Стилет

Роббинс Гарольд

Он повернулся как раз вовремя, чтобы избежать столкновения с молоковозом. Большой лимузин свернул на Пятьдесят пятую улицу.

— Ты бы лучше смотрел на дорогу, — проворчал Большой Голландец. — Я сказал, что дело должно быть закончено сегодня.

Пока они ожидали сигнала светофора на Парк-авеню, он нетерпеливо смотрел вдоль улицы. Все должно произойти сегодня. Его жена вот-вот взорвется: он отсутствует каждый вечер, занимаясь этим делом, и неизвестно, выдержит ли она еще один.

Сигнал светофора сменился,

и машина тронулась.

— Вот они, — сказал он.

Они только что прошли павильон перед зданием компании “Сигрэм” и остановились, чтобы полюбоваться огнями фонтана.

— Поворачивай на Пятьдесят вторую, — сказал Большой Голландец, поднимая автомат, лежавший на сиденье рядом с ним. — Мы достанем его, когда он будет спускаться по ступенькам!

Машина повернула и остановилась у восточного угла здания. Большой Голландец осмотрелся. Улица была пустынна. Он взглянул в сторону павильона. Чезаре и Илеана как раз шли в сторону ближайшего фонтана.

Он поднял автомат и поймал Чезаре на мушку. Дело должно быть верным, улыбнулся он про себя. Если хочешь, чтобы работа была выполнена хорошо, делай ее сам. В наши дни бесполезно доверять неопытным парням: от них всегда слишком много шума и мало толку. Еще немного, и эта парочка будет как раз там, где нужно.

Чезаре и Илеана поднялись на последнюю ступеньку лестницы у фонтана. Большой Голландец отчетливо видел Чезаре через прицел.

— Пора! — вскрикнул он и нажал на гашетку.

Водитель надавил на акселератор, и мотор взревел вместе с заработавшим автоматом. Автомат выстрелил дважды, а потом его заело. Большой Голландец увидел в свете огней повернутое к нему лицо Чезаре в тот момент, когда машина тронулась с места.

Он отчаянно попытался устранить заедание автомата. Бросив быстрый взгляд в сторону здания, он увидел, как Чезаре столкнул Илеану в фонтан, а сам укрылся за невысокой стенкой. Большой Голландец выругался, пытаясь оттянуть затвор, но все было напрасно.

Их машина уже сворачивала за угол на Лексингтон-авеню. Через заднее стекло он увидел, как Чезаре вытаскивает девушку из фонтана. А потом, по мере продвижения машины, их заслонили здания. С чувством досады стрелок бросил бесполезный автомат на сиденье.

Водитель свернул на другую улицу.

— Как, босс, вы достали его? — спросил он через плечо.

— Нет, — прорычал Большой Голландец.

Водитель повернул машину на Третью авеню.

— А теперь куда, босс? — спросил он почти весело.

— В центр, к конторе профсоюза, — ответил Большой Голландец.

Неожиданно раздался громкий звук, похожий на выстрел, и он схватился за пистолет в кармане.

Почти немедленно большая машина начала вилять и крениться. Водитель свернул к обочине.

— У нас спустили шины, — заявил он. Большой Голландец ошалело посмотрел на него.

— Чего

еще можно ожидать? — пробурчал он, вылезая из машины и поднимая руку, чтобы остановить проходившее мимо такси.

Все напрасно, подумал он, усаживаясь в машину. Бывают вечера, когда ничего не клеится.

Глава 15

— С тобой все в порядке? — спросил Чезаре, вытаскивая Илеану, всю мокрую, из фонтана.

Ее глаза были широко раскрыты — в них читался страх.

— Чезаре, эти люди стреляли в тебя? — спросила она.

Он быстро осмотрелся. Из здания стали выходить люди.

— Помолчи, — сказал он и быстро повел ее за угол к машине.

— Водитель, к “Тауэрсу”, — сказал он. Такси тронулось с места, а он повернулся к ней, — С тобой все в порядке? — спросил он снова.

Она все еще не могла прийти в себя.

— Все нормально, — ответила она машинально. Затем осмотрелась. — Мое новое платье! Оно пропало!

Он мрачно улыбнулся.

— Не жалуйся. Тебе еще повезло. Она уставилась на него, начиная соображать, что произошло.

— Эти люди стреляли в тебя?! — воскликнула она.

— Не знаю, — ответил он насмешливо. — У меня не было времени спросить их об этом.

Ее начало трясти. Он снял пиджак и набросил ей на плечи. Его взгляд был холодным и жестким.

— Я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь знал. Понятно? Никто, — сказал он резко.

Она кивнула.

— Я поняла, — сказала она, пытаясь удержаться, чтобы зубы ее не стучали. Своей рукой она нащупала его руку и сжала ее. Ее голос звучал печально, когда она тихо произнесла:

— Возможно, дружок, ты попал в еще большую переделку, чем я.

Такси остановилось перед отелем, и они вышли. Швейцар с любопытством посмотрел на Илеану, входившую в вестибюль.

А Чезаре в это время расплачивался с водителем, держа в руках купюру в двадцать долларов таким образом, чтобы водитель мог видеть ее.

— Вы никогда не подвозили нас сюда, — сказал он.

Купюра исчезла в руке водителя.

— Вы никогда и не садились в мою машину, — сказал он весело, отъезжая.

Чезаре открыл дверь в ее номер и отступил, давая ей возможность войти.

— Переоденься во что-нибудь сухое, — сказал он.

Она заколебалась в дверях.

— Может быть, мне лучше подняться к тебе, — сказала она. — Я сегодня боюсь оставаться ночью одна.

— Нет, — быстро ответил он. Затем, посмотрев на нее, подумал, что провести с ней ночь не самая плохая идея. — Мне тоже надо переодеться, — сказал он, — А потом я вернусь.

Большой Голландец сидел в своей пустой конторе в профцентре, уставившись на бутылку виски, стоявшую на столе. Налил себе еще немного. Потом поднял стакан и влил в себя жидкость, которая мгновенно обожгла глотку.