Стрингер. Летописец отчуждения
Шрифт:
Группа метнулась форсировать ручей. До корпусов завода оставалось не больше пятисот метров, но Саян тормознул всех на поле. Пока Бочка прощупывал дорогу болтами, командир возился с Жорой.
Лысый вляпался.
Собственно, все поняли, что бугая зацепило, когда смолкли счетчики Гейгера, а у Жоры в кармане прибор продолжал тихонечко поскрипывать. «Монолитовец» стоял с выпученными глазами, так до конца и не понимая, что происходит.
— У тебя шмотки фонят, — прервал гнетущее молчание Кляп. — И ствол.
—
— А ничего, — Саян пытался выглядеть спокойным. — Сейчас мы тебя проколем всякими пилюлями, и будешь как огурец.
Алексею всегда казалось, что между Жорой и Саяном существует неразрывная связь. Жора всегда был похож на оруженосца командира. Он никогда не спорил, четко исполнял все приказы и преданно прикрывал спину начальника. Саян тоже возился с бугаем как с ребенком — только сопли не подтирал. Ели они почти всегда вместе, все делили поровну, и в любой, даже самой сложной ситуации, командир держал бойца рядом с собой. Наверно, поэтому вмиг посуровело лицо Саяна, лоб покрылся морщинами, а глаза смотрели в одну точку — на испуганного Жору.
Тот сидел на земле, прижав колени к груди, и изредка вздрагивал.
— Водки дайте, — растерянно попросил, наконец, бугай.
Все «монолитовцы» как-то сразу расступились в стороны, стараясь к нему не приближаться. Кляп вытащил из-за пазухи плоскую коньячную фляжку и бросил Жоре к ногам.
— Держи.
Только Саян подошел вплотную, положив ладони бугаю на лысину.
— Жорик, ты не ссы, все будет хорошо, — успокаивал «монолитовца» командир. — Тебя легонько подсветило. С Тесака тогда кожа сразу полезла… Тебе бы переодеться, а шмотки выкинуть — фонят они.
Лысый сделал три больших глотка из фляги и протянул обратно, но узбек жестом показал, чтобы оставил себе.
— Может, мне это… Голым пока идти? — с глупым видом уставился Жора на Саяна.
— Трико у кого-нибудь запасные есть? И футболка какая-нибудь? — обратился командир к группе.
Кляп снял с себя майку, накинув комбез на голое тело, Бочка достал из рюкзака помятые хлопковые штаны, завернутые в целлофановый пакет. Жора начал медленно переодеваться.
— Ствол тоже брось, Жор. Вообще все брось.
— Я же не виноват, — пытался оправдываться лысый.
— Не виноват.
Он шмыгнул носом.
— Она же меня не пометила… Это же все случайность?
— Случайность, — кивнул Саян. Командир дождался, пока Жора хоть немного придет в себя, и только тогда махнул рукой: — Идем.
Минут через десять Смертин увидел разрезавшую поле на две части асфальтированную дорогу, упирающуюся в распахнутые настежь железные ворота с бледно-красными звездами посередине. По одной на каждую створку. Это было странно, поскольку такие звезды при Советах лепили на ворота
Над целехоньким кирпичным забором возвышались три корпуса. Первый — самый низкий и компактный. Остальные — бесформенные и массивные, выше стандартной пятиэтажной хрущевки. Оба оснащены целым арсеналом разнокалиберных труб, тянущихся к небу.
— Что там по датчикам? — коротко спросил Бочку Саян, искоса поглядывая на бредущего в самом хвосте лысого.
— Рано еще, стены сигнал глушат. Пока никого.
— Здесь всегда тихо, — Кляп удобнее перехватил пулемет и выравнялся за шагающим впереди снайпером, стараясь идти ровно в трех метрах за его спиной. Шаг в шаг.
— Это точно. Как на кладбище, — кивнул Бочка. — Чья сейчас территория?
— Ничья. «Долговцы» хотели влезть, а потом ушли. Слишком близко к Радару, — просветил всех Саян.
Бочка вывел группу к стене и осторожно двинулся к воротам. Он остановился у одной из створок, медленно присев на корточки:
— Вроде спокойно все, — посмотрел толстяк на ПДА. — Зайдем?
— А зачем? Может, сразу к Радару? — вопросительно глянул на Саяна узбек.
Через сосновый бор, подступивший со всех сторон к комплексу, до антенн «Дуги» было рукой подать. Странная массивная конструкция огромным квадратом нависала над верхушками деревьев. Километра три, если идти напрямую, не больше.
— Передохнуть надо. Перед Радаром коридор щупать замучаемся, — ответил Саян. — Кляп — заходишь, Бочка — прикрываешь, Рябой — бросаешь перед Кляпом болты. Все поняли?
Бойцы кивнули. Рябой достал из кармана сразу четыре железки.
— Поехали, — коротко скомандовал командир, вскидывая винтовку.
Кляп осторожно выглянул во двор, держа пулемет на изготовку. Бочка стоял у него за спиной, командир занял позицию у другой створки, прижимаясь плечом к забору. Он кивнул. Кляп стрелой выбежал на широкую асфальтированную площадку, впереди него уже летел болт. У черного прямоугольника входа в первый корпус мелькнула тень. Узбек сразу встал на колено и выдал короткую очередь. Раскатистый грохот выстрелов эхом понесся от здания к зданию, наполняя умиротворенную тишину покинутого комплекса зловещим содержанием.
— Мама! — раздалось откуда-то из глубины.
— Стоять! — не прекращая стрелять, заорал Кляп.
Неизвестный укрылся за кузовом черной «Волги», брошенной во дворе. На ней, скорее всего, когда-то местное начальство возило в Киев тугие папки отчетов.
РПК смолк.
— Бросай оружие и выходи! — попробовал еще раз узбек. — Щас всю тачку изрешечу! Не жить тебе!
У Кляпа за спиной уже стоял толстяк, водя плавно стволом карабина от переднего до заднего бампера. Малейшее движение, и снайпер откроет огонь.