Сплоченные нитью
Шрифт:
Я не могу позволить этим сплетням забрать у меня Дафну или чемпионский титул.
— Отпустить? Нет. Я ждал не совета, а решения.
— То, через что прошли твоя мать и я в СМИ в наше время… Когда она узнала, что беременна Алеком в плей-офф и пропустила финал, люди говорили ужасные вещи. Но знаешь что, Кэмерон? Ничто из этого не имело значения. Мы перестали их читать.
— Но вы были женаты. Это другое, — говорю я с раздражением.
— Единственное мнение, которое имеет значение, — мнение тех, кто тебе дорог, Кэм. Похоже, у тебя есть кто-то, с кем
— Отец, я не могу допустить повторения прошлого сезона.
— Ладно, — вздыхает он. — Я скажу Карлайлу заняться этим. Пока не светись. Как насчет того, чтобы приехать домой на праздники? Вся семья будет тут. Если беспокоишься о своей девушке — возьми ее с собой. Британские таблоиды не так громко звучат здесь.
До Рождества всего месяц, но с учетом важного матча с «Овертоном» 19 декабря я не могу думать так далеко. Чарли, наверное, тает от удовольствия, видя, как меня топят в СМИ.
Я колеблюсь.
— Я подумаю.
Готова ли Дафна познакомиться с моей семьей?
Отец продолжает:
— Карлайл организует самолет на 20-е, воскресенье. Можешь вылететь утром после матча с «Овертоном». — Его голос смягчается. — Приезжай домой, сын.
— Хорошо, — еле слышно отвечаю я.
Облегчение накрывает меня, и мы заканчиваем разговор. Проверяю сообщения. От Дафны все еще ничего. В груди клокочет беспокойство.
У нас было что-то особенное, свой мир. Вчерашний вечер все изменил. Я показал ей, что она для меня значит, и знаю — она это почувствовала. Но теперь вокруг нас кружат стервятники. Я не переживу, если потеряю ее в этом хаосе.
Глава 21
Кэмерон
— Если не ответишь, у меня не останется выбора, кроме как предположить, что ты в опасности, и выбить дверь, — заявляю я, и в моём голосе уже не остаётся и намёка на шутливый тон. Снова стучу, прислушиваясь к тревожной возне за дверью. — Дафна?
Дверь распахивается, но вместо привычного взрыва красок и солнечного света её квартира погружена в тревожную темноту. Нет и лучистой улыбки, которую я так ждал, — только дрожащая гримаса.
Её покрасневшие, опухшие глаза встречаются с моими, их привычный блеск потускнел.
Волосы собраны в небрежный пучок — совсем не так, как обычно, — а на ней оверсайз-футболка с вызывающим изображением пожилой женщины, вяжущей в кресле-качалке, и надписью «Я проститутка», да спортивные штаны.
— Привет, — мой голос дрожит. Я опускаюсь перед ней на уровень глаз.
— Привет, — бормочет она, лишь тень самой себя, и отступает вглубь квартиры, создавая между нами дистанцию, которая кажется слишком…окончательной.
—
— Нет, — её голос предательски дрожит.
— Можно войти?
Она изучает моё лицо, словно решая, впустить ли меня — не только в квартиру, но и в то, что сейчас давит на её разум. Наконец отступает в сторону. Кофейный столик, обычно демонстрирующий её организованный хаос, теперь завален обёртками от конфет и полупустыми пачками чипсов. По гостиной разбросаны пустые стаканы и кружки. Скомканные салфетки усеяли пушистый ковёр.
— Я разберусь со статьёй, — заверяю я её.
Она сворачивается калачиком на диване, свет от телефона освещает её лицо.
— Дело не в статье. Это… — её голос обрывается, и моё сердце сжимается от её боли. Я знаю, что такое поражение на поле, но это…другое. — Просто посмотри сам.
Она протягивает мне телефон, открыв последнее видео на YouTube.
— Комментарии.
Я пролистываю первые из тысяч.
Лол. Никогда больше не затаскивайте меня на эту сторону интернета.
Зачем Хастингсу кто-то вроде неё?
Мэл Келли справилась бы лучше.
ЭТО причина, по которой вратарь «Линдхерста» провалил первые матчи????
Ищет внимания.
Что за бредовая «терапевтическая вязка»?
Ты записалась на 9 сезон «Острова любви»?
Серьёзно, ты вяжешь на жизнь? Как это вообще возможно?
Кэмерону, очевидно, нравятся тупые.
ПОЧЕМУ ОНА ИСПОЛЬЗУЕТ ТАК МНОГО ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫХ ЗНАКОВ
Её мочки ушей похожи на блюдца.
Она выглядит и говорит как ребёнок.
Фиолетовые волосы — крик о внимании.
Глухая ярость пульсирует в висках.
Я сжимаю её телефон, запоминая имена и аватарки тех, кто осмелился оскорблять Дафну. Я должен был следить за ситуацией. Когда Мэл лгала обо мне, СМИ её хвалили. Но когда дело касается Дафны, самой доброй души, которую я знаю, весь мир ополчается против неё?
Она вяжет на благотворительность, чёрт возьми!
Челюсти сжаты, кулаки сжаты. И тут меня осеняет. Это я сделал. Это я впустил этих стервятников в её безопасное пространство. Вина сжимает горло.
— Прости, — выдавливаю я.
— Ты же не писал их, — вздыхает она.
— Ты не можешь верить этой ерунде. Это всё ложь, ты же понимаешь?
Она выхватывает телефон обратно, и её воспалённые глаза снова устремляются на экран.
— Сотни комментариев сыпятся на все мои видео и посты. Я получила больше десяти тысяч подписчиков, и мне не нужен ни один из них. Ни один из этих незнакомцев в моей жизни. Они обрушили мой сайт.