Стрингер. Летописец отчуждения
Шрифт:
— Нет, — отрицательно замотал головой Рябой.
— У него было самое странное желание. Точнее, может, он и не хотел, но в душе… Веселая у Вечного жизнь теперь, — будто специально тянул Саян.
— Говори уже, — не выдержал Алексей.
— Исполнитель прочел в его душе, что он навсегда хочет остаться в Зоне.
Рябой чуть не поперхнулся. Его настолько ужаснула сама эта мысль, что он тут же поменялся в лице.
— Чувствуешь, журналист? — ухмыльнулся командир. — Воздух Зоны пропитан ненавистью десятков
Лес оборвался глубоким карьером, заляпанным внизу черными кляксами, похожими на нефтяные. Тугие пленки переливались на вынырнувшем из-за туч солнце. По коричневой глине котлована скользила одинокая фигура. От пятна к пятну.
— Это кто? — спросил Смертин у Бочки.
— Сыть, — ответил вместо толстяка узбек. — Или его призрак.
Бочка сам, похоже, увидел карьер впервые. Он застыл на месте и уставился вниз.
— Не вздумай спуститься, — остановил засуетившегося на самом краю Жору Саян.
Кляп, как ни в чем не бывало, закурил сигарету. Узбек погладил усы и в очередной раз скосился в котлован.
— Одного я знал, — сказал он. — Там кляксы эти… Короче, это плохие кляксы.
Стрингеру показалось, что черные лужи двигаются по дну карьера.
— Так сталкеры живые или нет? — не понял Алексей.
— Никто не знает. Говорят, друзья были — не разлей вода. По Зоне вместе всегда ходили и по поводу хабара не очень печалились, — начал рассказывать Кляп.
Он взвесил на своей жилистой ладони флягу. Потом подбросил ее, поймав другой рукой.
— Вот такую «звезду» нашли. Честное слово. Никто не верил, но мне торговец тот божился, что крупней «звезды» не бывает. Уже у самого прилавка рассорились вдрызг, и давай выяснять отношения. «Звезду» ту так и не сдали. Один другому морду набил и артефакт унес. Кто кому — не знаю. Знаю только, что шел один через этот лес и скатился прямо к кляксам. А второй за ним бежал.
Алексей присмотрелся ко дну карьера и понял, что черные пятна объединяются и двигаются так, чтобы силуэт Сытя не попал на соседнюю половину. Они образовывали некое подобие лабиринта, по которому сталкер бродил кругами без единой надежды когда-нибудь выбраться.
— Влетел он рукой в кляксу, — продолжал рассказывать узбек. — А второй, не помню как звать, полез за ним, но, вместо того чтобы протянуть руку, потянулся к «звезде». Так и забрал их тот карьер вместе с артефактом. Там она где-то лежит, эта самая «звезда»…
Кляп крутанул крышку фляги, сделал глоток и повесил ее на место, на пояс.
— А второй сталкер где? — спросил Смертин.
— Там он, — кивнул узбек, — не видно просто.
— Осторожно по краю, — показал Саян. — Мне говорили, что пятна иногда выползают за границу ямы.
— Подождите, — Алексей снял рюкзак и вытащил камеру.
Покрутил ее в
Смертин резко захлопнул экран.
— Что там? — спросил Бочка.
— Возьми свой прицел да посмотри, — передернуло Алексея.
Саян поспешил поскорее уйти от недоброго места.
Инициативу перехватил узбек, хорошо знакомый с этим районом, он вывел группу через лес к самому берегу озера и сразу же направился в сторону крутого обрыва, заваленного различным железным ломом. Там встречались и трубы, и останки машин, и балки. Бесформенная и страшная гора железа, плавно перетекающая с песчаного берега к самой середине водоема. Рассмотреть толком озеро Алексей не успел. На Зону накатывала темнота.
Кляп, забросав небольшой пятачок болтами, полез прямо на нагромождение железяк.
— Сюда! — позвал он сверху, оттаскивая в сторону голубой помятый капот.
И тут же исчез.
Алексей нерешительно поплелся следом, стараясь не разодрать руки об острые края. Узбек уже осматривался внутри огромной трубы, заваленной с противоположной стороны горой глины. Скорее всего, это когда-то была часть плотины, а через трубу излишек воды весной уходил в болото.
— Ну как? — развел руки Кляп.
— Пойдет, — прокряхтел выглядывающий из-за спины стрингера Саян.
Смертин забрался подальше вглубь. Перевел дух, стараясь поудобнее устроиться и вытянуть ноги.
— Бочка, помоги рюкзак стащить, — попросил Жора. — Зацепился он там. Посмотри, че…
Рябой ковырялся в харчах, Саян с умным лицом изучал ПДА. Стрингер посмотрел на свой экран. За день пришло восемь сообщений, и все о смерти сталкеров. Прямо служба похоронная. Опять Семецкий. На этот раз Мертвый лес.
«Причину смерти определить не удалось», — сообщил оператор.
Алексей в нерешительности застыл.
«Откровения Иоанна Богослова», — послал он запрос в Сеть, не слишком рассчитывая на ответ.
Судя по всему, у группировок, в частности у «Монолита», были свои сети. Месседжи Смертина и Саяна приходили вразнобой. «Не спится?» — отписался главный для всех нейтралов компьютерный мозг Че. Потом пришел прикрепленный файл. Алексей даже вздрогнул от неожиданности, когда мини-компьютер начал призывно вибрировать.