Сталки. Зима
Шрифт:
Компьютер мигнул… и выдал ей результат, которого она не ждала. Мало того, надеялась, что он-то и не выпадет.
Как видно, напрасно.
А ведь этому человеку она доверяла. Как оказалось, зря…
«Зато теперь я знаю, кто он, — взглянула она на ситуацию с другой стороны, — и смогу руководствоваться этим в своих дальнейших действиях. Карты раскрывать, по-моему, слишком рано; скажу всем, что экспертиза не дала точного результата и установить автора воззвания не удалось… И надо сообщить Миронову. Вот он просто обязан об этом знать. И как можно скорее…»
* * *
Лагерь
В жилом блоке было непривычно тихо по сравнению с прошлыми вечерами. Все молчали, уткнувшись в свои коммуникаторы; Матвей же, лишённый устройства, просто лежал на койке и глядел в потолок. Он и Астрид не хотели начинать новую беседу, которая обязательно перешла бы в очередную ссору; остальные видели это и не решались беспокоить коллег, чтобы не накалять и без того напряжённую обстановку.
Всех удивило и озадачило неожиданное оцепление лагеря солдатами, а тех, кто был утром в лесу: Джорджа, Рауля и Мики, — также и их принудительное возвращение в лагерь в кольце охраны. Солдаты ничего конкретно не объясняли, отговаривались тем, что у них, мол, приказ и что это всё делается ради безопасности экологов. А те оставались наедине со своими вопросами, которые в данных обстоятельствах обсуждать не решались. Или просто не хотели.
Вдруг комм Астрид пискнул, сигнализируя о новом сообщении. В ту же секунду в её тумбочке звякнуло и устройство Матвея. Да и у остальных тоже раздались подобные сигналы коммуникаторов.
— Что, новое распоряжение пришло? — нарушил молчание «опальный эколог». — Из штаба или напрямую из Управления?
— Тебя забыла спросить… — процедила европейка, открывая сообщение.
Она пробежала глазами текст. Матвей повернулся на бок и увидел, как сжались зубы «начальницы». А в следующую секунду она сдёрнула браслет с запястья и швырнула в стену, после чего легла на живот и забарабанила кулаками по подушке.
Все смотрели на неё с долей удивления её поведением; лишь в глазах Матвея проглядывало понимание случившегося.
— Джордж, — обратился он к экологу, рядом с чьей койкой упал на пол браслет, — подбери, пожалуйста, коммуникатор Астрид, проверь, получили литмы все одно и то же послание, и прочитай, что за сообщение вызвало у неё такую бурную реакцию.
— Да точно одно: чтобы у всех сразу и у каждого своё, — невозможно!.. Хм, тут сказано, что полномочия лидера группы вновь переходят к Матвею Туманову; теперь это будет закреплено официально, раз твоего природного обаяния, Мэтт, не хватило… Астрид Линдстрём вместе с остальной группой переходит в его формальное подчинение. Конфликты внутри коллектива должны строго пресекаться. Группа будет… — Джордж прервался на секунду, чтобы перевести дух, но при этом так изменился в лице, будто не поверил в то, что было написано дальше. — Группа будет реформирована после окончания дезактивации леса и уже в новом составе отправится на север, к кратеру… Дальнейший состав коллектива будет уточняться по мере выполнения поставленной задачи… Обо всех изменениях мы будем извещены… — Он выключил голодисплей и посмотрел на севшего на кровати Матвея. — Что
— И как новый — а точнее, возвращённый старый начальник, я требую, чтобы мне вернули мой комм! — произнёс Туманов. — Астрид, я к тебе обращаюсь, если что!
— Да подавись им, — ответила шведка, разблокировала дверь тумбочки — и швырнула теперь уже браслет Матвея законному владельцу.
— Сколько можно… — пробурчал тот, ловя комм в полёте, и надел устройство на руку.
— Пойду прогуляюсь вокруг лагеря, — вдруг бросила Астрид, подбежала к выходу, натянула куртку и выскочила наружу.
— Там же солдаты, — растерянно сказал Рауль.
— Да ничего они ей не сделают, — махнул рукой Джордж. — Они стоят вокруг лагеря кольцом с радиусом минимум пятнадцать метров: море пространства, чтобы пройтись… Только в туалет придётся ходить мимо них…
Американец коротко хохотнул и снова переключился на свой гаджет.
Прошло минуты две.
Вдруг Джордж глубоко вздохнул, отключил голоэкран комма, встал, положив руку на живот, пробормотал:
— Извините, мне нужно ненадолго отлучиться… — и тоже вышел из домика.
Матвей посмотрел ему вслед, но ничего не сказал.
В его душе стало зарождаться подозрение, но он заставил себя не думать об этом и переключиться на что-нибудь более приятное.
В конце концов, сегодня он вернул себе, казалось бы, потерянную должность, а главное, уважение других членов коллектива.
* * *
Джордж догнал Астрид, когда та проходила мимо реакторного блока, делая уже второй или третий круг по лагерю.
— Что они подумают, Джордж, если ты вышел оттуда почти следом за мной? — негромко спросила шведка, узнав коллегу, поравнявшегося с ней в темноте (и тишине) наступающей ночи, и не желая, чтобы солдаты подслушали их разговор.
— Не волнуйся: я изобразил, что мне нужно по делам, так что минут пять у меня есть, — ответил американец. — Можно и десять; тогда придётся сказать, что сильно прихватило… Но я не о том хотел поговорить. Что ты планируешь делать, Астрид?
— Терпеть и дальше этого урода во главе нашей группы, а потом, скорее всего, улететь обратно с позором и понижением в зарплате и быть назначенной куда-нибудь, где взорвался реактор или когда-то была термоядерная бомбардировка? Ну нет, я на такое не подписывалась. С Матвеем надо что-то делать. Причём как можно скорее.
— И что ты предлагаешь? — криво усмехнулся Джордж, но в темноте этого не было видно. — Напомню тебе, что вокруг нас стоят на карауле солдаты в полной боевой форме. Они не выпустят нас отсюда до особого распоряжения, так что вариант с несчастным случаем в лесу не прокатит по техническим причинам…
— Значит, придумаем что-нибудь другое, — огрызнулась Астрид и остановилась. Джордж замер рядом с ней.
Они находились сейчас между рабочим блоком и складом, практически в самом центре лагеря, продуваемого холодным ветром, где их не могли подслушать ни другие экологи, ни солдаты. Точнее, солдаты теоретически могли с помощью специальной аппаратуры, но вряд ли перед ними сейчас стояла и такая задача.