Спенсер
Шрифт:
Полусладкая.
Что за черт?
Мэгс просовывает свою руку под мою и мягко тянет меня к двери, которую Уилл удерживает открытой. Внутреннее пространство просто потрясает меня.
У стены, где Мэри хранила контейнеры с пирожными и где стояла кофе-машина, все по-новому.
Пол в черно-белую клетку, все вещи черно-белые с розовыми вставками. На стене за прилавком на огромной доске написано название магазина и меню.
Красиво.
Находясь все еще в полном замешательстве, я смотрю на Мэгс.
Она просто кивает в другую часть комнаты. Там, где в темном углу всегда стояли два или
— Что за?.. — у меня просто нет слов.
— Ты бы никогда не собралась с духом, — говорит она.
— Но… — я до сих пор не могу сформулировать предложение.
Как? Почему? Когда? Так много вопросов. Но самое главное прямо сейчас, на мой взгляд, это то, что я не знаю, что делаю, не могу поверить во все это. Из основной кухни появляются две девушки. От неожиданности я подпрыгиваю.
Мэгс сжимает мою руку своей, возвращая меня в реальность.
— Не паникуй, — говорит она твердо. Она сжимает мою руку так, что я смотрю на нее. — Я инвестор. Вот так. Я не могла позволить тебе упустить это место, так что я кое-что сделала.
— Но… — запинаюсь я.
— Джаз, расслабься и позволь мне объяснить. На данный момент это все будет работать как и прежде, — она указывает на кондитерскую стойку.
— Но я не знаю, как все это работает!
— Расслабься, это Рози и Меган, они здесь работают, — обе девушки нервно машут руками и здороваются.
— Привет, — отвечаю я, также нервничая.
— Они обе в течение трех лет были управляющими магазина. Они знают, как все это работает, как все сделать. Мэри оставила тебе не только рецепты, но и хороший коллектив. Другие встретятся с тобой позже, но эти две героини пекли и готовили всю ночь. На сегодняшний день я сохранила весь персонал, и в случае, если ты будешь счастлива, все так и останется. Они буду работать, и постепенно ты можешь обучиться. Если хочешь, можешь внести любые изменения, сделав все так, как сама это видишь. Это твое детище, Джаз. Просто я подумала, что есть смысл оставить все как есть и дать тебе возможность сделать все по-своему, — она поворачивается в сторону магазина, где расположен шоколад. — Это твоя область. Сосредоточься сейчас на этом, и когда все досконально изучишь, обучи девочек. Знаю, что они очень хотят обучиться.
— Это невероятно, — шокировано говорю я. — Не знаю, что сказать. Все это потрясающе выглядит. Огромное тебе спасибо, — я смотрю на Уилла, который, я знаю, должно быть, сделал весь ремонт. — Спасибо вам обоим.
Уилл ухмыляется:
— Благодарить нужно не нас, — говорит он, кивая в сторону дверей.
Мое дыхание перехватывает, когда перевожу взгляд.
В дверях стоит Спенсер, одетый в нечто совсем для него нетипичное.
Бесчисленное количество раз за последний месяц я представляла, что буду делать, если увижу его. Что скажу, как отреагирую. Но сейчас, когда он смотрит на меня сквозь свои темные ресницы, в моей голове нет ни единой мысли. Я иду к нему. Биение моего сердца с каждым шагом
Напряжение, охватившее его, когда наши губы встречаются, моментально ослабевает, и он заключает меня в свои объятия. Забыв про все остальное, мы, наконец, сдаемся.
Суббота, 22 августа
Спенсер
Все это время я беспокоюсь, волнуюсь. Но все проходит, когда она целует меня.
Как всегда, Уилл был прав: мне пришлось уйти, но уйти было легко. И я мог бы продолжать идти и не оборачиваться. Возвращаться было тяжело. Я понятия не имел, как она отреагирует. Притягиваю ее ближе, убеждаясь, что она действительно в моих руках, что это не просто один из бесчисленных снов, в котором, когда мы встречаемся, она не хочет иметь со мной ничего общего.
Если это сон, это хорошо. Очень хорошо.
Господи, Спенсер, держи себя в руках, в этой комнате присутствует еще четыре человека, ты не должен показать им свой стояк.
Я вдыхаю запах Джаз, не отрываясь от ее губ. Не могу поверить, что у нее такая реакция. Я действительно думал, что получу пощечину. Был к этому готов. Настраивал себя, думал, что будет ссора, но я был готов сражаться за то, что мне необходимо. Уилл пытался говорить о ней, но я продолжал его одергивать. Не хотел знать, что она со мной сделала, и если не совсем сделала, в любом случае, я не хотел знать.
Прошлый месяц не был бы посвящен борьбе с желанием вернуться. Это была усердная работа над собой. Если бы я знал, что возвращение будет таким, я бы так усердно не работал. Хватит с меня неопределенности. Я взял себя в руки и принял решение. Поэтому мое внимание было сфокусировано именно на этом, именно на спокойной работе в одиночестве. Я не слушал музыку, не мог позволить себе отвлечься. Это были только я и мои мысли. У меня было время подумать.
На несколько дней я поехал к своим родителям. Просто чтобы проведать и уехать отсюда. От нее. От жгучего желания отомстить и оставить последнее слово за собой. Но после я понятия не имел, что мне делать. Затем мне позвонил Уилл. Он сказал, что если мне нужно время, чтобы подумать, у него есть для меня работа.
Как только он сказал мне, что это за работа, я согласился. Мне нужно было сделать это для нее вне зависимости от того, примет она меня или нет. Порой я мог быть мудаком, но для нее это было важно, а, как я понял, она важна для меня.
— Ты исчез, — шепчет она, медленно отстраняясь.
— Мне надо было подумать.
— Но ты вернулся.
Я киваю.
— Я не был уверен, насколько ты будешь счастлива из-за этого.
На ее губах расплывается улыбка.
— Я справлюсь.
— Это так? — усмехаюсь я, касаясь своим носом ее, и отстраняюсь, когда она снова пытается соединить наши губы. — Ты скучала по мне, Принцесса, не так ли?
— Смотри, не перевозбудись из-за этого.
— Буду стараться, — смеюсь я, пытаясь устоять против очередной двусмысленности. — Но это тяжело, так тяжело.
Она закатывает глаза и отстраняется от моей руки. Оглядываясь вокруг, она качает головой.
— Не могу поверить, что ты сделал это для меня.
Я притягиваю ее назад, так что спиной она опирается на мою грудь, и тихо говорю ей на ухо, чтобы никто больше не мог услышать: