Стрингер. Летописец отчуждения
Шрифт:
— Я от себя все зависящее сделал. Вы поймите, российский контингент здесь не единственный. Натовцы постоянно напирают. Да, официально их нет, только «голубые каски», но вы же понимаете, под чьим контролем они находятся. У третьего, ставшего теперь первым, Периметра, развернулась настоящая возня.
— Только при чем тут я? Я просто звено в цепи. Большие дядьки на самом верху договорились.
— А Форестер? — противно улыбнулся Кваснин. — И с Форестером тоже?
—
— Он заведует «касками». Вы же с нашими только переговоры вели, а «каски» тут не последнюю роль играют. Между прочим, они все зачистки и конвои сопровождают.
— Это я слышал, — кивнул Сибирцев.
— Американцы усиленно интересуются аномальными проявлениями Зоны и этим Монолитом. Я могу связаться с нашими чекистами, но у генерала авторитета больше. А «особисты» вообще независимым фронтом выступают. Зачем мне лишние проблемы?
— Хорошо, — недовольно согласился Сибирцев.
Кваснин ему не понравился. Излишне скользкий и слащавый для боевого офицера. И еще этот «Land Cruiser» совсем портил впечатление. Раньше все на «уазиках», особенно в поле. Даже в конторе оперативники ездили на «Волгах», на «Subaru» все больше шишки московские. Тульские чекисты, где Сибирцеву пришлось тянуть лямку службы, их шибко недолюбливали. Москва-то рядом, а они гнили, почитай, в провинции.
— Мне нужно встретиться с Полковником. В Зоне. Точнее, меня нужно просто туда закинуть с вашими людьми.
— Я же вам объяснил… — вновь затянул Кваснин старую пластинку. — Потом осекся. — Вы в Зону хотите?
— Хочу.
Полковник рассмеялся, противно хрюкая.
— Вам водички не налить?
— Я же говорю, с сопровождением, — не отреагировал Сибирцев.
— Как только вы попадете за Периметр, никто не гарантирует вашу безопасность. Сколько бы бабок вы ни вложили в это гнилое дело, — прямо сказал Кваснин.
— Есть возможность или нет? Так, чтобы без «касок»?
Полковник сложил ладони лодочкой, поднеся их к губам. Он помолчал некоторое время.
— Без «касок» работают только военные сталкеры. Но посадить с ними на борт гражданского…
— Что в этом такого?
— Вы не знаете этих ребят… — Эта мысль понравилась Кваснину. — А что? — сказал он с каким-то странным энтузиазмом в голосе. — На «вертуху» к ним, а там с меня все взятки гладки.
Сибирцев скосился в окно, на джип.
— Я что-то не пойму, вы от меня отмазаться, что ли, хотите?
— Нет-нет. Я лишь предлагаю варианты. Военные сталкеры чистят Зону от всего, что движется.
— А что там движется?
— Да там всякого полно. Есть банды, есть твари всякие…
— Какие твари? — заинтересовался Сибирцев.
—
— Какие?
— Вроде там ученые эксперименты ставили, ну кое-кто сбежал и расплодился. Сильно расплодился. Только это все байки, правды толком никто не знает. Наше дело простое — мочить. Мы, кстати, «Монолит» накрыли, и ваш этот Полковник слинял. Я теперь не знаю, где брать информацию.
— ЧТО???
Щеки Сибирцева налились краснотой, будто он одним махом опрокинул двести граммов водки.
— Почему меня в известность не поставили?! Там же… Там клиент мой!
— С какой это стати? — спокойно ответил Кваснин. Он никак не отреагировал на зло выпученные глаза собеседника и неслабый удар кулаком по столу. — Я не обязан посвящать гражданских в тонкости военных операций наших спецбригад. К тому же темой заинтересовался Форестер. Вы же не хотите, чтобы в наши дела влезли «каски»?
— Да… Да… — захлебывался словами Сибирцев.
Он нагло сам налил себе воды, хлебнул и успокоился.
— Я поеду на встречу с Полковником, и ваши люди будут меня сопровождать.
— Езжайте, — пожал плечами Кваснин, — если найдете его. Только учтите, сектанты за месяц два наших вертолета сбили. Это так, к сведению.
— Что у вас там творится? В этой Зоне? — недоумевал Сибирцев.
— Там Зона, — загадочно сказал полковник. Он хмыкнул, потирая лоб. — Я не представляю, как группа военных сталкеров ворвется на базу «Монолита» с криками «мы поговорить с Полковником». У них дурная слава.
— У «Монолита»?
— И у тех, и у других. Только «монолитовцы» изредка сначала говорят, а потом стреляют, а военные сталкеры просто стреляют. Молча.
— Я сам договорюсь.
— С «монолитовцами»? — Полковник рассмеялся. — Вы поймите, что в военных сталкеров начнут стрелять сразу, как вы десантируетесь. И в вас будут стрелять. Там будет мясорубка.
— Разберемся.
Во дворе что-то громыхнуло. В коридоре послышался топот сапог. Дверь открылась, и в кабинет Кваснина ввалился взмокший испуганный солдат.
— Товарищ полковник! Оно опять там! Около гаража лютует. Машина Макарычева сгорела, Синичкина зацепило — спина вся в ожогах!
— Опять!
Кваснин вскочил, схватил лежавшую прямо у него перед носом папку и грохнул ею об стол.
— Иди!
— Есть!
Полковник тяжело опустился в кресло.
— Видите? И до нас, сука, добралась, — зло процедил он.
— Кто?
— Зона. Уже третья аномалия за Периметром появилась. Все были огненные. Кажется, сталкеры называют их «жарками».