот порвешь, – ехидно говорю, убирая посуду.

– И не надейся, грымза, и ты меня любишь! – самодовольная реплика, и еще одна чашка в умывальнике.

– Правда, что ли? – кривлюсь и начинаю мыть горку посуды.

– О, да-а-а... Я пойду Феликса выгуляю, ты пока собирайся, в 16:30 выезжаем, но нам надо еще ко мне заскочить и купить немало продуктов.

– Ага.

– Как ты многословна, – закатывает глаза.

– Это ты тараторка, все утро не затыкаешься.

– Фи-и-и, фи-и-и, какая мерзкая девка, – хохочет и выскакивает из квартиры.

Сборы занимают примерно час,

каждую минуту которого мои мысли скачут, как сошедшие с ума лошади. Я думаю и об Илье, и о работе, и о предстоящей поездке, а в особенности о тех, кто там будет. Виталик мужественно молчит и не мешает мне. А я сосредоточенно пытаюсь понять, не забыла ли я чего. Вываливаемся от меня, залезаем в такси. И вот мы уже у Кексика дома. Я роюсь в его телефоне, компьютере... нахожу переписку с его красавцем, естественно, не подколоть ну просто не могу. Там такие страсти-мордасти, слюнки, кавайные лужицы и так далее...

– Ох, ты мой сла-а-адкий, – тяну я приторным голосочком и хихикаю, глядя на красного как рак Виталика.

– Ром, ну перестань, так нечестно! – возмущается, пытаясь отобрать ноутбук.

– Да что ты говоришь? – легко уворачиваюсь и пересаживаюсь.

– Ромииинаааа, – вопит и смотрит щенячьими глазками.

– Ладно, не буду, не ной, – захлопываю ноут.

Собрались... слава тебе, господи, я думала, этот кошмар никогда не закончится. Идем себе в супермаркет. А там нас уже дружная компания поджидает, в числе: Дерек, Кара, Саша, Леша. Грымз, естественно, нет.

– Явились, наконец, – посмеивается Дерек, и что ему всегда так весело? Кара тоже улыбчива, смотрит полными любви глазами на своего красавца. Да, на такого и я бы так посмотрела...

– Не пиликай ты, а, что за привычка? А где твое приветствие? – в тон ему бурчит Виталик. Я не влезаю, у них, похоже, всегда так...

– Всем привет, – с улыбкой смотрю на ребят, пока те два красавца спорят.

– Привет, Ромин, как твоя лодыжка? – интересуется голубоглазый брюнет.

– Уже лучше, Саш, – приятно, когда друзьям не плевать на твое здоровье.

– Без тебя было скучновато, – влезает кудрявый блондин.

– Да ладно? Не поверю, что девушки скучали, – смеюсь.

– Ну... ладно, раскусила, мужской половине скучно было, – закатывает глаза Леша. И почему он мне чем-то Илью напоминает? Ну, вот опять о нем вспомнила... бесит.

– Эй, вы достали, идем, тут не май месяц на улице, – прикрикивает рыжеволосая на двух засранцев, и те, приопустив головы, шуруют вперед.

Заходим в супермаркет, начинаем набирать в тележки продукты. Вот честно, я столько не смеялась за всю жизнь... и это просто покупка продуктов. Ребята веселятся, носятся. Дерек с Лешей вообще катаются на тележке, и как они, кабаны, ее не развалили к чертям? Девушки, что стоят в зале, даже не думают их останавливать, лишь хихикают да наблюдают за красавчиками, что беснуются. Конец сему беспределу был положен, когда пришла женщина бальзаковского возраста и строго отчитала «бугаев». Однако серьезный тон был разбавлен глазами, явно полными такого же веселья. Но, видимо, работа не позволила ей спустить все на тормозах. В итоге мальчишки купили ей шоколадку и, сладко улыбаясь, извинились. Все вместе, кстати.

– Ну вы засранцы, – смеется Кара.

– Согласна, – улыбаюсь девушке, в последнее время мы неплохо с ней ладим.

– Вот бурчалки, – ухмыляется Дерек и, встав на колено, протягивает плюшевый цветочек Каре, та же картинно охает и берет его.

– Ладно, противный, ты прощен, – хихикает, а после... после романтика, любовь и... я отворачиваюсь. Как-то грустно мне смотреть на влюбленных.

После магазина мы разбежались, каждому была дана часть продуктов... И у нас с Виталиком осталось время поваляться дома часик-другой. Чем мы и занялись, и я вот задремала...