Стилет

Роббинс Гарольд

— Я и есть этот механик, — улыбнулась девушка.

— Но вы же... Гонки не самое подходящее место для женщин. Это же тысяча четыреста миль!

Улыбка исчезла из ее глаз, и она твердо взглянула на него.

— Когда было нужно, я проезжала такие расстояния. Но мы так далеко не поедем, — спокойно сказала она.

— Не поедем? — Чезаре уставился на нее.

Она покачала головой, и белокурые локоны вокруг загорелого лица блеснули в солнечных лучах.

— В этом нет необходимости. — Она склонилась над капотом и

стала рассматривать двигатель. — У дона Эмилио другие планы, — шепнула она.

Его глаза слегка расширились — он не ожидал приезда девушки.

А она уже выпрямилась и протянула на мужской манер ему руку.

— Меня зовут Люк Никольс, — представилась она с улыбкой.

Пожимая протянутую руку, Чезаре изучающе смотрел на Люк.

— И вы действительно разбираетесь в “феррари”?

Ее улыбка стала шире.

— Не сомневайтесь. Я участвовала в гонках на ней по всему миру. — Через плечо Чезаре она увидела, что к ним приближается Эстебан. — Спросите у него.

— Вижу, что вы уже познакомились. Это хорошо, — сказал Эстебан.

— Но кто слышал о том, чтобы в гонках на приз “Гран Мехико” участвовала девушка? — спросил Чезаре.

— Вам очень повезло, граф Кардинале, — ответил Эстебан. — У сеньориты Никольс было много предложений, но она решила не участвовать в этих гонках, пока не узнала о ваших затруднениях. В прошлом году она шла на собственном “феррари”.

— На собственном? — Чезаре повернулся к ней. — А что с ним случилось?

— Я не выиграла. А он был заложен до последней гайки и поэтому ушел. Я надеялась подобрать что-нибудь здесь, но безуспешно, — пожала она плечами.

— Понятно, — сказал Чезаре. — Вы, должно быть, хороший специалист, если мой друг Эстебан так аттестует вас. Если выиграем, то, как принято, делим приз, а если не выиграем, я плачу вам пятьсот долларов.

— Согласна, мистер Кардинале, — улыбнулась Люк.

Чезаре снял с дверцы пиджак.

— Отрегулируйте зажигание и проверьте автомобиль на трассе. Подготовьте мне полный отчет к пяти часам вечера. Я буду в баре отеля “Эль-Сиудад”.

— О'кей, — сказала Люк и повернулась к Эстебану. Тон ее голоса стал сугубо деловым. — Распорядитесь, пожалуйста, чтобы мне предоставили вторую смотровую яму, сеньор Эстебан. Ту, где установлен новый электрический стенд. Прежде всего я хочу проверить электропроводку.

Эстебан кивнул, а Чезаре повернулся и пошел к выходу со стоянки. Выходя, он оглянулся и увидел, что она уже заводит машину на смотровую яму.

Свет в баре отеля “Эль-Сиудад” исходил из скрытых в стене ниш и был таким слабым, что Чезаре едва различал стакан на столике перед ним. На часы он даже не пытался смотреть, поскольку был уверен, что не разглядит стрелки на циферблате.

Дверь отворилась, и луч солнца прорезал густой полумрак. Чезаре повернул голову и увидел, что в помещение вошла Люк и остановилась, привыкая к тусклому

освещению и пытаясь увидеть его. Он встал.

Улыбаясь, она вошла в кабину и села в кресло напротив него.

— При входе им бы следовало выдавать шахтерские лампы, — рассмеялась она.

— Да, темно, — согласился Чезаре. Подошел официант. — Вы не могли бы сделать свет поярче, пока мы совсем не ослепли? — спросил он.

— Конечно, сеньор, — официант перегнулся через столик и нажал скрытую кнопку в стене. Немедленно их кабинку залил мягкий свет.

— Вот это уже лучше, — улыбнулся Чезаре. — Что вы будете пить?

— Дайкири, пожалуйста, — ответила Люк.

Официант отошел.

— Что вы думаете о машине? — поинтересовался Чезаре.

В ее глазах появилось выражение, похожее на грусть.

— Машина просто замечательная. Такая жалость! В нормальных условиях на такой машине можно было бы выиграть гонку.

Официант принес коктейль и отошел.

— Салют! — поднял бокал Чезаре.

— За удачу! — Она отпила из бокала.

— Будут и другие гонки, — сказал Чезаре.

— Надеюсь, — ответила она совершенно невыразительным тоном и огляделась. Поблизости от них никого не было. Понизив голос, она сказала:

— Я подсоединила взрывное устройство к спидометру. Ровно через сто пятнадцать миль после старта оно взорвется и выведет генератор из строя. Мы будем в двухстах девяноста милях от следующего проверочного пункта, поэтому пройдет около пяти часов, прежде чем они найдут нас. Там, примерно в полумиле от дороги, есть небольшой заброшенный домик. Мы заберемся туда и будем ждать дона Эмилио. — Она сделала еще один глоток из своего бокала.

— И это все? — спросил Чезаре, отпивая коктейль.

— Все, — ответила она.

Чезаре внимательно изучал ее. Она переоделась в легкое летнее платье, которое делало ее очень женственной, и походила скорее на американскую студентку, нежели на соучастницу незаконной деятельности мафии. Он улыбнулся про себя. Дон Эмилио все-таки непредсказуем.

Девушка чувствовала себя неловко под его изучающим взглядом. Он не был похож на тех мужчин, с которыми ей приходилось встречаться ранее. Их грубые манеры не оставляли сомнений относительно их социальной принадлежности. Чезаре не подпадал под" сложившиеся у нее представления.

— Что вы так внимательно рассматриваете? — спросила она наконец. — Разве вы никогда не видели девушек?

Еще не закончив фразу, она почувствовала, что сказала глупость.

Он слегка улыбнулся.

— Извините за пристальный взгляд, но меня не покидает мысль, почему такая девушка, как вы...

— Мне хорошо платят, — холодно ответила она. — Я же говорила вам, что хочу иметь “феррари”, а это самый быстрый путь заполучить его. — Она сделала еще один глоток. — А как понять вас? Вы ведь не нуждаетесь в деньгах.