Святые Спиркреста
Шрифт:
Но не слишком устал, чтобы с готовностью ответить на вопиющее нападение Теодоры на меня.
— Я стою здесь уже час, — говорю я, взмахнув рукой, и надеюсь, что это выглядит бесстрастно. — Ты могла подойти в любой момент.
— Ты видел, как я вошла. Ты мог бы подойти ко мне.
— Я пришел сюда, чтобы расслабиться после тяжелой недели дедлайнов, а не для того, чтобы воздавать тебе должное, как подхалим при твоем королевском дворе.
— Вот тебе и все разговоры о том, что ты встанешь на колени, если я тебя
— Ты не спрашивала меня о том, как встать на колени. Я встану на колени перед тобой в любое время, Тео. Я сделаю это прямо сейчас, если хочешь, прямо здесь, на глазах у всех.
Она вздрогнула. — Я не прошу тебя об этом. Я прошу тебя об обычной вежливости.
— Обычная вежливость — это не кричать на своих друзей на вечеринке.
— Я не кричу, и мы не друзья.
— Не лги. — Я подхожу к ней ближе. — Откуда столько злости, Теодора?
— Я не злюсь.
— Тогда в чем проблема? Ты хотела, чтобы я поздоровался, ну, вот. Здравствуй, моя милая Теодора, как поживаешь? — Я расцветаю. — Вот. Я удовлетворительно успокоил твое уязвленное самолюбие, богиня гнева?
— Я не твоя Теодора и не богиня гнева, и очень мило с вашей стороны упоминать мое эго, лорд Блэквуд.
— Зачем ты начинаешь со мной спорить? — спрашиваю я, подходя к ней ближе.
Пока я говорю, мне вдруг вспоминается фраза Якова о трахе без прикосновений.
Я поворачиваю голову и понимаю, что Яков уже давно ушел. Умно с его стороны, я полагаю. Наверное, он не хотел рисковать, попав под перекрестный огонь.
— Ты чувствуешь себя взвинченной, Тео? — спрашиваю я, поворачиваясь к ней и прижимаясь ближе, чтобы говорить ей на ухо. — Ты чувствуешь себя… расстроенной? Как будто глубоко внутри тебя есть зуд, который ты не можешь почесать, и, может быть, борьба со мной успокоит этот зуд?
Она вздрагивает. — О чем ты говоришь?
— Я говорю о странном, непреодолимом желании найти меня и привлечь к себе мое внимание под самым ничтожным предлогом, который только можно себе представить. Загляни в себя, Теодора, и ты поймешь, что я имею в виду. Это не может быть так сложно — все, кроме тебя, это видят.
— Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Ты, как обычно, изрыгаешь бессмысленные фразы. Не волнуйся, это не твоя вина. Полагаю, так и должно быть, когда тебя воспитывают политики.
— О, ты обожаешь отмазываться, Теодора, не так ли? У тебя никогда не хватает смелости дать отпор, но ты слишком напугана, чтобы принять удар, поэтому все, что ты делаешь, — это отклоняешься. Вот почему мы всегда вничью, вот почему у нас с тобой вечный тупик.
— Ты пьян, — говорит она со злобной вспышкой смеха. — В твоих словах нет никакого смысла.
— И ты тоже пьяна.
— Я не пьяна, — лжет она. — Я пришла сюда, чтобы забрать свой приз. Или ты уже забыл?
Она определенно пьяна.
Трезвая
— Я не забыл, — говорю я, слишком воодушевленный, чтобы подавить триумфальную ухмылку. — Заяви об этом.
Глава 24
Зеленоглазый монстр
Теодора
После месяца изнурительного интеллектуального труда наступает самое сильное истощение, которое я когда-либо испытывала. Это чувство похоже одновременно и на прилив адреналина, и на неизбежный крах.
К октябрю я так сильно устаю, что моя кожа становится похожа на горячую пелену, а голова и глаза болят почти постоянно. Каждое утро я просыпаюсь как труп, вытащенный из тьмы смерти, сознание навязано мне как болезнь.
Поэтому, когда Роуз и Камилла тащат меня на вечеринку, на которую я отчаянно не хочу идти, у меня даже нет сил и энергии сопротивляться.
Перед вечеринкой я ложусь на свою кровать неправильно, голова почти свисает с кровати, гидрогелевые повязки закрывают серые тени под глазами. Я уже почти заснула, когда дверь моей спальни распахнулась, и я открыла глаза.
— О. Привет, Несс.
Инесса все еще в своей форме, а в руках у нее пакет со сладостями. Инесса — одна из настоящих хороших девочек Спиркреста — Софи Саттон из своей группы. Она не ходит на вечеринки и не общается с мальчиками в различных местах для перепихона по всему кампусу. Она читает, ходит в кружки после уроков и посещает службы в часовне.
Настоящая хорошая девочка.
Мой отец хотел бы, чтобы я была похожа на нее. Я знаю, потому что он говорил мне об этом много раз.
— Твои друзья такие надоедливые, — говорит Инесса, закатывая глаза, не обращая внимания на мои мрачные мысли.
Сидя рядом со мной, она проводит руками по моим волосам, которые каскадом свисают через край кровати.
— Они просто девчонки, — осторожно говорю я.
Я люблю Инесс. Сколько бы отец ни пытался сделать ее соперницей в моей жизни, она всегда будет для меня самой близкой сестрой, о которой я всегда мечтала.
— Они все время спрашивают, когда ты придешь. Видимо, у тебя есть какое-то особенное место.
Я вздыхаю и неохотно сажусь. — Молодые короли устраивают… встречу.
— Я думала, ты ненавидишь этих парней? Они такие высокомерные и раздражающие.
— Меня пригласили. Было бы невежливо не пойти. И я не против них.
— Хм. Я просто говорю. Ты слишком хороша для любого из них. — Инесса немного чопорно закатывает глаза, а затем расплывается в улыбке. — Но раз уж ты идешь… что ты собираешься надеть?