Стальной мотылек

Колычев Владимир Григорьевич

А Соню, может, и убил. Может, она изменила ему, как Женя… В любом случае, Ольге Матвеевне совсем не обязательно знать, что Радик мог быть зверем…

За окном вдруг пронзительно запищала сирена. Антонина поднялась, вышла из-за стола. И в этот момент прозвучал выстрел.

Она сломя голову выскочила из столовой и увидела Скважина. Он стоял возле служебного «Форда» с пистолетом в руке, а два каких-то человека гнались за Семеном по узкому проулку, в который не смогла бы втиснуться даже легковая машина.

— Ну, и что ты теперь скажешь,

Антонина Евгеньевна? — зло спросил Скважин.

Видимо, Семен заметил его машину и покинул «БМВ», который, как назло, стоял на сигнализации. Он обнаружил себя, и Скважин бросил за ним оперов, с которыми приехал. Возможно, приехал именно за ним.

— Скажу… Если догонишь, — усмехнулась Антонина.

Она видела, как Семен сиганул через забор и скрылся из виду. Оперативники повторили его маневр, но без той легкости, которую показал Семен.

— А если не догоним? — Скважин тоже усомнился в том, что его люди смогут догнать Семена.

— Значит, ничего и не было.

— Было, Антонина, было… Мы же договаривались, что ты позвонишь, — с осуждением произнес он.

В ответ она лишь вздохнула, хотя можно было соврать, мол, она как раз собиралась звонить ему, когда сработала сигнализация.

— С огнем играешь, Антонина, с огнем…

— А если Семен не виноват?

— Виноват, — зыркнул исподлобья Скважин.

Антонина скривила губу в саркастической усмешке. Этого типа совсем не интересовало, убивал Семен или нет. Он даже не занимался убийством Скачкова. Ему нужно было найти Семена и взять его, а там хоть трава не расти. Идея фикс у него такая… Поэтому не было смысла разубеждать Скважина.

— Виноват, — повторил подполковник. — И экспертиза это подтверждает. Там его волос на винтовке нашли…

— А если это с расчески волос?

— Антонина, не будь дурой, — поморщился Скважин.

— Там в канализации что-то было, может, есть и волос настоящего убийцы! — зло посмотрела на него Антонина.

— Хочешь доказать, что ты дура? — ухмыльнулся он. — Так я тебе не поверю. И экспертиза подтвердит твою дееспособность… Учти, я слова в твою защиту не скажу, если вдруг выяснится, что ты в сговоре с Арбатовым… А это выяснится…

— Тогда и поговорим! — вспылила Антонина.

И повернулась к собеседнику спиной. Она понимала, что это не аргумент в споре с матерым волкодавом, но не было у нее в арсенале никаких козырей. Она должна была позвонить Скважину, когда появился Семен. Должна была, но не сделала этого. Какое могло быть к ней после этого доверие?

Доверие своих сослуживцев она могла вернуть только одним способом — доказать, что Семен в убийстве Скачкова не виноват…

Глава 19

Если тонешь, спасай себя сам. Барахтайся, как мышь в молоке, взбивая сливки, или вытаскивай себя сам за волосы, как барон Мюнхгаузен — из болота. Только не факт, что спасешься…

Непросто было Антонине найти материал для анализа. Ермолаев хоть и собрал

отходы, которые, возможно, оставил после себя киллер, но ими, практически, не занимался. А зачем, если на месте преступления найдена расческа с отпечатками пальцев Семена? И волосок, возможно, с этой расчески нашелся — на орудии убийства. Все, убийца выявлен, осталось только его задержать.

Антонина разговаривала с Ермолаевым, просила заняться Евгенией Скачковой, он вроде бы согласился, но делать ничего не стал. Тогда она взяла все в свои руки. И свое служебное положение задействовала, и живые деньги в ход пустила — для ускорения процесса. В экспертно-криминальном центре работают настоящие профессионалы, и техника у них самая современная. Вещдоки побывали в агрессивной среде, но специалисты все-таки смогли выделить эпителий из использованных гигиенических прокладок, провести молекулярно-генетическую экспертизу.

Женю без присмотра не оставляли. Антонина могла и сама за ней проследить, но это нудное дело. К тому же у нее были деньги и знакомства. Она наняла частных детективов из агентства, которое ей рекомендовали знающие люди. Ребята получили деньги, приступили к работе. Они же доставили ей образцы волос, которые Женя оставила в салоне красоты.

А волосы у Скачковой действительно были седые, именно поэтому их приходилось подкрашивать чаще обычного. А делала она это в салоне красоты неподалеку от своего дома…

Из этих волос экспертиза выделила дезоксирибонуклеиновую кислоту, провела идентификацию…

Оказалось, что Антонина вытаскивала себя из болота за чужие волосы… Не признала экспертиза в Жене человека, который пользовался найденными в канализационной трубе прокладками.

А еще до этого прошла информация, что в момент убийства Скачкова Женя гостила у матери своего сожителя, в Солнечногорском районе Подмосковья, в доме на берегу озера Сенеж. И Женю там видели, и ее дочь Ирину.

Антонина работала с экспертизой, нанятые ею детективы следили за Женей, собирали по ней информацию. В общем, барахталась она, как могла, но молоко в густые сливки, увы, не превратила. И Семена из болота не вытащила.

Хотелось бы привязать Женю к убийству, но никак не получалось. Сомнения на ее счет имелись, а доказательств не было.

И еще Антонина хотела увидеться с Семеном. И даже детективам задачу поставила, чтобы они дали о нем знать, если он вдруг появится на их горизонте. Она надеялась, что Семен продолжит наблюдение за Женей. Но нет, за неделю работы детективы с ним ни разу не пересеклись. Как в воду он канул. Сбежал от Скважина, да так, что и след его простыл…

Не нашла она Семена. И Женю к убийству Скачкова привязать не смогла. А тем временем отпуск ее закончился и пришлось возвращаться в прокуратуру. А там ее встретили, как неродную. Не успела она зайти к себе в кабинет, как появился Гречихин. Сел за приставной стол, дождался, когда она займет рабочее место, и заупокойным тоном начал: